March 30th, 2015

Гонения на церковь (из черновика главы) . Продолжение.

И уж совсем нужно не иметь совести и церковникам тех лет, и нынешним их духовным наследникам по бессовестности, обвиняющим Владимира Ильича Ленина в гонениях на веру и церковь. Приписать Ленину фальшивки, в которых он, якобы, указывает своим недостаточно кровожадным соратникам стрелять попов без жалости, не забывают. А вот просто процитировать такое: «Не должно быть никакой выдачи государственной церкви, никакой выдачи государственных сумм церковным и религиозным обществам, которые должны стать совершенно свободными, независимыми от власти союзами граждан-единомышленников. Только выполнение до конца этих требований может покончить с тем позорным и проклятым прошлым, когда церковь была в крепостной зависимости от государства…» - совести, видно, не хватает. Интересно, каким образом они ухитряются упорно не замечать статью «Социализм и религия», когда рассуждают о политике Советской власти в отношении Церкви?
Удивительная история получается, правда? Не гонения и прочие страсти египетские большевики в лице их лидера задумывали, а «…покончить с тем позорным и проклятым прошлым, когда церковь была в крепостной зависимости от государства…» .
Эй, святые отцы, может пора уже одуматься и начать красные гвоздики охапками носить к памятникам Ленину каждый год 22 апреля?!...
Buy for 100 tokens
***
...

Слабаки казаки по сравнению с македонцами.

Александр Македонский в Индию сходил без проблем, а вот донские казаки в 1801 году - так начали поход:
"Уже с первых же шагов в задонской степи страшные трудности встречались казакам. Дороги были занесены снегом, и артиллерия выбивалась из сил, вытаскивая пушки из глубоких сугробов. Нигде не было квартир для обогревания, и люди и лошади стыли и мерзли на холодном ветру в степи. Не было топлива, не хватало провианта, не было сена и овса. Некормленые лошади еле брели навстречу жестоким холодным буранам.
В начале марта вдруг настала оттепель. Заиграли ручьи, размокла степь, грязь стала непроходимая. Каждая балка сделалась страшным препятствием. Через пустую обыкновенно речку Таловку войсковой старшина Папузин еле переправился. Сорок верст шел он по колено в грязи, через самую Таловку переходил по устроенному им из хвороста, хуторских огорожей, ворот и крыш мосту.
Наконец подошли к Волге. Лед вздулся и побурел. Лошади проваливались на нем. Местами он уже тронулся. Денисов со своею колонной подошел к нему и увидел, что переправа опасна. Через всю реку, поставил он мужиков с веревками и им придал по нескольку казаков для оказания помощи. Начали вести лошадей, но они проваливались и шли ко дну. Однако Денисов знал, что на больших реках лед в середине всегда толще, и вот он приказал повести своих рослых и сытых лошадей вперед. Сначала они проваливались, но потом перешли. За ними потянулись и казаки. До 700 лошадей провалились, но казаки вытащили их всех. Пять часов длилась переправа.
И опять пошли, сперва по Волге, потом по течению реки Иргаза. Степь становилась все безлюднее и пустыннее. Комиссионер Теренин, обязавшийся доставлять хлеб и фураж, не выполнял своего обязательства; на Волге это лето было неурожайным, и он не мог собрать продовольствия. По приходе на ночлег не находили овса, да и сено было пополам с мусором. Лошади падали от бескормицы, и путь, пройденный казаками, обозначался длинной вереницей вздувшихся конских трупов да черными стаями ворон.
Громадною толпою втянулись донцы в безграничные степи и затерялись в них, как песчинка. Замолкли удалые песни. Мерзли по ночам казаки, а днем мучились в грязи и лужах, в которые обращало степь весеннее солнце. Много было уже и больных казаков. Цынга появлялась.
А впереди была все та же степь, и конца-края ей не было. И солнце вставало там в золотистом тумане, и равнина тянулась весь день, сегодня, как вчера, как будет и завтра.
Тяжело было казакам, но молча, без ропота шли они воевать с неведомым врагом, завоевывать для России далекую Индию.
Прошли от Дона без малого семьсот верст по пустыне. 23 марта, накануне Светло-Христова Воскресения, казачий отряд, находившийся в селе Мечетном Вольского уезда Саратовской губ., догнал курьер из Петербурга. В ночь с 11 на 12 марта скончался император Павел I и на престол вступил император Александр I Павлович. Он повелевал вернуться домой. Сейчас же приказано было собрать полки. К ним вышел атаман Орлов и воодушевленным, дрожащим от радостного волнения голосом сказал:
— Жалует вас, ребята, Бог и государь родительскими домами!

Или про Македонского - фуфло завиральное? Думаю, хрен он в какой Индии был. Не дошел бы!