p_balaev

Совхозная реальность (из черновика к "Троцкизму") ч.11

   Только зачем какому-то монополисту кого-то догонять и перегонять, если у него нет никаких конкурентов на рынке? Тем более, если эта монополия государственная.
   Мы сегодня с вами наглядно видим, как свои убытки, в том числе и вызванные санкциями со стороны США и ЕС, наши монополисты, используя государство, перекладывают на население, не только задирая цены и тарифы, но и прямо получая из бюджета средства на покрытие убытков.
   Еще раз посмотрим эту таблицу:

Таблица 4.1. Показатели рентабельности колхозов и совхозов в СССР.
1980 г. 1985 г.
Колхозы Совхозы Колхозы Совхозы
Число хозяйств, тыс. 25,9 21,0 26,2 22,7
-убыточных 13,7 11,8 3,4 5,3
-прибыльных 12,2 9,2 22,8 17,4
Прибыль(убыток) всего, млрд.руб. -0,2 -0,6 10,7 9,9
Рентабельность, % -0,4 -1,0 19,0 16,0
Источник: Народное хозяйство СССР за 70 лет: Юбилейный стат. ежегодник. М., 1987, с. 290,295

      Куда делись в 1985 году убыточные совхозы и колхозы? Резко нарастили выпуск продукции, снизили ее себестоимость?  Каким образом рентабельность по состоянию на 1980 год в -0,4 и -1,0 процентов преобразовалась в 19,0 и 16,0 процентов? 
     Всё очень просто. В 1983 году централизовано были повышены закупочные цены, рост которых и обусловил рост рентабельности, хотя при этом продолжала расти себестоимость всех видов сельскохозяйственной продукции (Народное хозяйство СССР за 70 лет. М., 1987, с. 288,293).
       Кто скажет, что это не поведение монополиста на рынке, типичного капиталистического монополиста: компенсировать рост себестоимости за счет монопольного вздувания цены?
     Я предвижу возражение по этому поводу, что до 1955 года, до начала огосударствления коллективной собственности, колхозам тоже списывали задолженность и поднимали закупочные цены. Но так это были отношения государства с коллективным собственником. Собственность была разной. Поэтому списание долгов и повышение закупочных цен было направлено на снижение себестоимости продукции и рост ее выпуска.  Более того, государственное регулирование цен распространялось только на госпоставки, а это, в лучшем случае, только четверть валовой продукции колхозов. Остальная – по свободным рыночным ценам продавалась самими хозяйствами.
  Так не потому ли переход (точнее, переименование) колхозов в совхозы и был остановлен в 60-х годах, чтобы создать видимость существования в СССР, кроме государственной, еще какой-либо собственности?
   В январе 2006 года произошло трагическое событие – пожар в офисе Сбербанка в городе Владивостоке по адресу проспект Красного Знамени, 59.  Большое здание, раньше занимавшееся ПромстройНИИпроектом. Пожарные машины не смогли подъехать к самому зданию из-за забитой автостоянки, не смогли эвакуировать людей по лестницам и люди прыгали из окон с верхних этажей, разбивались насмерть.
  Я в это здание, располагавшееся недалеко от нашей общаги, иногда заходил еще в студенческой молодости. Дело в том, что почти весь его первый этаж занимал кооперативный магазин, который так и назывался «Кооператор».
  В нем часто в свободной продаже было мясо и колбасы. Цены, конечно, были по-настоящему конскими. От 9 рублей колбаса и от 5-6 рублей мясо. Очередей вообще никогда не было, разумеется, при этих ценах.
  Но вы думаете, что под вывеской «КООПТОРГ, магазин «Кооператор» было предприятие, находившееся в коллективной (кооперативной) собственности работников магазина? Щас! Это был государственный магазин, только цены в нем были «рыночными». Т.е., спекулятивными. И всё.
   Так государство создавало видимость существования социалистической коллективной собственности. Вывесками на магазинах и называя колхозами государственные хозяйства.
     Зачем это нужно было? Да вот цитата из работы И.В.Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР»:
«В настоящее время у нас существуют две основные формы социалистического производства: государственная - общенародная, и колхозная, которую нельзя назвать общенародной. В государственных предприятиях средства производства и продукция производства составляют всенародную собственность. В колхозных же предприятиях, хотя средства производства (земля, машины) и принадлежат государству, однако продукция производства составляет собственность отдельных колхозов, так как труд в колхозах, как и семена, - свой собственный, а землей, которая передана колхозам в вечное пользование, колхозы распоряжаются фактически как своей собственностью, несмотря на то, что они не могут ее продать, купить, сдать в аренду или заложить.
Это обстоятельство ведет к тому, что государство может распоряжаться лишь продукцией государственных предприятий, тогда как колхозной продукцией, как своей собственностью, распоряжаются лишь колхозы. Но колхозы не хотят отчуждать своих продуктов иначе как в виде товаров, в обмен на которые они хотят получить нужные им товары. Других экономических связей с городом, кроме товарных, кроме обмена через куплю-продажу, в настоящее время колхозы не приемлют. Поэтому товарное производство и товарооборот являются у нас в настоящее время такой же необходимостью, какой они были, скажем, лет тридцать тому назад, когда Ленин провозгласил необходимость всемерного разворота товарооборота.
Конечно, когда вместо двух основных производственных секторов, государственного и колхозного, появится один всеобъемлющий производственный сектор с правом распоряжаться всей потребительской продукцией страны, товарное обращение с его "денежным хозяйством" исчезнет, как ненужный элемент народного хозяйства. Но пока этого нет, пока остаются два основных производственных сектора, товарное производство и товарное обращение должны остаться в силе, как необходимый и весьма полезный элемент в системе нашего народного хозяйства».
  Иосиф Виссарионович никакого открытия в политэкономии не сделал. Это азбука политэкономии. Собственник сам себе не может продать то, что произвел. Пусть этот собственник будет хоть фермер, хоть завод, хоть всё государство. Если, конечно, это государство социалистическое. А если между государственными предприятиями, в отсутствии предприятий других форм собственности, не только не исчезает товарное обращение, но еще и нарастает, то возникают вопросы по поводу собственности. Как социалистической. Почему хозяйствующие субъекты ведут себя в точности, как при капитализме?
  Поэтому и понадобилось иметь в СССР «колхозы» и «кооперативные» магазины, чтобы у народа не возникало вопросов по поводу сохранения товарно-денежных отношений в государстве уже с единой формой собственности.
  Больше того, вот цитата из выступления Анастаса Микояна на 22-м съезде КПСС, в котором он критиковал «Экономические проблемы социализма в СССР»: «Проблема создания материальной базы коммунизма даже не выдвигалась как главная и решающая проблема. В противовес этому главной основой перехода к коммунизму считалось превращение колхозной собственности в общенародную. Что коммунизм предполагает единую форму общественной собственности – это азбучная истина. Но нельзя противопоставлять одну форму социалистической собственности другой. В силу особых условий Целинный край является краем совхозным, а в сельском хозяйстве Краснодарского, например, края преобладает колхозная форма собственности. Но разве кто-нибудь может на этом основании сказать, какой из этих краев «ближе» к коммунизму? Если же стать на точку зрения, что главным в строительстве коммунизма является преодоление колхозной собственности, то неизбежно скатишься к утверждению, что Целинный край уже «вошел» в коммунизм».
    То, что Микоян не собственную точку зрения высказывал, то, что его доклад был предварительно одобрен Секретариатом ЦК – это, надеюсь, пояснять не нужно?
  Что наплел колбасный король про «вошедший» в коммунизм Целинный край – ерунда. Это они, сволочи из ЦК, уже изо всех сил изворачивались, чтобы замылить народу глаза.
   Но смотрите, какой трюк придумал ЦК, приняв Программу строительства коммунизма на 22-м съезде, о чем Микоян проболтался: коммунизм – это единая форма   общественной собственности, но только при наличии материальной базы коммунизма. Зашибись! И поэтому на 22-м съезде провозгласили политику развития колхозной собственности не в плане ее перерастания в общенародную, а просто в плане развития! Т.е., чтобы никогда коммунизм не наступил, чтобы никогда собственность не стала единой?!
    На деле же колхозную собственность насильно передали государству. Нет, если кто считает, что можно считать колхозом хозяйство, в котором всю продукцию забирает государство по своим ценам и даже государство устанавливает зарплаты колхозникам, то ладно… Некоторых типов в чем-то убеждать бессмысленно.
   И уже в 1985 году, при Горбачеве, ничего не стесняясь, создают Госагропром СССР, поглотивший функции шести общесоюзных министерств: Минсельхоза, Минплодовощхоза, Минпищепрома, Минмясомолпрома, Минсельстроя и Госкомсельхозтехники.
     Фактически, гигантских размеров монополию, которая и должна была окончательно поставить точку в подготовке к приватизации сельскохозяйственных предприятий СССР. Т.е., к окончательному их банкротству.
    А сами сельскохозяйственные предприятия, впрочем, как и промышленные, к приватизации уже были подготовлены, в том смысле, что они уже ничем не отличались по своей структуре и по цели производства (прибыль) от обычных капиталистических предприятий. Оставалось только найти им «эффективного собственника».


Buy for 100 tokens
***
...

p_balaev

Мои твиты

Tags:

p_balaev

Совхозная реальность (из черновика к "Троцкизму") ч.10

      Есть у нас такой популярный публицист Андрей Паршев, написавший бестселлер «Почему Россия не Америка». Тоже из категории бериеманов. Кого из этой компании не возьмешь – 100% натолкнешься либо на дурака, либо на манипулятора. Паршев не дурак, конечно. Это манипулятор. Так вот, по его выкладкам, получается, что никогда нам не жить лучше американцев, потому что климат нам мешает. Раньше мешали дороги и дураки, а теперь еще и климат.
     Занимательно, что все эти бериеманы, как попугаи повторяют абсолютно всю брехню Хрущева, только при этом еще Никиту Сергеевича обвиняют в брехне же и в устранении их любимца Берии, о чем тоже Хрущев наврал.
    В этом плане Паршев, фактически, повторил ложь Хрущева о том, что нам нужно было догонять Америку в производстве сельскохозяйственной продукции. Только Паршев пошел еще дальше – до климата. Который все-равно догнать бы не дал.
    Но тут вмешивается реальность сталинских последних лет с магазинами, заполненными самыми разнообразными продовольственными товарами. Эта реальность является самой настоящей загадкой тех лет, если верить в необходимость какого-то заполошного бега вслед за янки.
     Такие же магазины были и в США в то время. Такое же изобилие. Да, не всем оно было доступно, по карману.  Как американцам, так и советским людям. Сталинский СССР только-только преодолел последствия войны, кто-то завтракал бутербродиком с колбаской и с икоркой, а кто-то чаек и с горбушкой черного попивал. Тоже самое и в США было. Вряд ли особенно лучше.
       Но вот что интересно. В СССР на 1952 год было примерно 160 млн. гектар пахотной земли. В США высший показатель по обработке земель был достигнут в 2008 году – 161,8 млн. гектаров.
      Я не нашел в открытых источниках данных по США за 1952 год, но не думаю, что они были значительно меньше. Население – примерно равное. В 60-м году – 179 млн.. Но тут еще нужно учесть число эмигрантов, которые не имели гражданства. Оно было в США традиционно велико. Так что – сопоставимые цифры.
      А вот с урожайностью, например, зерновых при благоприятном американском климате у американских фермеров были проблемы. В 50-е годы – всего 10 ц с гектара.
    В СССР  - 8,5 центнера. Это в стране только-только вышедшей из войны, не нужно забывать. И самые развитые сельскохозяйственные районы как раз во время войны больше всего и пострадали.
    Но директивы пятилетнего плана, принятого в 1952 году предписывали повышение урожайности зерновых на 40-50 процентов. Т.е., к 1957 году Америка вместе с ее климатом оставалась в заднице по зерну.
   Смотрим поголовье КРС. В 1952 году в США его насчитывалось – 91 млн. голов.
Много. Реально много. В СССР в 1951 году – 57,1 млн. голов. Намного меньше. Но директивой пятилетки предписывалось его к 1957 году поднять за 18-20 процентов. И тут уже разрыв становился не критичным.
   Свиней – 24, 4 млн. голов в СССР.  По США за 50-е годы я данных не нашел. Есть сведения за 2017 год – 73, 5 млн. голов. Это рекордная для Америки цифра. При этом экспортируется 26% объема произведенной свинины. Это цифры 2017 года.
   Т.е., для внутреннего потребления нынешнему населению США в 308 млн. остается примерно  54 млн. голов, 0,17 одной свиньи на одного американца в 2017 году.
   В СССР в 1952 году жило 188 миллионов. Значит – 0,12 одной свиньи на брата. 0,17 и 0,12 – совсем уж не критичной отставание.
   Но есть же еще и овцы! У нас их в 1951 году было – 99 млн. голов.
   А вот у янки в 1959 году было всего 33 млн. овец. В три раза меньше. А ведь овцы – это не только шерсть и овчина, но еще и мясо!
    А ведь у нас еще было 15 млн. лошадей. Конину в США никогда не ели. В СССР – за здрасте, особенно в Средней Азии.
    Так мешал советскому колхознику климат, и ему нужно было догонять американского фермера по призыву Н.С.Хрущева? Или это американскому фермеру нужно было паниковать, глядя на темпы развития сельскохозяйственного производства в СССР?
     Я осознаю, что эти выкладки очень спорными выглядят. Во многом, из-за того, что слишком непривычны эти данные сопоставлены. И непривычно осознавать, что такая вся из себя великая Америка не очень и великой была уже на фоне сталинской страны.
   Но вот, понимаете, тенденции… В 50-е годы в США наметился кризис в сельском хозяйстве. Типичный капиталистический – перепроизводство. Вот то, что производили американские фермеры на фоне колхозов – стало образовывать излишки. Дело не в том, что американцы всё скушать не могли, дело в том, что уровень производства мог обрушить цены. И тогда Конгресс США в 1954 году принимает программу «Продовольствие ради мира», начинается экспорт продовольствия в неразвитые страны. Более того, в 60-е годы начинает действовать программа «Продовольственные талоны», продукты питания бесплатно раздают бедным. Так правительство США избавлялось от излишков продовольствия на внутреннем рынке.
      А в СССР? Такое же перепроизводство. Поэтому началось снижение цен. Разница лишь в том с США, что капиталисты стремились цены удерживать, поэтому вывозили продовольствие и раздавали его тем, кто все-равно не смог бы его купить. А коммунисты при «перепроизводстве» снижали цены, делая продукты более доступными.
     А вот что потом стало с советской статистикой, которая показывала, что всё становится выше, вкуснее и жирнее, но в некоторых городах мясо в продаже в магазинах годами не появлялось – тайна мироздания.
   Если, конечно, не знать, как на фоне усугубляющегося развала села, изображали статистические данные всё более в оптимистичном свете.
   Как некоторые колхозы «догоняли» Америку по мясу, покупая его в заготконторах, уже числившееся как проданное государству, и повторно продавали, мы знаем.
    А еще на моих глазах, уже в конце 80-х также повышали статистику по молоку. Совхоз сдавал молоко молокозаводу, потом у него покупал обрат (почти прозрачную водичку  после сепарирования) для поения телят на откорме, а показывал этот обрат, как молоко, произведенное для внутрисовхозных нужд.
    Так-то чего Америку вместе со всей Европой не догнать и не перегнать?

p_balaev

Мои твиты

Tags:

p_balaev

Совхозная реальность (из черновика к "Троцкизму") ч.9

     В 1962 году Совмин СССР выпустил еще один очень интересный документ: ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 12 июля 1962 г. N 730 «ОБ УЛУЧШЕНИИ ГОСУДАРСТВЕННОГО УЧЕТА ЗЕМЕЛЬ И ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ИХ В СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОМ ПРОИЗВОДСТВЕ».
      Особенно интересна его преамбула, на эти строки сегодня даже не знаешь, как реагировать – плакать или смеяться: «В ряде колхозов и совхозов большие площади пахотных и других сельскохозяйственных угодий используются бесхозяйственно, что приводит к эрозии почвы, заболачиванию, засолению и зарастанию земель кустарником и лесом. Вследствие этого резко снижается плодородие почв и часть земель ежегодно выбывает из сельскохозяйственного оборота.
Серьезные недостатки имеются в использовании орошаемых и осушенных земель, на мелиорацию которых затрачены большие государственные и колхозные средства. Значительная часть этих земель занимается под посевы малоценных культур, а также под сенокосы и пастбища. В отдельных колхозах и совхозах допускается выпадение из сельскохозяйственного оборота больших площадей с оросительной сетью.
Имеют место случаи, когда в колхозах и совхозах значительные площади пашни переводятся в залежи, что снижает возможность увеличения производства сельскохозяйственных продуктов. Так, например, в 1954 - 1960 годах в Казахской ССР и РСФСР было переведено в залежи около 10 млн. гектаров пашни.
Учет освоенных целинных и залежных земель организован в ряде районов неудовлетворительно. В отдельных областях РСФСР и Казахской ССР в оперативную отчетность колхозов и совхозов дважды включались одни и те же площади распаханных залежей, в результате чего искажалась площадь фактически освоенных земель».
  Чтобы яснее понять, что происходило в сельском хозяйстве СССР к 1962 году и против чего было направлено это Постановление Совмина, приведу строки из доклада Г.М.Маленкова на 19-м съезде КПСС: «В послевоенные годы быстрыми темпами восстанавливались посевные площади, повышалась урожайность и увеличивалась валовая продукция зерновых, технических, кормовых, огородно-бахчевых и других сельскохозяйственных культур. Посевные площади всех сельскохозяйственных культур в 1952 году превысили довоенный уровень на 5,3 миллиона гектаров… Теперь, когда восстановлен и превзойден довоенный уровень посевных площадей, единственно правильной линией в деле увеличения продукции земледелия является дальнейшее всемерное повышение урожайности. Повышение урожайности – главная задача в земледелии. Чтобы успешно решить эту задачу, необходимо повысить качество и сократить сроки проведения полевых работ, улучшить использование тракторов и сельскохозяйственных машин, завершить механизацию основных работ в земледелии, обеспечить быстрейшее освоение в колхозах и совхозах севооборотов с посевом многолетних трав, улучшить семенное дело, повсеместно внедрять правильную систему обработки почвы, увеличить удобрения и количество поливных земель».
       Т.е., Георгий Максимилианович прямо говорит, что посевные площади по состоянию на 1952 год еще полностью не обеспечены механизацией, без которой невозможно повышать плодородие земель.
     Но тут начинается Целина и посевные площади возрастают на 42 с лишним миллиона гектаров! И этого мало. К тому времени была похерена травопольная система, заклейменная как неэффективное использование земель и даже в районах традиционного земледелия начали пахать ВСЁ! Т.е., увеличили посевные площади еще минимум на четверть.  К чему это должно было привести? Да к тому, к чему и привело: механизация работ в земледелии, даже с учетом роста производства тракторов и сельхоз машин, резко падает. А что это значит? Это значит, что с наличным парком машин колхозы-совхозы уже начинают все-больше не укладываться в сроки проведения агротехнических мероприятий, не успевают их проводить в полном объеме за сезон и урожайность начинает снижаться.
     Общий валовый сбор можно за счет увеличения посевных площадей держать на уровне, но увеличение площадей обрабатываемой земли при снижении урожайности становится все более и более затратным, ведет к убыткам.
   Совхозы и колхозы начинают сокращать посевы, чтобы снизить убытки. Они явно не справляются с наличной техникой обрабатывать землю. Любой более-менее грамотный хозяйственник знает, что если сократить площадь посевов, при этом собрать такой же урожай, как и на большей площади, то получится значительная экономия.
   Директора совхозов и председатели колхозов начинают сокращать посевные площади. Как видно из текста постановления, даже прибегая к мухлежу, показывая в отчета двойные данные по распаханным залежам.  Очевидно, они уже от полной безысходности, вызванной нарастающими убытками, к которым вела аграрная политика КПСС, стали идти на прямой подлог.
    Оцените сами – в залежи ушло 10 млн. гектаров земли! В 1954-1960 годах. Как раз во время освоения Целины. Целины распахали на 42 млн. гектаров и здесь же четверть этой площади бросили без обработки. И не только в РСФСР. В самом Казахстане! Распаханные целинные земли бросили зарастать травой!
    Но тут последовало Постановление Совмина, которым напрямую было запрещено хозяйствам даже  думать о том, что работать нужно с прибылью. Никаких сокращений площадей, даже если уровень механизации еще не позволяет эти гектары обрабатывать: «Осудить, как порочную, практику перевода в колхозах, совхозах и других хозяйствах, занимающихся сельскохозяйственным производством, значительных площадей пашни в залежи и исключения их из сельскохозяйственного оборота».
     Конечно, это Хрущев-волюнтарист. Может дорогой Леонид Ильич исправил что-то?
     В 1950 году посевные площади в СССР составляли 146,3 млн. гектаров.  В 1960, когда колхозы-совхозы начали бросать землю без обработки – 203 млн. гектаров. В 1970 году – 206 млн.. Не только не отказались от обработки излишних площадей, которая приносила одни убытки, но еще на 3 млн. их увеличили.
     А как обстояло дело с механизацией при Брежневе?
    «Хотя Брежнев заявил, что в 1968—1970 гг. сельское хозяйство получит 22,5 млрд руб., это выглядело нереальным. Как оказалось впоследствии, о чем признавал Брежнев на июльском (1970) пленуме ЦК (этот материал был изъят из первого, «рабочего» варианта доклада), в годы восьмой пятилетки сельское хозяйство недополучило около 10 млрд руб. (23 % от намечаемого плана финансирования). В результате в годы восьмой пятилетки (1966—1970 гг.) в колхозы и совхозы не было поставлено около 1 млн единиц сельскохозяйственной техники» (А. И. Шевельков.. Аграрная политика 1960 – 1970-х гг. в документах ЦК КПСС.  Шевельков А. И.  Российские и славянские исследования: Сб. науч. статей. Вып. 5 /Редкол.: О. А. Яновский (отв. ред.) и др. — Мн.: БГУ, 2010. — С.235–242).
     Т.е., по-прежнему паршиво дело с механизацией обстояло. Но площади наращивали вплоть до 1978 года. После 1978 года начались уже тенденции истощения трудовых ресурсов на фоне экстенсивного сельского хозяйства и это хозяйство покатилось под откос со все большим ускорением.
      Интересно, что еще в 1962 году директора совхозов и председатели колхозов видели, что ведение хозяйства экстенсивными методами на фоне нехватки техники ведет к убыточности и бросали миллионы гектаров без обработки, а в Правительстве сидели идиоты, которые этого не понимали и толкали село к разорению? А может быть, это были не совсем идиоты? Может они отлично понимали, к какому результату должны прийти в итоге? Помните, как в Перестройку началась пропагандистская компания о том, что колхозы и совхозы не способны накормить страну и разоряют экономику?
   Так вот, колхозы и совхозы здесь не при делах, как говорится. Это политика ЦК КПСС и Советского правительства здесь при делах.


p_balaev

Мои твиты

Tags:

p_balaev

Совхозная реальность (из черновика к "Троцкизму") ч.8

      Есть одна аксиома в животноводстве, именно в молочном животноводстве: чем чаще доить корову, тем больше она даст молока. Вымя – железа. Железу нужно заставлять больше давать секрета, ее, так сказать, тренировать нужно. Молочная железа не может сама себя выдоить, при ее наполнении молоком включаются в действие барорецепторы, в результате секреция железы прекращается. Доить корову нужно так часто, чтобы скапливающееся в вымени молоко не успевало оказывать действие на барорецепторы и молочная железа не переставала секретировать.
   Любой, самый тупой зоотехник, тем более зооинженер обязан знать, что при переходе от трехкратного к двухкратному доению корова в среднем начинает давать молока на 39% меньше. Это азбука в зоотехнии. А если доить корову 4 раза в сутки, то она будет молока давать еще на 9-15 % больше, чем при трехкратном доении.
   В наших совхозах-колхозах до 1978 года, почти во всех хозяйствах, доили коров 3 раза в стуки. Утренняя, обеденная и вечерняя дойки. Казалось бы, чтобы увеличить надои на 9-15 процентов нужно всего лишь ввести еще одно доение.
   Да любой турист, посетивший животноводческий павильон ВДНХ знал, что коров-рекордисток доят и 6 раз в сутки!
    Но в Минсельхозе делали вид, что они ВДНХ никогда не посещали. Поэтому, делая вид, что в Правительстве озабочены улучшением обеспечения народа СССР молоком и молочными продуктами, начали наращивать поголовье молочного стада, заменяя даже мясо-молочные породы скота, такие, как симментальская, чисто молочными породами – черно-пестрой. Увеличение поголовья при ограниченности сельских трудовых ресурсов привело к тому, что начала возрастать нагрузка на доярок, скотников, телятниц и тут выходит Постановление Государственного комитета Совета Министров СССР по труду и социальным вопросам и Секретариата Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов от 23 марта 1978 г. N 89/10-11, которым введены нормы обслуживания крупного рогатого скота, увеличившие нагрузку, в смысле закрепления числа скота за каждым работником, в полтора, по отдельным категориям – в два раза.
   В результате за 8-ми часовой рабочий день доярка успевала доить коров уже не три раза, а два. Совхозы-колхозы перешли на двукратное доение коров. Рухнули надои. Насколько? Ну на 39% в среднем. Т.е., увеличение поголовья молочных коров не дало увеличения количества молока. Но каждая корова – кушает, по крайней мере. Это корма, их производство – затраты. Я уже даже не говорю о производственных помещениях, площади которых тоже увеличивались, расходы на их строительство и обслуживание. Увеличенное поголовье требовало увеличения этих затрат, а молоком они не окупались. Молока-то больше не стало. Хозяйства стали нести убытки именно там, где они получали прибыль – при производстве молока.
    Но и это еще не все. Постановление Правительства увеличило нагрузку и на телятниц. На тех, кто выкармливает телят, будущее молочного стада. Телят тоже стали кормить два раза в сутки. Да три раза их кормить и нечем было, потому что коров-то доили 2 раза. Можно было бы, конечно, надоенное молоко дробить на большее количество кормлений телят, но смысла в этом не было, потому что телятница все-равно не успевала бы кормить телят чаще 2-х раз.
   Вы представляете, что станет с новорожденным человеческим ребенком, если его кормить не 6 раз в сутки, а 2 раза? Представляете, каким рахитиком-дистрофиком станет расти этот ребенок? Если вообще выживет, конечно.
     Теленок, разумеется – не человеческий ребенок. Наши дети рождаются настолько беспомощными, что и ползать еще не могут. Коровий детеныш с первых часов жизни уже стоит на ножках. Т.е., он еще больше страдает от недостатка кормления, чем дети людей. У него же энергозатраты выше!
     Так больше того, телятницы при возросшей нагрузке стали не успевать выпаивать телят из сосок. Это очень долгая процедура. Стали поить из ведра. Это было почти прямое убийство молодняка.
   Кстати, в деревнях частники всегда выпаивали телят из ведра. Только с одним нюансом, хозяйка всегда во время поения вкладывала в рот теленку пальцы. Не давала ему молоко глотать, таким образом. Теленок даже из ведра сосал молоко сквозь пальцы.
   Если теленок пил из ведра большими глотками, происходила следующая штука. У коровы желудок четырехкамерный: истинный желудок – сычуг, и три преджелудка – рубец, книжка, сетка. Преджелудки предназначены для механического воздействия и воздействия микрофлоры на грубые корма для их подготовки к перевариванию в сычуге. У новорожденного теленка преджелудки не работают. В них еще нет микрофлоры.
    Если теленок глотал молоко из ведра большими глотками, то часть этого молока попадала не только в сычуг, где переваривалось, но еще и в преджелудки. А в них оно не переваривалось, начинало гнить. Начиналась интоксикация организма теленка, понос, обезвоживание и гибель животного.
   После введения постановления Правительства резко вырос падеж молодняка. То, что я видел в совхозах- гибло не менее четверти телят.
  А выжившие – рахит-дистрофия. Доярка Перевозникова жаловалась, что ей на замену выбракованных коров с каждым годом поступают телки все более мелкие и менее удойные, винила в этом зоотехников и ветеринаров. Доярка же. Советская доярка. Продукт советского образования.
  Вот вам еще один результат Постановления Совмина N 89/10-11 – рабочие совхозов-колхозов начали ненавидеть специалистов.
   И молоко – еще не всё. Коровы же не только телочек в приплоде приносили. Но еще и бычков. Их должны были откармливать на мясо. Но из бычков при двухкратном кормлении тоже получались сплошь рахиты. Они очень плохо росли. Часто до выращивания их до сдаточного на мясокомбинат веса, 400 кг,  уже уходил не год, как раньше, а полтора-два года. А часть вообще и за два года не вырастала до 400 килограмм. Это убыточный откорм. Да еще и падеж молодняка. И уменьшение производства мяса, само собой.
   Причем, то, о чем я пишу – настолько элементарно для животноводства! Азбука! Букварь!
  А мы еще про скотников забыли. Их же тоже Постановлением перегрузили. В результате мужики стали не успевать вовремя чистить под коровами. Коровы покрылись навозной коростой. А один грязный хвост коровы сразу давал снижение надоев в 10%. Раздражение рецепторов хвоста навозной коростой так отзывалось на продуктивности. Доярки же не успевали уже чистить скребками бока животных от этой коросты и мыть им хвосты.   
    Статистика показывала полный ажур в вопросах производства молока. Только в совхозах-колхозах, вполне благополучных на уровне остальных, в которых мне пришлось поработать главным ветеринарным врачом, надои на корову к концу 80-х уже упали до 1100- 1200 литров.
   Африканцы-скотоводы из племени бушменов со своими беспородными коровками, похожими на мумий, умерли бы от смеха, если бы заглянули в подойник советской доярки.
    На крюк! За ребро! Этих троцкистских тварей из Совмина СССР.

p_balaev

Мои твиты

Tags:

p_balaev

Совхозная реальность (из черновика к "Троцкизму") ч.7

     Читаем дальше то, что рассказала Евгения Петровна: «Иные говорят, что у Перевозниковой коровы лучше. Где же они лучше? Первотелок в группе раздают по жребию — чтобы никому не было обидно».
    Вот какой у нас был доброжелательный советский народ, который на ретро-фотографиях весь поголовно улыбается солнечно во все зубы! Женщина чудеса трудового героизма показывает, а норот этот сквозь зубы: «Ей первотелок лучших дают».
    Честно говоря, уважаю этот народ, который рядом с Перевозниковой работал. В тех совхозах, что я знал, люди пожиже характерами были. Дело в том, что райкомы жестко спрашивали с парторгов и директоров совхозов, чтобы в каждом были «трехтысячницы». Маяки, так сказать. А парторги и директора совхозов сексуально имели по этому вопросу зоотехников и бригадиров ферм.
     Поэтому «трехтысячниц» «делали». Фокус простой – выбирали непьющую и покладистую, желательно партийную, и комплектовали ей группу коров из отборнейших, самых высокоудойных первотелок. Естественно, дальше этой «ударнице» ничего не стоило выйти в «трехтысячницы», получить ордена с медалями и «Москвич» в подарок.
    А совхозное начальство отчитывалось о наличии «героини труда». Но в случае с Перевозниковой, как видим, произошла нештатная ситуация. Распределять первотелок по дояркам – это святая обязанность зоотехника и бригадира. И только их обязанность. Они должны комплектовать группы так, чтобы доярки были в равных условиях. Жребий здесь неуместен. Еще бы и в карты разыгрывали!
    Вероятно, доярки взбунтовались, выразили руководству недоверие и уже после бунта перешли к жеребьевке.
   О результате сама же Евгения Петровна и рассказала:
«Все у нас вроде бы неплохо. План трех лет пятилетки перевыполняем на 837 центнеров. План первого квартала 1984 года выполнили к 21 марта, досрочно. И все же я и мои подруги, но работе испытываем неудовлетворенность. Дело в том, что в нашем хозяйстве падает продуктивность коров. Почти на 300 килограммов меньше стала давать нынче корова по сравнению с началом пятилетки. Намного ниже показатели и у меня лично. В прошлом году я надоила 3603 килограмма, тогда как еще три года назад каждая корова в моей группе давала по 4377 килограммов».
    Великое дело – жребий и равные условия! Запустить эту схему по всей стране и исчез бы, самоликвидировался «Клуб доярок-трехтысячниц». Не на ком партии и правительству было бы демонстрировать, что партия и правительство всё, что в их силах делают для блага народа, только не весь этот поганенький народишко-потреблядец хочет добросовестно трудиться для собственного блага. Даже если добросовестным – ордена и «Москвичи».
    А Евгению Петровну в этом интервью понесло, наболело у женщины и она еще много лишнего наболтала тупым журналистам о проблемах снижения надоев:
«Болеют коровы. Чаше всего маститом. При этом не только я, но и другие доярки остаются без поддержки ветеринаров и зоотехников. О том, что они стали работать хуже, чем в прошлые годы, я говорила на очередной встрече доярок-трехтысячниц- в редакции газеты «Байкальские огни».
    Вот уже и нашли козлов отпущения: специалистов. Интеллигенцию-прослойку. Плохо работать стали, мешают, гады, получать переходящие кубки дояркам-пролетаркам.
    Не мне она это сказала. Я женщин последний раз и материл, когда ветврачом в совхозе работал. Выпрашивали. Женщина-пролетарий позднесоветского образца любого интеллигента из себя вывести была способна.
    Это Евгения Петровна и ее коллеги по дойному цеху… сами коров до мастита доводили. Не совсем по своей вине. Даже не по своей. Доить торопились. Не укладывались в рабочее время, поэтому регулировали пульсаторы на доильных аппаратах так, чтобы аппарат активней сосал молоко из вымени. В результате – травмы вымени и маститы.
   Но это только один фактор. Второй – грязь, навоз и антисанитария. Скотники не успевали вовремя чистить навоз, сгребать его из под коров в желоб транспортера-навозоудалителя, в результате – загрязнение вымени.
  А доярки, когда ветеринар ставил корове диагноз – «мастит», молоко из больного вымени сдаивали не в отдельную посуду, чтобы потом его уничтожить, а прямо на пол коровника. Времени у них не было на соблюдение всех санитарных требований. Не успевали. В результате – обсеменение производственных помещений специфической микрофлорой, вызывающей мастит у коров.
   И еще слова нашей «трехтысячницы»: «В мою группу сейчас поступают взамен ушедших коров малорослые, малопродуктивные телки. Успеваю их только выбраковывать да менять. А это вряд ли помогает мне надаивать больше молока. Вот тут бы и помогли зооветспециалисты, руководство хозяйства».
    Ничем ей специалисты уже помочь не могли. Даже если бы очень сильно хотели, им самим нужны премии за выполнение и перевыполнение хозяйством плановых заданий. Но они были бессильны.
    А начались в нашем молочном животноводстве страшные вещи, как вы уже поняли: «В мою группу сейчас поступают взамен ушедших коров малорослые, малопродуктивные телки. Успеваю их только выбраковывать да менять».  Это вырождением стада правильно называется. Это -катастрофа. И эта катастрофа шла по всему СССР.
    Когда я слышу и читаю, что во время Горбачева всё у нас было в стране тип-топ, только эта Иуда (несомненно, Иуда. Как и весь состав ЦК КПСС) всё поломал, то я сразу говорящего и пишущего такую бредятину отношу либо к идиотам. Либо к бессовестным вралям.
     Вот молочное животноводство, как и почти все сельское хозяйство, к началу 90-х годов уже подошло к краю пропасти. Доярка-орденоноска, которая прямо сказала о вырождении молочного стада еще в 1984 году не даст соврать. Через пять лет это стадо было уже в кошмарном состоянии.
     А запущен этот процесс был Постановлением Государственного комитета Совета Министров СССР по труду и социальным вопросам и Секретариата Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов от 23 марта 1978 г. N 89/10-11, утвердившем «Типовые нормы обслуживания крупного рогатого скота».
    Видели фотографии 30-х годов, времени борьбы с троцкистскими заговорами, на которых люди стояли с транспарантами «Собакам – собачья смерть»? Думаете, это такой свирепый народ был?
     Нет, это такая сволота была – эти троцкисты, которых люди считали бешенными собаками. Вот как авторы и те, кто подписал вышеназванное постановление. Вешать! За ребро на крюк! Что б в муках, собаки, подыхали!

p_balaev

Совхозная реальность (из черновика к "Троцкизму") ч.6

    Положение в совхозах-колхозах к 80-м годам очень сильно напоминало ситуацию на нынешних капиталистических предприятиях, находящихся в стадии банкротства. Есть такие. Зарплату или совсем не платят, или платят мизер с задержками. Работы толком нет. Люди ходят, номер отбывают и тянут с предприятия все, что можно хоть как-то толкнуть. Охрана тоже сидит без зарплаты и смотрит на это сквозь пальцы.
     Банкротство везде выглядит одинаково. Только не любое предприятие обанкротить легко. Попробуйте разорить завод, обеспеченный кадрами, материальными ресурсами, да еще и рынком сбыта своей продукции почти бездонным. Для такой операции нужна особая гениальность.
     Такую гениальность проявили деятели из ЦК КПСС, когда обанкротили советское сельское хозяйство. Средний советский колхоз времен Сталина, такой, как «Имени 3-го полка связи»,  разорить нужно было еще постараться.

     Первый этап банкротства советского сельского хозяйства закончился огосударствлением колхозов. Начавшийся процесс прямого перевода коллективных хозяйств в совхозы был в середине 60-х годов остановлен. Почему отказались от дальнейшего перевода, точнее переименования, колхозов в совхозы – чуть позже.
       Вы помните методы вредительства, применяемые троцкистской оппозицией в 30-е годы? Там же главным были не прямые диверсии, а внедрение таких технологий, который приводили к излишним затратам, наносили экономический ущерб производству.
      Потом эту троцкистскую шваль поголовно реабилитировали, представив их жертвами маниакальной подозрительности Сталина. Мы помним и в чем суды обвиняли этих троцкистов-вредителей: в стремлении остановить развитие промышленности, нанести ей такой ущерб, чтобы столкнуть страну в реставрацию капитализма. Но мы, в большинстве своем, плохо понимаем, как можно, препятствуя развитию производства, прийти к капитализму. Механизм большинству моих соотечественников до сих пор не понятен.
    Мы бы смогли и сами давно в этом разобраться, тем более на наших глазах этот механизм был реализован. Конечно, СССР переходил от государственного капитализма к частнособственническому, именно этому процессу мы были свидетелями, но схема троцкистской деятельности по переводу государственной собственности в частную – у нас была перед глазами. Только мешают в ней разобраться такие «патриоты» СССР, как С.Г.Кара-Мурза и С.Е.Кургннян, да их – тысячи, таких исследователй-историков-экономистов-политологов. Они сделали виноватым в этих процессах сам советский народ, который обвинили в потреблядстве и предательстве идей коммунизма. Это колоссально! Потерпевшего сделали виноватым! Примерно так: «Чего ты, дурочка, темным вечером по улице домой шла, а потом на отсутствие фонарей на столбах и изнасилование жалуешься! Ходить надо днем!».
     Давайте попробуем разобраться сами. Я возьму ту отрасль сельского хозяйства, которую хорошо знаю – животноводство. Еще конкретнее – молочное животноводство Все-таки ветеринарный врач по образованию и успел поработать, хоть и недолго, главным ветеринарным врачам совхоза. Я сейчас вам покажу нечто, за что во времена Иосифа Виссарионовича целому ряду министров брежневского правительства прострелили бы бошки, как врагам народа, злостным вредителям-троцкистам.
      В СССР в 70-80-е годы была такая смешная агитационная компания под названием «Клуб доярок-трехтысячниц». Те доярки совхозов-колхозов, которые надаивали в среднем от одной коровы 3000 и более литров молока, становились членами этого Клуба. Их награждали орденами и ценными подарками, интервью у них брали, возили по хозяйствам и они делились передовым опытом.
     Почему компания была смешной? Да потому что надоем 3000 литров от коровы в 70-80-е годы в мире можно было не рассмешить только вьетнамских доярок, ну и доярок самых отсталых стран Африки. Там столько же надаивали.
     Я уже даже не буду трогать доярок США, которые доили более 9000 литров. Вы же скажете, что в Америке тепло и коровки на лугу пасутся круглый год! Хотя, для дойной коровы это не определяющие факторы.
    Возьмем Финляндию. Климат – тоже не подарок. Но доили финны в те годы от одной коровы от 6000 до 7000 литров. И ордена доярки Суоми за это не получали. А если еще учесть, что основное поголовье дойного стада Финляндии составляли породы, которые давали особо жирное молоко, идущее в сыроваренную промышленность, и удойность этих коров заведомо ниже – такие породы, а основу молочного стада СССР составляла черно-пестрая порода с очень невысокой жирностью молока, то станет совсем весело.
    Согласитесь, что если бы советская корова так доилась, как финская, то советский народ в молоке захлебнулся бы, а от масло мы бы рожи воротили.
    Но даже если бы советские коровы давали молока в два раза меньше финских, по 3000 литров, то уже масло и творог в СССР точно не стали бы деликатесами.
    Только средние надои в СССР были в пределах 2000-2400 литров на корову. Примерно, как во времена Сталина, когда только начинали заниматься проблемой породности скота. Но во времена Сталина низкоудойность в колхозах компенсировалась большим поголовьем частного сектора. При Брежневе этой компенсации уже не было.
   А к концу 80-х годов эта цифра колебалась в пределах 1500 литров. Было и меньше в некоторых хозяйствах.
    Но вернемся к «трехтысячницам». У этих «орденоносок» была слава всесоюзная, повторюсь. Их пресса вниманием не обходила. Несли они про свой героический труд чушь потрясающую. Доярки же. «Самое лучшее в мире образование» творило с интеллектом чудеса.
    Я выбрал одно из самых показательных выступлений одной из героинь той комедии.
В сборнике «Возьмем новые рубежи». (Литературная обработка Л.Р. Цыбиковой и Я.В. Николаева).- Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во,1984.) помещено интервью с Евгенией Петровной Перевозниковой, прославленной дояркой молочнотоварной фермы «Колесово-2» птицефабрики «Кабанская» Кабанского района, кавалер ордена Ленина.
     Не обращайте внимание на «птицефабрику». Вернее, обращайте. Птицефабрики в те годы были супер-пупер предприятиями и поэтому даже молочные фермы при них отличались от обычных ферм животноводческих совхозов в лучшую сторону.
     Это далеко не рядовая ферма. Начнем цитировать Евгению Петровну: «Я в прошлом году надоила по 3603 килограмма на фуражную корову. Не отстают от меня такие мастера своего дела, как Валентина Георгиевна Перевозникова, Глафира Николаевна Бурлакова. Они постоянно надаивают свыше трех тысяч килограммов. Всего по нашей птицефабрике в 1983 году 17 доярок перешагнули трехтысячный рубеж.

Движение трехтысячниц в нашем районе имеет давние корни. Восьмой год подряд в редакции районной газеты «Байкальские огни» проводятся встречи доярок трехтысячниц. Дважды за последние годы я завоевывала сразу по два именных кубка. Одни из них полагается за рекордный надой на фуражную корову, в данном случае около 4000 килограммов, второй — за наибольший валовой надой по группе - более 100 тонн молока от двадцати с лишним коров. Следующий человек поймет, что завоевывать такие кубки — дело нелегкое.

Работа моя не остается без внимания. По итогам девятой пятилетки я была награждена орденом Трудового Красного Знамени. В 1981 году получила медаль ВДНХ, а также в качестве премии — автомобиль «Москвич». Являюсь заслуженным животноводом Бурятской АССР».

      Казалось бы, налицо забота советского правительства о труженниках села – такие награды за надои в два раза меньше несчастных финских доярок! И забота о их росте. О росте надоев, конечно. Не спешите пока делать такой вывод. Будем дальше читать интервью с «трехтысячницей» и вы согласитесь со мной, что главу Советского правительства 1978 года (тоже поймете, почему именно этого года) и некоторых его министров нужно было не расстрелять. А четвертовать, колесовать, повесить за реброна крюк подыхать на площади, чтобы весь народ видел, как эти суки страдают…
    Но сначала про самое полезное и вкусное в мире советское молоко. Тоже из этого интервью. Хорошо, что литературной обработкой того, что наговорила Евгения Петровна, занимались журналисты, которые были очень, скажем так, далеки от реалий совхозной жизни, поэтому интервью получилось показательное.
   Итак, цитирую: «Дело в том, что коровы привыкают к доярке, к темпу ее работы, к ее характеру. Был случай, когда за меня доила подменная. Так получила она на 15 килограммов меньше молока, я через день вышла на работу сама, так они с радости, видимо, если так можно сказать, даже прибавили против прежних надоев на 25 килограммов».
     И еще фраза: «Дойка у нас механическая…»
    Что-нибудь поняли? Если никогда близко не сталкивались с советским молочным животноводством, то и не поймете. Доят коров доильными аппаратами. Корове глубоко все-равно, кто ей этот аппарат к вымени пришлепнет. Это ручное доение – там корова привыкает к манере доярки, там такая проблема есть. При механическом – абсолютно корове наплевать.
    Но тут нюанс. Прикрепленная к группе доярка получает зарплату от надоя. А подменная – на ставке. Ей, как и корове, абсолютно наплевать, сколько она надоит молока. Поэтому надаивает молоко. Не поняли?
 Как только прикрепленная доярка уходит на выходной, так сразу надои в ее группе падают, потому что подменная доярка не будет лить в молоко воду, чтобы поднять «надои».
     Поэтому доярки на молочных фермах СССР годами работали без выходных. Подмена вскрывала то, что все старались или не замечать, или, хотя бы, держать в рамках – разбавление молока водой.
      Вот Евгения Петровна сама, по своей доярочной глупости, разболтала журналистам, что каждую дойку в молоко доливала 15 литров воды, ведро. А после того, как ее один день подменяла сменная доярка – влила 25 литров, чтобы удержать общий результат на уровне.
     Думаете, кипяченную воду она лила в молоко? Гыыыы! Думайте. А вообще на фермах вода класса «для технических нужд» была. Не питьевая. Продолжайте грустить по самому вкусному молоку в мире. Но и это еще – семечки…

?

Log in

No account? Create an account