А совсем удивительно, что майор Спрогис, который и давал задание сжечь деревни, сам ничего об этом задании не знал. В 1978 году журналистом Лавровым было записано интервью с ним, оно сейчас вполне доступно в сети, вот что рассказал Артур Спрогис: « - Почему комиссия отказала Космодемьянской, и первоначально ее не приняли в ваш отряд? - Нам следовало набрать две тысячи добровольцев, а к кинотеатру «Колизей» (теперь в этом помещении театр «Современник») пришли три тысячи. Зоя была слишком юной, хрупкой и... красивой. Представьте: появляется такая в населенном пункте, занятом врагами. Естествен­но, у немцев сразу проснется интерес. В наши планы та­кое не входит. Но Зоя оказалась настойчивой - она осталась на ночь возле нашего кабинета. Твердо мне заявляет: «Хочу воевать за Родину». Вздохнул я и зачислил в отряд Космодемьянскую. - Какой она была в отряде? - Скажу честно, я не обращал на Зою внимание - кроме нее, помните, было еще две тысячи бойцов. В то время мы дислоцировались на нашей территории вблизи линии фронта. Второй переход ее для Зои стал последним... - Про Петрищево писалось много, но ничего внятно­го не сказано о том, почему оно стало объектом повышенного стратегического внимания. - В этой глухой деревушке, затерявшейся среди ле­сов, немцы расположили часть армейской радиоразвед­ки. Она перехватывала наши радиопереговоры, устраивала эфирные помехи. В те дни советское командование планировало мощное контрнаступление. Вот почему стало необходимым вывести вражескую станцию из строя - хотя бы на некоторое время. — Теперь понятно, почему Петрищево охраняли гестаповцы. — Охраняли надежно. Мы посылали несколько групп - никто задания не выполнил, мы несли обидные потери. В ту зиму стояли лютые морозы, выпал глубокий снег - местами его нанесло по пояс. Все это осложняло нашу задачу. В очередную группу была включена Зоя. Но и теперь подступы к Петрищеву были пере­крытыми. Бойцы по пути следования уничтожали провода связи, установили на дорогах два десятка мин, командир дал приказ - воз­вращаться. Зоя наотрез отказалась: - Пока задание не выполню - не вернусь. Я иду к Петрищеву. Командир был вынужден оставить в помощь Зое некоего Клочкова (сейчас кое-кто из публикаторов называет другую фамилию - В. Л.), до войны он возглавлял комсомольскую организацию крупного московского завода. Они пробрались к Петрищеву, где их схватили немцы. Зоя действительно вела себя геройски, с достоинством вынесла все муки, и была повешена. Зато Клочков сразу же согласился сотрудничать с немцами. Не исключено, что именно он выдал немцам Зою и имя ее сообщил, хотя это никакого значения не имело. Кстати, Пётр Лидов, первым рассказавший в «Правде» о подвиге Космодемьянской в знаменитом очерке «Таня», ошибочно писал, что «с Зоей пошли еще двое, но... вскоре осталась одна». Нет, это, конечно, не архивы. Подумаешь, какой-то Спрогис вспомнил, что не деревни группа сжигать ушла, а дома, где расположились немцы с оборудованием для радио-перехвата. В архивах-то совсем другое! Вот нет в архивах ничего про захоронения 656 тысяч расстрелянных в 1937 году и найти эти захоронения не могут, только фейковые мемориалы лепят – ну и что? Есть же расстрельные акты в архивах! А еще полмиллиона почти по приговорам секретных «троек НКВД» в 37-м году получили по десятки лагерей и абсолютно никто из этого полумиллиона так и не вспомнил, что был осужден секретной «тройкой». Ну и что? В архивах же есть! А те осужденные просто всё забыли, как и майор Спрогис забыл про задание группе, в которой была Зоя Космодемьянская. Но я вам по секрету скажу, что и без наших диверсантов немцы вполне справлялись с делом сжигания сел и деревень. Вот вам, что они творили в Московской области, в том числе и в Верейском районе, где находилось село Петрищево: