p_balaev (p_balaev) wrote,
p_balaev
p_balaev

"Ворошилов". Из черновика будущей книги.

В 1956 году Константин Симонов, бывший когда-то неплохим поэтом и прозаиком, за что получил шесть Сталинских премий, беседовал с маршалом Г.К.Жуковым. И беседу эту записал. И записал вот что:
«— На Халхин-Гол я поехал так — мне уже потом рассказали, как все это получилось. Когда мы потерпели там первые неудачи в мае — июне, Сталин, обсуждая этот вопрос с Ворошиловым в присутствии Тимошенко и Пономаренко, тогдашнего секретаря ЦК Белоруссии, спросил Ворошилова: «Кто там, на Халхин-Голе, командует войсками?» — «Комбриг Фекленко». «Ну, а кто этот Фекленко? Что он из себя представляет?» — спросил Сталин. Ворошилов сказал, что не может сейчас точно ответить на этот вопрос, лично не знает Фекленко и не знает, что тот из себя представляет. Сталин недовольно сказал: «Что же это такое? Люди воюют, а ты не представляешь себе, кто у тебя там воюет, кто командует войсками? Надо туда назначить кого-то другого, чтобы исправил положение и был способен действовать инициативно. Чтобы мог не только исправить положение, но и при случае надавать японцам». Тимошенко сказал: «У меня есть одна кандидатура — командира кавалерийского корпуса Жукова».
— Жуков... Жуков...— сказал Сталин.— Что-то я помню эту фамилию. Тогда Ворошилов напомнил ему: «Это тот самый Жуков, который в 37-м прислал вам и мне телеграмму о том, что его несправедливо привлекают к партийной ответственности». «Ну, и чем дело кончилось?»— спросил Сталин. Ворошилов сказал, что ничем, — выяснилось, что для привлечения к партийной ответственности оснований не было.
Тимошенко охарактеризовал меня с хорошей стороны, сказал, что я человек решительный, справлюсь. Пономаренко тоже подтвердил, что для выполнения поставленной задачи это хорошая кандидатура.
Я в это время был заместителем командующего войсками Белорусского военного округа, был в округе на полевой поездке. Меня вызвали к телефону и сообщили: завтра надо быть в Москве. Я позвонил Сусайкову. Он был в то время членом Военного совета Белорусского округа. Тридцать девятый год все-таки, думаю, что значит этот вызов? Спрашиваю: «Ты стороной не знаешь, почему вызывают?» Отвечает: «Не знаю. Знаю одно: утром ты должен быть в приемной Ворошилова».— «Ну что ж, есть!»
Поехал в Москву, получил приказание: лететь на Халхин-Гол, и на следующий день вылетел.
Первоначальное приказание было такое: «Разобраться в обстановке, доложить о принятых мерах, доложить свои предложения».
Я приехал, в обстановке разобрался, доложил о принятых мерах и о моих предложениях. Получил в один день одну за другой две шифровки: первая — что с выводами и предложениями согласны. И вторая: что назначаюсь вместо Фекленко командующим стоящего в Монголии особого корпуса».
Мы сегодня считаем, что нынешние писатели-историки из когорты булкохрустов являются эталоном продажных и бесстыжих фальсификаторов, которые даже соврать более-менее убедительно не могут. Как мы ошибаемся! Им до эталона как черепахе до Луны пешком раком.
И по уровню вранья, и по уровню тупости, которая мешает это враньё одеть хотя бы в обрывки тряпья, чтобы минимальный уровень приличия соблюсти. Не доросли они до Константина Михайловича. Сопляки.
Смысл текста с отрывком из беседы Симонова с Жуковым в том, что в 1939 году наркомом Обороны СССР являлся довольно странный субъект, который даже не интересовался, кто у него командует войсками на единственном театре военных действий. Какой-то Фекленко. С которым нарком ни лично не знаком, ни представления о нем не имеет. Сталин наркома при его подчиненном (Тимошенко) обозвал почти прямым текстом кретином, который наплевал на свои обязанности и стал спрашивать у Тимошенко и Пономаренко: ребята, кого бы двинуть против япошек из талантливых военачальников, чтобы он навалял им по полной, если такой случай представится? Те покопались в закромах памяти и выдали кандидатуру Г.К.Жукова. И Пономаренко еще заверил: этот справиться, я знаю, он способный.
Какой-то откровенный бардак в высшем руководстве СССР! Один, отвечающий за оборону, ни черта не знает! Второй, которого все считают Вождем, делая удивленную морду лица, только изумляется идиотизму своего старого друга, кажется, по блату поставленного во главе всех военных. И спрашивает у первых встречных совета по кадровым вопросам оборонного ведомства.
Конечно, С.К.Тимошенко не совсем первый встречный для Сталина. Знаком еще по обороне Царицына. Только вот в чем проблема, в июне 1939, когда Жукова и двинули на Халхин-Гол, Семен Константинович был командующим Киевским военным округом. И чего он шлялся, то и дело попадая на глаза Иосифу Виссарионовичу, по территории Кремля? В округе заняться нечем было? Впрочем, Тимошенко представлен тоже оригинальным чудаком в писанине Симонова, который в должности командующего округом был абсолютно не в курсе, кто командует другими округами. И кто там у командующих заместители. Это понятно, было время ужасных и кровавых репрессий, все боялись знать лишнее. Меньше знаешь, спишь спокойней… А то бы будущий маршал знал, что в соседнем, Белорусском округе, заместителем командующего является некий Георгий Константинович, и не стал бы он его в должности понижать до командира корпуса.
Тем более, не стал бы Семен Константинович брякать такое: «У меня есть одна кандидатура — командира кавалерийского корпуса Жукова» - потому что у него такой кандидатуры, как Георгий Жуков, никогда не было и быть не могло. Не был Жуков в должности командира кавалерийского корпуса никогда подчиненным Тимошенко. Он в этой должности служил даже не в том военном округе, где пребывал Семен Константинович, и подчинялся тогда Уборевичу. И сведений о том, что Жуков вообще когда-то был до 1941 года в подчинении у Тимошенко, не имеется. Да, конечно, Сталин собирал же вокруг себя одних управленческих идиотов, которые могли рекомендовать в командующие войсками на действующий фронт людей, представления о полководческих талантах не имели, не зная их по службе.
А отзыв П.К.Пономаренко о будущем герое Халхин-Гола вообще… «Пономаренко тоже подтвердил, что для выполнения поставленной задачи это хорошая кандидатура». На это «подтверждение» реальный Сталин мог ответить только одно:
-Пантелемоша, а твое мнение кого интересует? Ты кто? Фельдмаршал? Сколько ратей супротивника побить тебе довелось?
Потому что весь военный опыт Пономаренко к тому времени ограничивался 4-мя годами службы после окончания института на низших командных должностях.
И это еще не всё. Если сразу написана ложь, как уже видно, клевета на Ворошилова, то это мог написать только подлец. А подлец умным быть не может. Поэтому он прокалывается в своей брехне постоянно. И Симонов прокололся. Оказывается, Сталин распорядился назначить кого-то вместо Фекленко, а Ворошилов просто навалил на это указание и послал Жукова : «Разобраться в обстановке, доложить о принятых мерах, доложить свои предложения».
Во-первых, сразу непонятно, зачем Георгий Константинович должен был докладывать предложения, если перед этим он уже должен был доложить о принятых мерах? Сначала же предложения представляют, одобрение этих предложений получают, а потом меры принимают? Или не так? Жуков человек военный, как ни крути, поэтому такую чушь пороть не стал бы. Даже в беседе с писателем-идиотом. А такую фразу только идиот и мог составить.
И в каком качестве Жуков мог меры принимать, если: «Я приехал, в обстановке разобрался, доложил о принятых мерах (опять меры! – авт.) и о моих предложениях. Получил в один день одну за другой две шифровки: первая — что с выводами и предложениями согласны. И вторая: что назначаюсь вместо Фекленко командующим стоящего в Монголии особого корпуса»?
Он что, сначала принял меры - разогнал по степям самураев, а потом был назначен командующим?
Можно было бы подумать, что Симонов просто сочинил эту беседу с победителем всех на свете немцев, и будучи человеком небольшого ума, сочинил глупо и нелепо, но только сам Жуков неоднократно о Клименте Ефремовиче, как мы потом увидим, лгал самозабвенно, творчески. Поэтому есть основание считать, что такой разговор между ними все-таки был. И суть этого разговора писателем была передана. Конечно, в силу умственных способней писателя, ставшего потом сочинителем омерзительного антисталинского пасквиля «Живые и мертвые»… но, как говориться, на что ума хватило.
И потом эта подлейшая ложь о Клименте Ефремовиче Ворошилове стала уже историей, растиражированной советской хрущевско-брежневской исторической наукой. Наукой – в кавычках…
Subscribe
Buy for 100 tokens
***
...
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 101 comments