p_balaev (p_balaev) wrote,
p_balaev
p_balaev

Category:

Троцкизм. Отрывки из глав. Глава 1. "Мы все учились понемногу..." (еще до редактирования)

Только преподавательское сообщество от всех остальных барыг отличает еще и запредельная наглость, выражающаяся в том, что оно считает единственно правильным подход, при котором само должно оценивать результаты своей работы.
Когда наша страна рухнула в рынок, как пьяный мордой в салат, во все стороны полетели брызги «майонеза», в том числе и в виде грандиозных успехов общеобразовательной школы. Качество школьного образования настолько сильно подскочило в условиях демократии, что правительство стало опасаться даже не того, что не хватит бюджетных мест в ВУЗах для отличников, а вообще – золотого запаса страны для медалей им. Настало время ЕГЭ и ответного воя преподавательской мафии о губительности для образования тестирования. Появился мем «жертвы ЕГЭ», которыми стали считать современных выпускников школ, приписывая им страшнейшую неграмотность по сравнению с получившими «лучшее в мире образование».
Пример осененного божественной благодатью «лучшего в мире» я приводил в предыдущей книге. Писатель-историк Юрий Мухин. Человек, который взахлеб расхваливая советскую школу, сам в своей автобиографической книге «Три еврея» написал, как он успешно закончив десятилетку, поступал в институт и провалился, получив за сочинение «неуд.». Но так ничего до сих пор и не понял.
Самое интересное, что не марксисты заметили пороки школы. Не они обратили внимание, что классическая школа гонит брак волной. Ещё в 17-м веке передовые педагоги того времени обратили внимание, что школа нуждается в реформировании, оторванность её от жизни губит детей. Коменский, Руссо – ещё они писали о необходимости совместить школу с производством, с трудовой деятельностью. Эта идея получила название трудовой школы. Многие путают политехнизм именно с трудовой школой. Тоже ошибка. Но чуть позже об этом.
В России пропагандистом трудовой школы выступал Ушинский, кстати. «Трудовики» даже открывали такие школы, более того, эти школы показывали выдающиеся, по сравнению с обычными, результаты. Ещё интереснее, что даже промышленники-капиталисты такие школы при своих предприятиях открывали. Промышленникам нужен был высококвалифицированный рабочий, которого трудно было получить из классической школы. Все эти проекты потерпели крах. Уже в первой четверти 20-го века о трудовой школе прочно забыли. Проект оказался утопическим, как и первые социалистические общины социалистов-утопистов. Дело не в идее трудовой школы, конечно. Просто невозможно коммунизм строить внутри капитализма. Коммунистическая школа, зачатком которой являлась школа трудовая, несовместима с капитализмом. А те промышленники, которые при своих фабриках такие школы открыли, попали в невыгодную ситуацию по сравнению со своими конкурентами. Школа – штука дорогущая. И стоимость обучения детей в ней вошла в себестоимость товара, товар на рынке становился неконкурентным. Более того, конкурентам было выгоднее не самим готовить специалистов, а перекупить их в трудовой школе.
Да ещё педагоги классических школ развернули настоящую кампанию травл и трудовиков. Тоже конкуренция. Часть школ просто закрыли, часть «развили» так, что они превратились в классические.
Но идеи трудовой школы легли в основу марксистской политехнической. Только как немецкая классическая философия и утопический социализм отличаются от марксистской философии и марксистского социализма, так и политехническая школа отличается от трудовой. Трудовая школа ставила перед собой узкую задачу – обучение ребёнка. Политехническая школа имеет задачей строительство коммунизма. В трудовой школе ребёнок оставался вещью, отданной в обучение. В политехнической школе ребёнок должен был стать полноправным членом коммунистического общества, ребёнок должен был с самого раннего детства готовить себя для этого общества и за воспитание, обучение ребёнка должно было нести ответственность всё общество. Точно так же, как в племенах дикарей, только уже на другом уровне. На другом витке спирали. И эта школа должна была быть соединена с производством. Как в племени индейцев обучение детей соединено с жизнью племени, так и политехническая школа соединяется с жизнью общества. Экономика, производство – основа жизни общества. Эта школа должна была давать ребёнку практические и теоретические знания об основных отраслях народного хозяйства, вплоть до обучения специальностям (на уровне школы, конечно). После этого обучения ребёнок уже должен был свободно ориентироваться в том, какая профессия ему больше подходит, и мог потом свободно менять профессию, опираясь на свою базовую подготовку.
Вот поэтому она и называется политехнической. Это название точное. Даже у нас в Движении многие не понимают этого и пытаются ему придумать другое. Навроде – универсальной или всесторонней. Это из-за того, что люди ищут в этой школе место гуманитарным наукам и прикладным наукам. Они никак не могут оторвать взгляда от аттестата о среднем образовании с оценками по русскому языку, литературе, математике, физике… Не будет в политехнической школе аттестатов с такими отметками. Разница политехнизма и классической школы в том, что в классической школе математика и русский язык являются предметами самими по себе и самими в себе, поэтому «в одно ухо влетело, в другое – вылетело». В политехнической школе эти предметы являются базой для овладения знаниями о технике, хозяйстве, экономике. Ребёнок знает, зачем ему эти науки нужны, он знания из них применяет в своей практической ребячьей жизни, осваивая саму науку жизни, участвуя в производстве (в меру сил, конечно), осваивая производство. Здесь уже совершенно другие качество образования и заинтересованность ученика. И жизнь детей совершенно другая. Как маленький индеец чувствует личную ответственность за судьбу племени и, как отражение этой ответственности, – он свободно и сознательно готовит себя для взрослой жизни, когда племя сочтёт его достойным занять место среди воинов и охотников, так и маленький член коммунистического общества будет свободно и сознательно готовить себя к жизни на благо всего общества. И забота о маленьком члене общества ложится на всё общество целиком. Ребёнок перестаёт быть собственностью семьи, родителей, он освобождается от этого рабства. Родители теряют ребёнка? Совсем нет. Родительская любовь и родительская забота остаются. В индейских племенах они тоже есть. Только уже никакие родители-уроды не смогут искалечить своего ребёнка физически и морально. И в школе никакая припадочная психопатка не сможет на нём проводить «педагогические» эксперименты.

Subscribe
Buy for 100 tokens
***
...
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments