p_balaev (p_balaev) wrote,
p_balaev
p_balaev

Categories:

Сегодня день памяти И.В.Сталина. 66 лет назад было объявлено о его смерти.

Из моей книги "Берия и ЦК. Два заговора":

"... Не только ради Крупской я начал эту книгу главой о педагогике, конечно. Кое-какие проблемы советской, так называемой, педагогики и вылились в то, что и мое поколение, и нынешнее, само утверждение, что врачи убивали руководителей государства воспринимают, как абсолютно абсурдное. Как так? Врачи? Убивали? Они что – гангстеры? Стоит только сказать человеку моего поколения, что медики залечили Горького и Жданова, как тут же ироническая ухмылка – сталинские бредни маньяка.
А вот люди начала 50-х годов, еще не столь «облагороженные» «лучшим в мире образованием» (тогда семилетка считалась за хорошее образование, а десятилетка – это, как говаривал киноперсонаж Жеглов: у тебя же 10 классов на лбу написаны) информацию в советских газетах о врачах-убийцах восприняли вполне адекватно.
Адекватно – это с доверием к этой информации. Подумаешь, какая невидаль – врач убил пациента лечением! Что в этом невероятного? И гневные отклики советских людей на публикацию в «Правде» были. И простых колхозников-рабочих, и медиков. Медики проклинали этих выродков, опозоривших звание врача.
Убийство врачом пациента путем вредительского лечения – преступление, древнее, как сама профессия врача. Характерно, что народ с семилетним образованием это понимал, а вот уже люди самой читающей в мире страны – нет. Даже сегодня не понимают. Сами проведите такой тест: выберите объект более-менее интеллигентный, интересующийся историей, и задайте ему вопрос: от чего умер Иван Грозный. Гарантирую, большинство опрашиваемых ответит – его отравили придворные медики мышьяком и ртутью. Залечили. И тут же задайте вопрос о Жданове и Щербакове. Сразу в голове щелкает тумблер и начинается поток сознания о том, что Тимашук в карьеристских целях…
Вот вам продукт «самого лучшего в мире образования». Вместо собственной логики, в сознании – знания. Полученные от учителя в школе и из книг. Учитель и книги – это хорошо, разумеется. Но когда свои мозги есть. А когда их нет… Да сами вспоминайте, еще раз, как в «советской» школе вас натаскивали на понимание трактовок литературных произведений, исторических фактов. Как отсекалось всё «еретическое».
Мне даже иногда кажется, что вся сталиниздическая бериеада – это тоже тест, специально проводимый для оценки готовности толпы к внушаемости самого абсурдного.
Ладно, если бы только люди, не связанные с раскрытием и расследованием преступлений, в этой теме могли плутать. Во время написания этой книги разговаривал со знакомым бывшим милиционером, и не просто с милиционером, а с начальником уголовного розыска РОВД. И он ехидно пробовал мне предъявить контр-аргумент: почему тогда этих врачей почти сразу восстановили на работе, более того, после устранения Берии они так и продолжали трудиться в Лечсанупре? Почему им снова стали доверять здоровье и жизни советских руководителей?
А кому они стали опасны после всего, что с ними произошло? Тем более, что по делу Берии под метелку выгребли всех его приближенных, хоть в какой-то степени, со всех органов. Подозреваю, не только за участие в заговоре, но и для гарантии, что не останется ни один, кто бы мог иметь возможность давления на врачей. На всякий случай, так сказать.
И в Лечсанупре работали лучшие врачи СССР, в смысле профессионализма, а не по моральным качествам, конечно. Виноградов – это суперпрофессионал, лучший в своей области. Если он по-настоящему лечил, то это было самое лучшее лечение, какое только можно было получить в СССР. Если ликвидирован тот, кто мог Виноградову заказать пациента, то зачем профессора выгонять? Теперь у него надо лечиться.
Вот именно то, что врачи после ареста Берии остались все на своих местах, как раз является еще одним доказательством, косвенным, разумеется, что преступления они совершали по заданию Берии…

Но решиться Берия на убийство Сталина и заставить врачей его убить мог только в одном случае: если он получал полную гарантию, что никакого расследования этого убийства не будет.
Смерти Щербакова и Жданова пришлись на время, когда во главе МГБ был ставленник Лаврентия Павловича Абакумов. Крыша конкретная, как сейчас говорят, поэтому и на диагноз Тимашук они так нагло наплевали. Ничего не боялись.
При Игнатьеве, который никогда не входил в команду Берии, никто врачей не смог бы заставить пойти на преступление. Это было бы самоубийством. Нужна была гарантия, что Игнатьев будет выключен из игры.
А полной гарантия могла быть только при условии, если МГБ немедленно после смерти Сталина возглавит сам Берия. И еще МВД, чтобы точно иметь в руках все органы, которые могли вести оперативно-розыскные мероприятия и следствие. Именно в этом, считаю, был смысл произошедшего в начале марта 1953 года объединения МВД и МГБ.
Такую гарантию Берии мог дать только человек, а) являющийся одним из представителей антисталинского большинства в ЦК, которому большинство ЦК и доверило организационные вопросы по осуществлению переворота; б) пользующийся абсолютным доверием у Берии.
И никакому сомнению не подлежит, что таким человеком был именно Никита Сергеевич Хрущев. Знакомы они с Берией были уже 20 лет, как сам Микита признавался, приятельствовали. И на первом же Пленуме ЦК после смерти Сталина роль Хрущева и высветилась – ЦК ему доверил руководство Секретариатом.
Но эти двое – не исчерпывающий список организаторов убийства. Сначала Хрущев должен был получить недвусмысленный ответ от большинства членов ЦК, или, по крайней мере, от тех, кто это большинство контролировал и вел с Никитой переговоры от его имени, что после смерти Вождя Пленум проголосует за Никиту во главе Секретариата и за Берию во главе МГБ-МВД. Поэтому о готовящемся убийстве Сталина знало и ждало его большинство членов ЦК.
Вот то большинство, которое выдвинуло во главу партии вместо Маленкова – Хрущева, которое потом дружно затоптало «антипартийную группу». Все эти Брежневы, Сусловы, Громыки, Патоличевы…
Убийца не один Берия, и не на пару с Хрущевым. Убийцы – вся эта ЦКашная кодла.
Про то, как Берия разваливал дело врачей – в главе о его министерских 100 днях. Там – просто песня!
Сталинизды-бериефилы утверждают, что Лаврентий Павлович расследовал убийство Сталина и поэтому его убрали. Как расследовал – они молчат. Мухину пришлось фантазировать с «Лабораторией-Х», иначе на расследование даже намека не было бы.
Никто ничего не расследовал! Извините, но если бы было расследование, то первое, что сделал бы следователь – изъял бы все медицинские документы Сталина и приобщил бы их к уголовному делу. А было уголовное дело по факту смерти Сталина? Вот то-то же.
Ладно, может быть без дела расследовал? Оперативную проверку проводил? Тогда опер, который этим занимался, тоже изъял бы все медицинские документы и приобщил бы их к оперативным материалам. Изъяты они были? Нет. В июле с ними спокойно работал Лукомский.
Более того, Василий Сталин, заявлявший, что его отца убили, не был даже опрошен по факту заявления. Дружок Хрущева Булганин его вышвырнул из армии, а Берия упрятал за решетку.
Потом уже, когда поцапались с Мао Цзедуном, похабным ртом Хрущева распустили сплетню, что Сталин сам в своей смерти виноват. Был таким ужасно страшным и свирепым, что даже охрана боялась его охранять.
В завершение. Есть только одни более-менее адекватные воспоминания о последних часах жизни Сталина. Воспоминания одного человека – А.Мясникова, профессора-невропатолога, которого вызвали вместе с группой других невропатологов к Иосифу Виссарионовичу после того, как с больным порезвился кардиолог Лукомский.
Почему воспоминания Мясникова наиболее адекватные? Потому что он был врачом высочайшей квалификации, он понимал, что происходит с больным и вокруг больного. И еще он был довольно оригинальным человеком. Его книга четко рисует характер автора – стебаться очень и очень любил!
Он единственный вспомнил, что до приезда к больному инсультом уже целый день лекарствовал кардиолог. Стебался Александр Леонидович во всю ивановскую.
Начиная с того, что в аптечке у Сталина даже нитроглицерина не было. Для несведущих – комплектование аптечки охраняемого лица – обязанность охраны. Там всё было, на самом деле. И нитроглицерин, и аспирин, и йод.
Это Мясников просто стебался. По его книге видно, насколько ему была противна вся ситуация. Аптечка – ерунда. Дальше – больше. Оказывается, как Александр Леонидович написал, на второй день кому-то пришло в голову сделать Сталину ЭКГ!
Представляете, второй день у кровати больного лучший кардиолог СССР – Лукомский, но ЭКГ только на второй день кому-то пришло в голову сделать! Что сутки делал у постели больного лучший кардиолог страны без ЭКГ?
Сделали ЭКГ и тут врачиха, которая проводила исследование, как только на кардиограмму глянула, сразу заорала: ИНФАРКТ!!!
Вся бригада лекарей выпала в осадок. Представляете, вторые сутки человека лечат от инсульта, на вторые сутки сделали ЭКГ, а там – ИНФАРКТ!
Бледные от испуга врачи молча пялились на женщину-кардиолога. Онемели! Их коллеги еще сидели по камерам за то, что также лечили инфаркты. Финальная сцена из комедии Гоголя «Ревизор».
Спас всех Мясников. Выступил с речью, что такую ЭКГ, как при инфаркте, может и инсульт давать. Все выдохнули. Сразу поверили и стали дальше лечить инсульт. Пиявками!!! Ставят диагноз – кровоизлияние в мозг! И тут же – пиявки вместо препаратов, повышающих свертываемость крови. Это чтобы крови из лопнувшего в мозгу сосуда больше вытекало? Чтобы товарищ Сталин быстрее отмучался?
И строфантин – каждый час!
Конечно, Сталин умер. От инсульта, а не от инфаркта. Вскрытие подтвердило. Пришли на вскрытие те, кто лечил его от инсульта, во главе с министром здравоохранения, который тоже лечил от инсульта, вскрыли труп и увидели, что инфаркта не было, был инсульт. Это вот всё так и было. Особенно вскрытие. Кто ставил диагноз и лечил, тот и на вскрытии присутствовал. Да, и заключение уже в июле 1953 года, после ареста Берии, написал Лукомский. Кардиолог, который Сталина лечил от инсульта.
Так кто медицинские документы Сталина уничтожил так тщательно, что в архиве остались только какие-то разрозненные непонятные бумажки? Есть варианты?
И чего там Берии было расследовать, в детектива Анискина играть? Хватай, сажай – вся банда на лицо.
Да, Мясников как только написал мемуар, так сразу в 1965 году умер. Это был первый умерший невропатолог из той бригады. В 1966 году умер второй невропатолог – Н.В.Коновалов. И третий, последний невропатолог И.Н.Филимонов умер (татарам!) тоже в 1966 году. И их начальник, министр здравоохранения Третьяков (ДЫЦ!) тоже умер в 1966 году.
А кардиолог Лукомский еще долго жил. Это невропатологи про инфаркт языки распускали, а кардиолог молчал, как рыба. И потому долго прожил".

Subscribe
Buy for 100 tokens
***
...
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 31 comments