Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Почему немцы любили наше оружие? Часть 12.
Да! Командирской башенки до 1944 года Т-34 не имел. И отдельной должности командира не было, он совмещал функции наводчика. Как ухитрялись только воевать на таком танке, из которого ничего не видно и командир всё время пялился в прицел пушки?!
В наше время развелось довольно много экспертов, утверждающих, что «тридцатьчетверка» была не танком, а братской могилой для четверых, поэтому их немцы жгли сотнями и тысячами. Не догадались русские сделать из танка нормальный обзор, вслепую наши парни воевали, немцы их видели и жгли, а наши танкисты немцев не видели и горели.
А еще в 1942 году американцы получили по экземпляру Т-34 и КВ-1, испытали их на Абердинском полигоне и выдали заключение – танк не очень чтобы того. 343 км проехал и двигатель сдох. Гусеницы быстро изнашивают. Трансмиссия ненадежна. Управление трудное. Основываясь на заключении американцев, эксперты доходят до выводов, что танк был едва ли не худшим танков ВМВ.
Правда, самого американского отчета никто в глаза не видел, есть только информация, что он на 600 листах. А сведения об испытании танков взяты из этого документа:
Т.е., это всего лишь развединформация, нуждающаяся в проверке. Работнику ГРУ (работнику!) кто-то из сотрудников полигона (кто именно – неизвестно, не представился, наверно, или был советским шпионом, поэтому его личность не стали расшифровывать в ГРУ) рассказал об испытаниях. На 9 листов текста наговорил. Наш «работник» во время рассказа старательно записывал всё в блокнот, конспект вел. Информация же крайне важная для обороны и танкостроения. Поэтому сразу была направлена из ГРУ командующему бронетанковыми войсками РККА генералу Федоренко.
Мол, смотри товарищ Федоренко, какие недостатки американцы выявили у Т-34 на полигоне. Тебе это жизненно необходимо знать, потому что у тебя ни полигонов, ни испытателей нет. Ты эти танки не испытываешь, принимаешь с заводов и гонишь в войска страшный брак, так хоть устрани то, что американцы выявили.
А чтобы товарищ Федоренко под сукно не положил информацию разведки, ее сразу направили еще в несколько адресов: Сталину и Малышеву.
Малышеву, наркому танковой промышленности – чтобы он застрелился от огорчения или чтобы успел застрелиться, пока к нему люди Берии с ордером на арест не пришли.
А Сталину – чтобы он Берии приказал арестовать и пытать Малышева и Федоренко, негодяев, которые в войска бракованные танки отправляют.
Конечно, это всё ерунда. Этот отчет, внимание к нему, всего лишь показывают, насколько серьезно советское руководство относилось к тому оружию, которое шло в войска. Не только собственные испытания интересовали, но и то, что могут выявить специалисты других стран, что сами могли по какой-либо причине пропустить.
Есть такой автор – Юрий Пашолок. Пишет о танках. Он в своем блоге ЖЖ подробно разбирает этот отчет и указывает на реакцию на него: «В ГАБТУ довольно оперативно ответили на комментарии американских военных». Отреагировал заместитель начальника Главного бронетанкового управления РККА генерал-лейтенант Лебедев, вот последняя страница «реакции»:
Т.е. полигон-полигоном, но вот боевое применение расставляет всё по своим местам. «…значительно выше американских».
Дальше Пашолок приводит следующий документ, приложенный к отчету испытаний танков на Абердинском полигоне, сопровождая его таким комментарием «Как можно заметить, с рядом комментариев в ГАБТУ согласились. История, впрочем, имела продолжение». Продолжение в виде этого:
Прекрасные боевые качества: быстроходен, маневренен, имеет отличную броневую защиту и пушку. Избегать открытых столкновений с танками этого типа. Мнение врага, который видел наши танки в бою, а не на полигоне. А вот о «Шерманах», которые уже были в нашей армии по ленд-лизу, немцы ни словом не обмолвились. Не интересовал их «Шерман» в качестве противника на Восточном фронте.
А ведь едва мы не лишились этого танка, который сыграл такую исключительно важную роль в войне.
С октября по декабрь 1940 года Наркоматом Обороны были проведены испытания трех серийных танков Т-34 производства Харьковского завода (ХПЗ), выводы по результатам испытаний были убийственными: «…огневая мощь танка не может быть использована полностью вследствие непригодности приборов наблюдения, дефектов установки вооружения и оптики, тесноты боевого отделения и неудобства пользования боеукладкой; при достаточном запасе мощности дизеля максимальные скорости, динамическая характеристика танка подобраны неудачно, что снижает скоростные показатели и проходимость танка; тактическое использование танка в отрыве от ремонтных баз невозможно вследствие ненадежности основных узлов – главного фрикциона и ходовой части. Заводу было предложено расширить габариты башни и боевого отделения, что дало бы возможность устранить дефекты установки вооружения и оптики; разработать заново укладку боекомплекта; заменить существующие приборы наблюдения новыми, более современными; переработать узлы главного фрикциона, вентилятора, коробку передач и ходовую часть. Увеличить гарантийный срок дизеля В-2 минимум до 250 часов».
На военном совете результаты испытаний были рассмотрены и утверждены маршалом Куликом. Военным представителям на заводе было дано указание прекратить приемку Т-34 и возобновить приемку БТ-7. Фактически, это решение ставило на «тридцатьчетверке» крест. Одновременно производить один танк и доводить до ума другой, означало, что сроки подготовки к выпуску новой машины значительно затянутся и не факт, что вообще она станет на конвейер. Если бы это решение прошло, а до войны оставалось уже полгода, то встретили бы ее без новых танков. Пусть и недоработанных, пусть к ним масса претензий, но это же не БТ!
С решением Кулика не согласилось руководство завода, при поддержке заместителя наркома среднего машиностроения Горегляда и представителя ГАБТУ Лебедев. Да, тот самый будущий генерал-лейтенант, который давал заключение по американским испытаниям Т-34. Они обжаловали решение Кулика у Климента Ефремовича Ворошилова.
И К.Е.Ворошилов, к тому времени уже находившийся в опале за провал в финской войне, снятый с поста наркома Обороны, взял и отменил приказ маршала Кулика, заместителя наркома Обороны. Руководство харьковского завода, не знавшее еще, по всей видимости, что за провал в финской войне маршал Ворошилов удостоился опалы и удален от военных дел (а откуда оно бы узнало, если еще не были изданы соответствующие труды историков о Ворошилове?), немедленно возобновило выпуск нового танка, устраняя недоделки и претензии в ходе серийного производства.
И Кулик ведь не побежал к Сталину жаловаться на самоуправство Ворошилова. Кажется, Григорий Иванович, грешным делом, подозревал, что «снятый» с наркомов обороны Ворошилов занял пост заместителя Предсовнаркома и Председателя Совета Обороны, в этой должности курировал наркомат обороны и всю оборонную промышленность. И новый нарком обороны С.К.Тимошенко заходил в кабинет к «снятому» четким строевым шагом и докладывал о состоянии дел в наркомате, вытянувшись в струнку. Как подчиненный.
Но интересная картина получается: выходит, если бы не Ворошилов, то тех 967 «тридцатьчетверок», которые встретили войну в Западных округах, которые явились основным танковым средством сдерживания блицкрига у нас и не было бы? Так ведь?..
Благодарю за поддержку
карточка Сбербанка 2202200535946089.
карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582