?

Log in

No account? Create an account
p_balaev

Троцкизм. (из черновых набросков к книге)

 В холле торакального отделения краевого онкологического диспансера стоял телевизор, вечером там на диване рассаживались больные и смотрели программу «Время», ожидая следующего после нее показа какого-нибудь фильма. Когда показывали предпоследнего Генсека, Черненко, в новостях, народ даже возмущался:
-Вот же сволочи, над дедом издеваются. Помереть спокойно человеку не дают!
Не буду за весь народ, но все, кто меня окружал в те годы, поняли на примере позднего Брежнева и уже умирающего прямо в телевизоре Черненко, что Генеральный секретарь совсем не царь, а кукла в руках партийной мафии. Причем, эта мафия обнаглела до степени, когда выбирала куклу, не способную уже и говорить, а только глазами моргать. По движению век только и можно было понять, что кукла еще живая.
  Горбачева невзлюбили сразу. Членов КПСС, включая высшую верхушку, к середине 80-х и так не уважали, мягко говоря, но фигура Михаила Сергеевича сразу вызвала отторжение.
    Дело в том, как мне кажется, что М.С.Горбачев был… Лучше это объяснить так: есть такой метод определения типичной внешности для разных национальностей. Берут фотографии лиц как можно большего числа  представителей одного народа, их накладывают друг на друга и получают усредненное лицо, наиболее типичное для этой национальной группы.
  Вот Михаил Сергеевич был таким «портретом», типичным для члена КПСС.     Нашего самого «пламенного комсомольца» на курсе, Сирожу Матлина, можно было чуть подлысить, подкормить до кондиции и смело выпускать на арену вместо Горбачева, как двойника. Без подготовки. Ни за что вы их не отличили бы. Все наши общественные активисты были такими же пламенными балаболами. 
  Даже когда Михаил Сергеевич решил «подмазаться» к народу с планом дать каждой советской семье по отдельной квартире в 2000-му году, никакой реакции в виде благодарности от этого народа не последовало. Нам уже давали к тому времени и экономную экономику, и Пятилетку качества, и Продовольственную программу, мы уже знали, что и эта жилищная программа будет такой же успешной, т.е. закончится всё отчетом на съезде, что она побеждена, но наш анестезиолог в диспансере Колька Силин, как жил с женой и тремя детьми в комнате в общаге, так и будет жить.
  Люди этой партии уже не верили ни на грош.
     И когда партия объявила о переходе к политике Перестройки, сразу появился анекдот: «Этапы Перестройки. Первый – сама Перестройка, второй – перестрелка, третий – перекличка».
   Только сегодня уже мало кто помнит, какие главные цели были заявлены в этой Перестройке.
Очень интересно читать сегодня такое: «Непредвзятый честный подход привел нас к неумолимому выводу: страна оказалась в предкризисном состоянии. Такой вывод был сделан на состоявшемся в апреле 1985 года Пленуме ЦК, который обозначил поворот к новому стратегическому курсу, к перестройке, дал основы ее концепции.
Хочу в связи с этим подчеркнуть, что анализ этот был начат задолго до апрельского Пленума, и потому его выводы были глубоко осмыслены. Это был не экспромт, а продуманная, взвешенная позиция. Было бы ошибкой считать, что буквально через месяц после Пленума ЦК в марте 1985 года внезапно появилась группа людей, все понявших и все осознающих, и что эти люди во все проблемы внесли полную ясность. Таких чудес не бывает.
Потенциал перемен назревал не только в материальной сфере жизни, но и в общественном сознании.
Люди, обладавшие практическим опытом, чувством справедливости, большевистской принципиальностью, критиковали укоренившуюся практику ведения дел, с беспокойством отмечали симптомы нравственной деградации, эрозии революционных, социалистических ценностей.
В рабочем классе, крестьянстве, среди интеллигенции, в партийном аппарате, в центре и на местах, постепенно начали всерьез задумываться над тем, что происходит в стране, росло понимание того, что так жить дальше нельзя. Нарастало недоумение и возмущение тем, что попираются великие ценности, рожденные Октябрем и героической борьбой за социализм. Все честные люди с болью и горечью воспринимали падение интереса к делам общества, бездуховность и скептицизм, особенно у молодежи, ослабление уважения к труду, стремление к наживе любыми способами…».
Это из книги Михаила Сергеевича «Перестройка и новое мышление». В ней есть глава «Обращение к В. И. Ленину — идейный источник перестройки».
    В предыдущих главах я писал, касаясь событий 20-го съезда КПСС, что доклад Хрущева составлен почти из прямых цитат, взятых у Троцкого. Такая же картина и в книге Горбачева. Снова попраны великие ценности Октября, нужно возвращаться к настоящему ленинизму и социализму нарисовать «человеческое лицо».
Сам Троцкий так «вернулся к ленинизму», что оказался агентом гитлеровцев. Никита Сергеевич на пути этого возвращения привел страну к Новочеркасску.
Любопытно, что советский народ интуитивно предугадал, что за Перестройкой последует перестрелка…

Buy for 100 tokens
***
...

p_balaev

Мои твиты

Tags:

p_balaev

Троцкизм. (из черновых набросков к книге)

Антиалкогольная кампания. Уже запланировав бросить мединститут и перевестись в ПСХИ, я ударно отработал на «Скорой» четыре месяца на полторы ставки, плюс прихватывал еще сверху до пяти дежурств в месяц. Фельдшеров не хватало так же, как и сегодня. Выходило по 200-210 рублей. Скопилась нормальная сумма.
   Поэтому когда решал вопрос с переводом в г.Уссурийске, где находился сельхозинститут, я на десять дней, ушедших на это, поселился в гостинице «Уссурийск». В маленьких провинциальных городках особых проблем с гостиницами не было. Питался в ресторане «Уссурийск», расположенном на первом этаже гостиничного здания. В столовых Владивостока я уже заработал гастрит такой степени, что у самого возникало подозрение – не язва ли там у меня? А столовые Уссурийска – это такая штука, что первый же обед в одной из них обернулся бессонной ночью из-за боли в желудке.
  В субботу, после того, как в пятницу досдал пару экзаменов в разнице программ меда и ветеринарного факультета, обедал в ресторане «Уссурийск». Ресторан был вообще-то закрыт на спецобслуживание. Но официантки меня знали – уже почти неделю обедал там и ужинал – посадили за дальний столик.
    Спецобслуживание было – свадьба. Разумеется, в соответствии с политикой партии, безалкогольная свадьба.
   Одна из официанток, за столик которой я чаще всего попадал и мы уже были почти как старые знакомые, предложила мне бутылочное пиво с Хорольского пивзавода с тем, чтобы я досидел до конца свадьбы и составил ей компанию для лицезрения этого действа.
   Она в перерывах между разносами блюд к свадебному столу присаживалась ко мне и мы вдвоем ухахатывались с того, что происходило на свадьбе.
  Девушка уже обслужила достаточное число безалкогольных свадеб, чтобы точно, почти по минутам, предсказывать события. И меня удивляла точностью прогнозов.
Начало в стиле «То ли лешего хоронят, ведьму ль замуж выдают…» - грустная компания на фоне бравурного марша Мендельсона. Истерика тамады, пытающегося расшевелить трезвое свадебное общество.
  Официантка точно предсказывала все главные моменты: когда придут комсомольские активисты поздравить молодых с их бракосочетанием в стиле Перестройки, когда придет комиссия народного контроля и проверит – не продает ли ресторан гражданам брачующимся и их гостям алкогольный дурман… Все пришли, все проверили, все отчитались. И потом сама комиссия народного контроля, сняв повязки, заняла место почетных гостей. А под столами возникли ящики с сорокоградусной. На стол бутылки не выставлялись. Разливалась алкогольная отрава под столом в графины с морсом. А потом из графинов – «Горько!».
  В конце концов свадьба стала похожа на свадьбу, с «Цыганочкой» и вальсом, с нормальным свадебным финалом – дракой.