?

Log in

No account? Create an account
p_balaev

Мои твиты

Tags:

Buy for 100 tokens
***
...

p_balaev

Троцкизм. (из черновых набросков к книге). О репрессиях 37-го года.

      Как и следовало ожидать, после выхода книги о Берия, в которой я поставил вопрос о фальсификации массовых репрессий 1937-1938 годов, а потом мы с товарищами провели Конференцию нашего Движения, посвященную презентации этой книги и прямо заявили: пока не будут обнаружены трупы этих более 600 тысяч расстрелянных по приговорам «троек», пока не будут обнаружены места их захоронений – мы отказываемся вообще говорить о реальности этих массовых репрессий и не будем ни одно левое движение, которое их признало реальными, считать левыми, - в наш адрес почти сразу стали раздаваться негодующие возгласы. 
   Нам уже кричат: «Еретики! Анафема! Вместо того, чтобы объяснять, почему всё случилось в 1937 году, Балаев со своей сектой вообще всё отрицают! Тру-сталинисты! Где инквизиция?»
         Ребята, да это не мы сектанты, это вы адепты секты, в которую превратилась наша историческая наука и историческая школа периода истории СССР. Я прямо говорю, что именно на вопросе 37-38 годов явно видно, что наши официальные историки, занимающиеся временем Сталина, демонстрируют не научный подход к той эпохе, а абсолютно религиозный. И неофициальные историки, которые доверяют выкладкам официальной науки (слово «наука» здесь уже только в кавычки брать нужно) о том времени, тоже оделись в рясы дьячков и подъячих.
   Если бы вы были учеными, то осознавали бы, что в основе исторического аспекта проблемы репрессий лежит вопрос правовой, вопрос доказательств их наличия, поиска и фиксации этих доказательств. А с этим у вас, господа служители исторического культа, даже не проблемы, а полная катастрофа.
     Так как вы, занимаясь репрессиями, ухитряетесь оставаться стерильными в плане юридических знаний, я вам попробую «на пальцах» кое-что разъяснить.
    Нюрнбергский  процесс. Советская сторона обвиняет подсудимых в совершении преступлений на оккупированной территории СССР. Но ведь наш прокурор Руденко, который представлял обвинение со стороны СССР, не тёр по ушам международному трибуналу, что по сведениям штаба партизанского движения и по донесениям из подпольных обкомов немцы замучили и убили столько-то человек мирного населения и военнопленных на оккупированной территории.
     Мы же с вами понимаем, что адвокаты нацистских преступников сразу стали бы заявлять ходатайства в трибунал с требованиям не считать предъявленное советской стороной доказательствами. Мало ли что, у вас там в «архивах» ваших, каких донесений, докладов, сводок и таблиц! В своем «архиве» вы можете каких угодно документов наделать, вы в этом «архиве» хозяева.
     Советское правительство знало, что защищать гитлеровцев от обвинений в совершении преступлений будут не историки, подобные нашим, а юристы, поэтому,  как только стали поступать сведения, что оккупанты совершают преступления, так сразу была создана государственная комиссия по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков. Эта комиссия следовала за советскими войсками, освобождающими оккупированные территории, и тщательно фиксировала следы зверств фашистов. Что касается убийств советских граждан – разыскивались и вскрывались захоронения, всё документировалось, актировалось, в том числе в присутствии представителей других государств и потом эти акты Руденко предъявлял международному трибуналу в качестве доказательств. Обвинитель трибуналу предъявлял не «архивы», а трупы.
        Вот после того, как трибунал признал эти доказательства приемлемыми, предъявил нацистским преступникам обвинение в совершении этих преступлений, преступления нацистов на территории СССР стали неоспоримым историческим фактом.
     Историки, которые занимаются этим вопросом, могут в своих исторических научных публикациях опираться на факты: есть «архивы», т.е. сведения, поступившие с оккупированных территорий от партизан и подпольщиков, от населения о зверствах и убийствах, есть результаты эксгумаций захоронений, они в должном порядке задокументированы и есть решение суда, того самого международного трибунала в Нюрнберге, признавшего их уликами.
    А на что опираются исследователи репрессий 37-38 годов, утверждающие, что по приговорам незаконного неконституционного репрессивного органа, «тройки», было расстреляно за чуть больше, чем год, более 600 тысяч человек?
      Только на архивы! Так какая же это наука?! Это совершенно другое, а не наука.
     Мой спор с этими историками – это не научный спор. Это спор атеиста с клерикалами.
Если вы утверждаете, что ваш бог, вот эти самые расстрелянные «тройками», существует, то, пожалуйста, предъявите мне доказательства существования вашего бога.
     Но ведь у вас из доказательств существования этого «бога» есть только священное писание в ваших монастырях, эти самые архивы. Но я атеист, я не верю без наличия материальных доказательств в существование бога. Меня не убеждают священные писания, которые хранят монахи в монастырях, чтобы убедить меня в реальности того, кому меня церковь призывает поклоняться. Монахи- служители церкви. Церкви нужна моя вера. Монахи – лица заинтересованные. Я ведь имею право подозревать, что они не только хранят писания, но еще и сочиняют их?
     И официальные историки служат государству. Тот же В.Земсков работал в государственном научном учреждении и получал от государства зарплату. А этому государству нужна моя вера в того самого «бога» - в 37-ой год. У наших же правителей Сталин – садист-преступник. Правильно? И архивы, склады со «священным писанием» тоже находятся в ведении государства. Оно их не догадается привести в соответствие с «религиозными постулатами»?
    Так церковь, хотя бы, прямо заявляет, что бог – это такое, что вы все-равно никогда его увидеть не сможете в этой жизни,  поэтому верьте в чудеса и не приставайте с глупыми вопросами.
   А господа официальные историки считают себя учеными, но тоже призывают верить в «бога», в расстрелянных 600 тысяч, но показать его нам не могут. Это научный подход?
     Работа Государственной комиссии по расследованию злодеяний немецко-фашистских оккупантов во время ВОВ – вот это научно-правовой подход. Поступили сведения о расстрелах и убийствах – комиссия берет шанцевый инструмент, рабочих и раскапывает захоронения, документирует результаты. Во время войны, в разоренной стране, где всё это делается с огромными трудностями.
    Норвежский путешественник и историк Тур Хейердал, обнаружив сведения, что готы переселились в Скандинавию из Приазовья, приехал в Азов и стал искать там следы древнего народа. Стал копать. Это научный подход. Хейердал – ученый.
    А почему наши историки так не поступают? Нашли в архивах сведения о тех репрессиях – лопаты в руки и пошли откапывать. Подкреплять данные из документов фактурой, вещдоками. Им же проще, чем Комиссии во время войны. В мирной стране любая работа легче. Им проще, чем Хейердалу. У того же – «преданья старины глубокой».
    Но наши историки не хотят быть учеными, они хотят быть священнослужителями, популяризаторами архивов-«священных писаний». Почему они не хотят подкрепить архивные сведения эксгумацией захоронений? Совсем смешно, что историки-археологи не боятся даже сведениям из Библии искать подтверждения в ходе раскопок. А наши даже не дергаются раскопать трупы незаконно расстрелянных сталинским режимом.
       Почему так происходит? Да потому, что даже в Библии есть указания на географические объекты, а в наших архивах на место нахождения этого «бога» по названию «жертвы 37-го года» вообще и намеков нет.
     Потому что в первой книге этой «Библии» про сталинские репрессии, в записке реабилитационной комиссии под председательством А.Яковлева, уже было заявлено, что «бога», т.е. трупы,  можно не надеяться увидеть. Там указано, что есть сведения только о захоронении примерно 200 тысяч расстрелянных из общего числа в 800 тысяч. Т.е., как раз 600 тысяч, которые наши историки относят к 37-38 годам – это вот никем никогда невиданный «бог», которого никто никогда и не увидит.
   Но вы верьте в него! Вы что, еретики, если не верите? Где инквизиция?
       Ребята-историки, а вы разве ученые? Да вы хуже чукотских шаманов, те хоть не называют шаманизм наукой.
    У вас даже то, что вы в архивах наработали, нельзя сравнивать ни с какими чудесами религиозными. У попов в церквях иконы мироточат, так хотя бы мирро не воняет подсолнечным маслом, а у вас «тройки» созданы через задницу, секретными постановлениями (еще бы закон о милиции засекретить для полного соответствия «реалиям»), составы троек – секретные, актов о приведении приговоров троек в исполнение нет (представляете?!), мест захоронений расстрелянных нет (даже на Бутовском полигоне боятся копать), воспоминаний тех, кто по приговорам «троек» был не расстрелян, а приговорен к заключению – нет…
   Снимите с себя мантии ученых! На рясы их поменяйте. А еще лучше - шаманские бубны в руки возьмите.

p_balaev

Троцкизм. (из черновых набросков к книге). О репрессиях 37-го года.

Когда я выложил в блоге кусок о том, как наши историки из себя священнослужителей изображают, мне написали в комментариях, что они могут прекрасно знать о фальсификациях репрессий 1937 года.
    Я лично в этом не сомневаюсь. Знают об этом и в обществе «Мемориал». Прекрасно знают. Нет, я их не собираюсь обвинять в фальсификациях. Такого подарка они от меня не дождутся. Я всего лишь высказываю предположение, что они – мошенники. Я на это имею полное право. И когда-нибудь они ответят по закону, по УК, за свою мемориальскую деятельность, которая по факту является мошенничеством в особо крупном размере. Денежки из бюджета они на эту деятельность получают очень и очень неплохие.
      Я с большой степенью уверенности могу предполагать, что есть еще одна категория людей, кроме историко-архивистов и мемориальцев, которые знают об этой фальсификации. Только они не понесут уголовной ответственности, потому что не зарабатывали на теме. Прямых доказательств у меня нет. Да косвенных нет. Есть только информация, которую пока никак невозможно проверить, поэтому всё, что ниже напишу, прошу только непроверенной информацией и считать.
    История такая. В самом начале нулевых я был первым заместителем начальника Гродековской таможни по правоохранительной деятельности. Тот период службы у меня был очень интересный. По приказу начальника таможни отдел собственной безопасности таможни разрабатывал меня и моих оперативников, как организованную преступную группу. Что там они за нами усматривали – я не знаю. Эту информацию никогда получить невозможно. Секретность. Вместе с нашим отделом ОСБ нас разрабатывал и местный, в пос. Пограничном, отдел ФСБ.
     Одновременно я со своими оперативниками, совместно со Службой собственной безопасности Дальневосточного таможенного управления (с начальством нашего ОСБ) и службой экономической безопасности Управления ФСБ по Приморскому краю (начальством отдела ФСБ в Пограничном) разрабатывали преступную группу, возглавляемую начальником таможни, в которую входили таможенники и коммерсанты, а содействие им оказывали сотрудники некоторых силовых ведомств, которые разрабатывали меня и моих оперативников.
     Вот такая юмористическая ситуация была. Смысл взаимодействия государственного секрета не составляет, тем более, что почти всё для суда было рассекречено: мы, таможенные оперативники, работали по коммерсантам, ССБ – по начальнику таможни и другим таможенникам, УФСБ – по остальным силовикам.
   Результат был неплохим. Начальник таможни отхватил 10 лет строгача за организацию контрабанды. Его приближенные таможенники по пятерке, коммерсанты тоже что-то прилично получили. Силовики, которые по просьбе начальника таможни нам кровь сворачивали, испортили себе жизнь неплохо, хоть и на нары не присели. Но силовиков к преступной деятельности подтянуть тогда было почти невозможно. Это сегодня они какие-то то ли тупые, то ли отмороженные.
     А взаимодействовал я тесно со стороны УФСБ с очень хорошим парнем, он тогда еще в майорском звании был, мы потом очень долго приятельствовали, пока судьба нас не разбросала. Несколько раз мы с ним, обмывая удачно проведенные совместные мероприятия, эти мероприятия обмывали так на других совместных мероприятиях, что теперь я бы даже не рискнул повторить – очень опасно для здоровья.  Тогда – молодость.
     И несколько раз он мне говорил, что в конце 80-х (он службу еще в КГБ начинал) и начале 90-х их, оперативников, очень часто командировали работать в архив УФСБ. Причем, так часто, что народ очень сильно этим возмущался. Чем они в архиве занимались, он не рассказывал. Я и не расспрашивал. Этика. Может, разглашению это не подлежало и сейчас не подлежит. Но только мой приятель говорил, что работа была до тошноты омерзительной. И всё.
     Больше никакой информации нет. И эта информация – всего лишь слух, исходящий от меня. Может быть, даже не стоило об этом писать, но чем черт не шутит: а вдруг найдется человек, который сможет что-то дополнить?
      И когда-нибудь мы все-равно узнаем, с  какой целью именно во время работы реабилитационной комиссии А.Яковлева, в состав которой входил Председатель КГБ Чебриков, даже оперативников КГБ, которых обычно начальство старается не отвлекать от прямых обязанностей, отправляли что-то делать в архивы. Тайное всегда становится явным.  Думаю, о неприглядной роли бывшего Председателя КГБ, ставшего после распада страны, в котором есть и его заслуга, начальником личной охраны певца Кобзона (такая вот карьера!), в фальсификации жертв сталинских репрессий мы тоже узнаем. Время со многого покровы тайн срывает.

murzatyi wrote in 1957_anti
reposted by p_balaev

[reposted post]Последнее прибежище негодяя

reposted by p_balaev
Что такое патриотизм?
Почему при Сталине патриотов было много,а сейчас они исчезают?
Кому выгодно искажение этого понятия?

Читайте в нашей статье на сайте Коммунистического Движения им. "Антипартийной группы 1957 года"