p_balaev (p_balaev) wrote,
p_balaev
p_balaev

Categories:

Арест генерала Кизлыка. Силовики, власть и деньги. (часть 16)

… Нужно понимать две вещи, относительно ситуации, которую я описываю. Первое, случаи, когда от оперативника требуют результаты работы, а результатов он дать не может, потому что все потенциальные кандидаты на нары вокруг закрышеваны самим начальством, которое требует результатов, далеко не редкость в наших отечественных условиях.    Если бы молодежь, которая рвется в опера, одурманенная телевизионной романтикой профессии, это знала, то очередь в отделах кадров органов существенно сократилась бы.
      Второе. Чем выше звание и должность крышевателя, тем больше он имеет возможностей не оставлять  следов своей деятельности, несовместимой с его служебными обязанностями.  Прямых улик вы почти никогда не получите, если не будете проводить прямую разработку. Но в отношении своего начальника вы такой разработки проводить не сможете, он же сам санкционирует ваши разработки. Поэтому если я пишу о своих начальниках-крышевателях, то это только мои предположения, которые основаны на моей информации, в той или иной мере подтвержденной, но совершенно недостаточной для прямого обвинения.
     Начать войну со своим начальником таможни мы определились с того, что должны были любыми путями снести с его головы железобетонную, как он сам считал, крышу.  Нужно было показать, что он не способен контролировать ситуацию на вверенном ему участке работы.
      Путь для этого был один – начать последовательно перекрывать контрабандные потоки через таможню.  Только у нас для этого не было средств, после того, как я был лишен права назначать таможенные досмотры. Начали ломать головы, как выйти из этой ситуации. Подключить ФСБ? Уже даже намеревались, но тут жена начальника местного отдела ФСБ, работавшая в таможне в отделе документационного обеспечения, назначается  на хлебное место в отдел таможенного оформления.  Вариант с ФСБ отвалился.
      Мой опер Серега Решетнев, до таможни работавший на железной дороге, а потом в контрразведке погранвойск, предложил использовать возможности контрразведки местного погранотряда, там начальник был его приятелем. Уже подготовили документы для проведения рабочей встречи и обмена информацией, тут – день рождения командира погранотряда. Празднуют в местном ресторане, и владелец ресторана мне сообщает, что Башко в качестве подарка полковнику  Гусейнову, командиру погранотряда, преподнес ключи от нового Лендкрузер-Прадо.  И этот вариант отвалился.
      Значит, все-таки самим нужно было как-то  задерживать фуры и вагоны с контрабандным товаром, их досматривать и возбуждать дела. Только как, если у меня такого права в рамках таможенного оформления не было?
      Подсказал идею Сергей Викторович Куклин, начальник оперативно-розыскного отдела, бывший военный, а потом служивший в налоговой полиции:
-Григорьич, а мы в налоговой заходили на фирмы и изымали документы в рамках Закона об ОРД, оформляли  гласным осмотром территорий и помещений. А в Законе об ОРД есть еще и осмотр транспортных средств.
-Т.е., предлагаешь уйти от таможенного оформления к ОРД?
-Конечно. Только внимательно посмотреть нужно на правомерность. Такого в таможенных органах и вообще нигде еще никто не делал.
      Стали думать над этим. Вертели ситуацию и так, и эдак – вроде всё законно.
      Подготовили образцы документов под мероприятие, сделав их максимально приближенными к процессуальным в рамках УПК, я поехал советоваться к заместителю Мурашко по организации таможенных расследований и дознания Владимиру Юрьевичу Розанову, бывшему прокурорскому следователю, с которым у нас сложились вполне даже алкогольнозависимые приятельские отношения:
- Юрьич, посмотри на нашу схему, нужно оценить законность проведения гласного оперативно-розыскного мероприятия.
- Ничего противозаконного не вижу. Акт осмотра вы правильно сделали приближенным к протоколу осмотра места происшествия, только понятых на присутствующих замените. Остальное – нормально.
   Забегая вперед, эту нашу схему сегодня используют не только таможенные органы, она без изменений, даже касательно образцов документов, включена в инструкции о проведении ОРМ в таможенных органах. А нам тогда, когда мы впервые это применили… Дальше не будем забегать…
         Из склада временного хранения (СВХ) выходят выпущенные таможней в свободное обращение пять фур фирмы, которую я разрабатывал,  мы их догоняем уже в тридцати километрах от поселка Пограничного. С собой я взял вооруженных автоматами сотрудников таможенной охраны (она мне подчинялась). Останавливаем фуры, я предлагаю водителям добровольно вернуться в зону таможенного контроля, на СВХ. Те глядят на автоматчиков, понимают, что дело серьезное, добровольно разворачиваются и едут на склад. На складе с присутствующими, незаинтересованными лицами, мы вскрываем все фуры – голимый контрабас.
       Это уже было поздно вечером. Утром, едва я только пришел на работу. Звонок от начальника оперативно-технического отдела ДВОТ:
-Срочно приезжай.
     Прыгаю в машину, несусь во Владивосток. Максим даёт мне распечатки телефонных переговоров. Я сам такого не ожидал, сразу с распечатками иду к Мурашке:
- Сергей Николаевич, мы вчера пять фур с контрабандой тормознули после таможенного оформления, так эти нехорошие люди говорят, что вы вопрос решите.
-Работай по ним спокойно. Всё в порядке.
     Ну и отлично. Поехал назад, в Гродеково.  Приехал к концу рабочего дня, дежурный передает:
-Зайдите к начальнику таможни, он ждет вас.
     Захожу в кабинет к Башко:
-На каком основании ты остановил вчера машины и поместил их на склад?
-А что случилось, Руслан Константинович?
-Я не разрешал проведение таможенного досмотра, у тебя нет оснований задерживать этот товар. Ты у меня сейчас пойдешь за превышение полномочий.
-Ух, ты! Давай, пробуй.
        Здесь же в отношении меня и моих оперов, которые участвовали в мероприятии, назначается служебная проверка, в прокуратуре уже жалоба коммерсанта.
     А мы возбуждаем дело об административном правонарушении в отношении фирмы и уголовное в отношении неустановленного лица. Задержанные товары приобщаем к возбужденным делам в качестве вещдоков.
      Через пару дней из ворот СВХ выходит фура с незаявленными товарами фирмы уссурийских корейцев, заворачиваем ее и – по такой же процедуре.
        По нам еще одна служебная проверка и новая жалоба в Уссурийскую транспортную прокуратуру, которая надо мной надзирала.
       Вызывают меня для дачи объяснений в прокуратуру, объясняюсь, прокурор отказывает в возбуждении уголовного дела, я получаю на руки постановление и начинаю плеваться: отказ очень интересный. Прокурор не видит в моих действиях состава преступления, но видит нарушение процедуры таможенного контроля. Иду к знакомым девчонкам-следователям в прокуратуре:
-Что это такое, можете проясните? Я не действовал в рамках таможенного контроля, я по Закону об ОРД работал, ваш Султанов (это Уссурийский транспортный прокурор) этого не понимает?
-Ты что, не знаешь этого козла Султанова? Он с вашим Башко уже давно вась-вась.

         По первой проверке я и мои мужики получаем выговора, по второй – строгие выговора. Я даже не спешу их обжаловать у начальника Дальневосточного таможенного управления. Еще не время.
       Это примерно месяц прошел после начала всей этой катавасии. Ситуации на взгляд непосвященных складывалась в пользу начальника таможни. Правоохранительный блок в таможне стал изгоями, под Башко легла почти вся таможня и над нами злорадствовали: допрыгались, а то крутыми себя чувствовали.
       Мы выжидали. До нужного момента. Дело в том, что пока задержанный нами товар не принадлежал Хмелю и Лысаку, которые через начальника ДВТУ пропихнули в начальники Гродековской таможни Руслана Башко. Это пока его лично касалось.
-Григорьич, кажется, пора, - сказал начальник ОРО Серега Куклин, когда нам объявили строгие выговора.
-Погнали!
        Выскакиваем на наше УАЗике на трассу «таможенный пост «Сосновая Падь» - пос.Пограничный», останавливаем первую попавшуюся фуру, перевозящую товар «Ростек-ДВ-сервис», фирмы депутата Лысака и загоняем ее на склад. В товарках заявлены вешалки для одежды, открываем – ни одной вешалки. Полная фура коробок с дорогой кожаной обувью. В яблочко!  Оформляем свои оперативные документы, здесь вызываю на склад сотрудника отдела административных расследований и дознавателя. Они возбуждают дела. На всё буквально два часа ушло.
      Едем с операми в таможню. Нас на крыльце встречает начальник, натурально со слезами на глазах и дрожью в голосе:
-Петр Григорьевич, ты что наделал?! Отпусти эту машину!
- Поздно, Руслан Константинович. Уже дела возбуждены и зарегистрированы. Уже не могу.
  В моем кабинете Серега Куклин схватился за живот:
-Влип, орел!..
Tags: таможня
Subscribe
Buy for 100 tokens
***
...
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment