p_balaev (p_balaev) wrote,
p_balaev
p_balaev

Category:

Фантазии ослов-историков о сражении под Прохоровкой. ч.4

    Так что же на самом деле произошло под Прохоровкой 12 июля 1943 года? Да ничего такого, в чем нужно искать какие-то тайны и секреты в чемодане  архива  Президента. У нас постоянно какие-то секреты в архивах находятся. То поляков там расстреливают. То своих 656 тысяч. То Сталин с Гитлером Европу делят. Не архивы, а какие-то сказки Шахерезады.
    Начну с … карты. Вы все знаете такое выражение – «командир должен уметь читать карту». Шпаку представляется, что «читать карту» - это совсем просто, и если командир не умеет этого, то он точно умственно недоразвитый. Что там читать? Вот речка нарисована, вот дорога, деревня квадратиками, лес елочками – всё понятно и дураку, чему там учиться читать?
  Так это вы путаете командира с пионером, который идет в турпоходе по тропинке, сверяясь по карте. У военных карты тоже топографические, но военные – не туристы. Они сами еще на картах не только маршрут рисуют, но и столько всяких значков, стрелочек, кружочков, буквочек и черточек, что непосвященному в этом никогда не разобраться. Читать карту нужно не только долго учиться, но еще эта наука не каждому человеку с высшим образованием и дается. Серьезно. Вроде бы с первого взгляда наука не сложная, но я встречал даже майоров, кадровых, которые в карте – ни бум-бум. Нет, они бы не заблудились в трех соснах, имея карту…Уметь читать командирскую карту – это видеть и представлять нанесенную на ней обстановку. Вплоть до того, что видеть даже, как в кустах позиция артвзвода замаскирована. Есть такие командиры, которые на предложение выехать на местность и посмотреть обстановку своими глазами, вполне резонно отвечают: «Зачем? Я ее на карте вижу? Или вы на карту не всё нанесли?». Это высшая степень командирского умения читать карту.
   Самые умеющие во время войны находились в Ставке ВГК. У них перед глазами были все карты всех фронтов. И эти люди могли глядя на листы с нанесенной обстановкой, представлять и понимать реальную картину, без «выезда на местность». Без этого умения полководцев не бывает. Ставка ВГК для того и создавалась, чтобы собрать в них таких людей и планировать операции не по отдельным фронтам, а по всем сразу, в комплексе. Связать все фронтовые операции в единое целое. Немцы так и не смогли этого сделать.
    У немцев каждый манштейн манштейнил сам по себе. У нас командующие фронтами исполняли замысел Ставки ВГК.
  В Курской битве замысел Ставки по Центральному фронту исполнял К.К.Рокоссовский, от Ставки у него в штабе находился ее представитель Г.К.Жуков. Жуков следил, чтобы в Ставку, на её карту, уходила полная и точная информация из штаба фронта, чтобы все указания Ставки командование фронтом исполняло в точности, на месте оценивал решения комфронтом и согласовывал их со Ставкой. Наши комфронтами иногда жаловались в мемуарах, что Ставка не давала им инициативы, на согласование уходило много времени. Но это после войны. Это они пытались себя изобразить главными военными.
   Во время Курской битвы в Ставке находились сам Сталин, Ворошилов, Тимошенко и Буденный. Вот они смотрели на карту и руководили из Москвы сражением. Даже начальника Генштаба в ставке не было. Василевский сидел в штабе у командующего Воронежским фронтом Н.Ф.Ватутина.
   Поэтому когда какие-то истореги пишут и говорят, что Рокоссовский командовал хорошо, поэтому немцы оборону его фронта не прорвали, а Ватутин плохо – ну это же истореги. Они про Ставку ВГК знают, но что это такое – понятия не имеют.
    Прорыв войск Манштейна, ударной танковой группы Кемпфа,  на участке Воронежского фронта явился результатом не плохого командования Ватутина, а общим просчетом Ставки и командования фронтом. На войне не бывает всё идеально. Это война. На ней без просчетов быть не может, только у нормальных полководцев всегда есть в рукаве козырь, которым они могут закрыть любой просчет. У Ставки ВГК под Курском такой козырь был – войска Степного фронта, в состав которых входила 5-ая гвардейская танковая армия П.А.Ротмистрова. По замыслу Курской операции, войска степного фронта и его танковая армия должны были вступить в сражение на этапе остановки немецкого наступления. Армия Ротмистрова должна была уйти в прорыв, после того как фронт немцев прорвали бы наши стрелковые дивизии. Мы не рвали оборону немцев подвижными соединениями, как это, совершенно по идиотски, делали немцы.
  Почему так вышло, что танки Кемпфа рассекли оборону Воронежского фронта? Да вот так вышло. Недооценили Манштейна, силу его ударной группировки. Танковую армию Катукова, которая была у Ватутина, неправильно использовали. Ошиблись. Катуков предлагал танки поставить в засады, их стали бросать в контрудары, в результате понесли неоправданные потери и лишились части подвижного танкового резерва. Нечем стало парировать своевременно удары немцев. И еще ошибки были. Такое в бою бывает. Вроде кажется, что решение правильное, но потом выясняется, что не совсем. В любом деле это случается.
    В результате под Прохоровкой сложилась тяжелая обстановка. Перед немцами оказался наш почти открытый фронт. Катастрофы не было. Потому что был Степной фронт. И в его составе – подвижный танковый мощный резерв – 5-я гвардейская армия. Ставка приняла предложение ее представителя Василевского не рисковать, пытаясь удержать группу Кемпфа силами Воронежского фронта, взять у Степного армию Ротмистрова и бросить ее в контрнаступление на немцев, которые сосредотачивались у Прохоровки для дальнейшего броска… (продолжение следует)
Subscribe
Buy for 100 tokens
***
...
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 31 comments