?

Log in

No account? Create an account
p_balaev

Троцкизм. (из черновых набросков к книге)

   Мне как-то даже неловко напоминать бывшему следователю по особо важным делам Генпрокуратуры Игорю Степанову, принесшему на суд  в качестве доказательств приказ № 00447 и другие документы по «Большому террору», какие вещественные доказательства в качестве таковых могут быть приняты судом и как их нужно получать, изымать, если это документы, и оформлять, чтобы суд мог признать их надлежащим образом полученными доказательствами.  Бывшему следователю Генпрокуратуры полагается знать, что орудия убийства с отпечатками пальцев убийцы никакой суд не примет в качестве доказательства, если получен этот вещдок с малейшим нарушением закона. Изъят нож с нарушением закона – можете хоть какую экспертизу к нему приложить, бесполезно, суд это доказательство никогда не примет.
      И не беда, если на момент обнаружения вещдоков, документов в архивах в нашем случае, не было возбуждено уголовное дело, административное или гражданское, что исключает возможность процессуального оформления изъятия из архивных дел документов. Суд может принять эти документы  в качестве доказательств, если вне процессуальных рамок они изъяты по процедуре, соответствующей форме процессуального действия.
     Т.е., с составлением акта изъятия, в присутствии незаинтересованных лиц (только они вне процессуального действия будут именоваться в акте не понятыми, а присутствующими), да не просто документ должен изыматься, а вместе с архивным делом, в данном случае,  для последующей экспертизы. Эксперту обязательно должна быть поставлена задача исследовать момент возможного позднего вложения документа в архивную папку. И только после этого документ может быть представлен суду в качестве доказательства, а там уже на усмотрение судьи – проведение экспертиз по нему.
    В нашей же истории И.В.Сталин и коммунистическая партия обвиняются в несудебных расправах 37-38-го годов, в незаконном расстреле 656 тысяч граждан СССР и незаконном лишении свободы еще 656 тысяч граждан СССР на основании … От того, что я вам дальше покажу, у нормального человека волосья на голове дыбом встанут. Бывшему следователю по особо важным делам Генпрокуратуры, припавшему к кормушке иностранного агента Общества «Мемориал», это нормально. Нормального человека это шокирует.
     Существует такой документ: «ЭКСПЕРТНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ
К ЗАСЕДАНИЮ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ
26 мая 1992 г.».
Я не буду расписывать отдельно историю его возникновения, лучше процитирую преамбулу, из нее всё понятно:

«В связи с подготовкой заседания Конституционного Суда Российской Федерации 26 мая 1992 г. о конституционности Указов Президента Российской Федерации от 23, 25.08.1991 г., мы, группа экспертов Комиссии ПВС Российской Федерации по организации передачи-приема архивов КПСС и КГБ на госхранение, работали — по просьбе КС — над поиском и изучением документов, касающихся ряда аспектов деятельности КПСС: о решениях руководящих органов партии по вопросам, относящимся к компетенции государственных органов, о номенклатуре государственных должностей и порядке их утверждения руководящими органами КПСС и т.п.
Ряд документов, выявленных нами и имеющих, как нам кажется, отношение к теме, представлен в Конституционный Суд.
Изучение же документов мы сосредоточили вокруг проблемы, подтверждается или опровергается известными нам материалами тезис Указа Президента РФ от 06.11.1991 г., о том, что
«КПСС никогда не была партией. Это был особый механизм формирования и реализации политической власти путем сращивания с государственными структурами или их прямым подчинением КПСС».
Прежде, чем приступить к развернутому ответу на этот вопрос, сделаем одно предварительное замечание.
На протяжении всей своей истории РКП(б)-ВКП(б)-КПСС являлась, — не только формально, но и по существу, — одной и той же организацией, всегда сохранявшей свое название, структуру — от первичных партячеек до Центрального Комитета, непрерывность членства, владение имуществом, преемственность Уставов и программ. Эти характеристики КПСС не затрагивались при изменении ее юридического статуса в государственной системе в 1936, 1977, марте 1990 и апреле 1991 гг. Исходя из этого, при ответе на поставленный вопрос мы считаем себя вправе в равной мере привлекать материалы как самого последнего времени (1990–1991 гг.), так и более ранних эпох.
Исследованные документы позволяют выделить в рассматриваемой проблеме некоторые, на наш взгляд, наиболее существенные аспекты:

  • партия и представительные органы власти;

  • партия и массовые репрессии;

  • партия и правосудие;

  • партия и исполнительно-распорядительная власть;

  • партия и армия, МВД, КГБ;

  • контроль над назначениями должностных лиц;

  • контроль над обществом;

  • некоторые признаки особого положения членов партии в обществе;

  • секретность в деятельности КПСС.

Выделение именно этих тем вовсе не значит, что экспертной группе не встречались документы, касающиеся и ряда других важных аспектов, затронутых в преамбуле Указа Президента РФ от 06.11.1991 (например, формирования КПСС международной и межнациональной политики, имущества КПСС и др.). Однако, видя свою задачу именно в экспертном анализе (а не в монографическом исследовании) архивных материалов, мы сочли себя вправе отказаться от исчерпывающего рассмотрения всех сторон деятельности КПСС. Некоторая фрагментарность изложения и иллюстративность документальных приложений — неизбежное следствие такого подхода.
Для написания настоящего заключения использовались материалы архивов КПСС и КГБ, находящиеся ныне в различных хранилищах (Центр хранения современной документации РФ — ЦХСД, Президентский архив — АП РФ, Центральный оперативный архив МБ РФ — ЦОА МБРФ, Центральный государственный архив Октябрьской революции — ЦГАОР, Центральный государственный архив общественных движений г.Москвы — ЦГАОД), а также официальные издания партийных документов («КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК» М., 1983-1989, тт. 1-15; далее — «КПСС в резолюциях»; стенограммы съездов и пленумов, другие печатные издания). Все архивные документы, приложенные к тексту, скомпонованы согласно пунктам настоящего заключения, однако далеко не все они непосредственно используются в тексте, составляя как бы дополнительный материал к нему (ссылки на них даются с указанием номера приложения, порядкового номера документа в данном приложении и, в случае цитации — листа документа). В случае цитирования документа, копия которого не была получена экспертной группой, приводится ссылка на его архивный шифр. При указании на партийные постановления, номера решений Секретариата, согласно принятой в партийных архивах маркировке, обозначаются буквами «Ст», Политбюро — буквой «П».

       Из текста преамбулы видно, что какая-то группа экспертов, получив доступ к архивам КПСС и КГБ, выбрала оттуда ряд документов, в том числе документы, касающиеся массовых репрессий, и представила их суду. Кто входил в эту группу экспертов? Держитесь крепче за стул, сейчас вы можете грохнуться на пол от удивления, смотрим, кто подписал это Заключение, на эту самую экспертную группу:

«Эксперты Комиссии ПВС РФ по передаче-приему
архивов КГБ и КПСС на государственное хранение

Н.Г.Охотин
Н.В.Петров
А.Б.Рогинский
Зам.директора ЦХСД, доктор ист. наук
С.В.Мироненко»
Знакомлю вас с этими «экспертами» по порядку.
   Николай Глебович Охотин. Информация с сайта «Мемориала»:
«Родился в 1949 году в Ленинграде.
Профессиональная биография:
1966 – 1969 – изучал историю русской литературы и общественной мысли в Тартуском государственном университете (Эстония); 1977 – 1980 – завершение филологического образования в Московском государственном университете.
1971 – 1981 – сотрудник кафедры структурной и прикладной лингвистики Московского государственного университета.
1982 – 1984 – научный сотрудник Государственного музея А. С. Пушкина (Москва).
1985 – 1987 – независимый исследователь.
с 1988 – научный сотрудник Общества «Мемориал», в 1989–1995 – председатель Научно-информационного центра «Мемориал».
1997 – 2001 – координатор архивных проектов Института «Открытое общество» (фонд Сороса), секретарь редколлегии серии архивных путеводителей «Архивы России».
2001 – 2013 – директор Музея «Творчество и быт ГУЛАГа» при Международном обществе «Мемориал», зам. председателя НИПЦ «Мемориал».
с 2011 – старший науч. сотрудник Института русской литературы РАН (Пушкинский дом)».
Никита Васильевич Петров, информация с сайта «Мемориала»:
«Родился 31 января 1957 г. в Киеве. В августе 1960 г. семья переехала в Москву. Окончил среднюю общеобразовательную школу в 1974 г. и в этот же год поступил в Московский химико-технологический ин-т им. Д. И. Менделеева (ныне МХТУ). Прошел полный курс обучения и в феврале 1980 г. защитил диплом по теме, связанной с химией фтористых соединений урана. В апреле 1980 г. поступил на учебу в аспирантуру Института атомной энергии им. И. В. Курчатова, где работал над диссертацией о химических соединениях плутония.
Вместе с тем, будучи студентом, с 1975 г. стал самостоятельно изучать историю политических репрессий советского периода и, главным образом, историю карательных органов ВЧК–ОГПУ–НКВД–КГБ. С января 1977 г. постоянно занимался в газетном зале Ленинской библиотеки (станц. Левобережная близ Химок). В тот период основным доступным историческим источником по избранной теме были центральные, республиканские, областные и районные газеты СССР. Были изучены газеты всех этих уровней за период 1925-1982 гг. и получено много сведений об истории, деятельности и кадрах советской госбезопасности.
Активное посещение и работа в библиотеке с большими массивами газет уже в 1980 г. привлекли внимание органов КГБ. В августе 1981 г. был изгнан из аспирантуры. С марта 1982 г. работал инженером каф. химии МИФИ, в ноябре 1984 г. стараниями КГБ уволен «по сокращению штатов». В августе 1985 г. КГБ произвел обыск на квартире, были изъяты многие собранные в библиотеке материалы по истории сталинских репрессий и кадрового состава госбезопасности.
В 1985-1988 гг. работал инженером, ст. инженером, и. о. зам. зав. Республиканской производственной лабораторией комбикормовой промышленности министерства хлебопродуктов РСФСР, в 1988-1990 гг. – инженером химической лаборатории Московского центра стандартизации и метрологии.
С декабря 1988 г. участвовал в исторических исследованиях и научных семинарах Общества «Мемориал». В 1990 г. получил доступ в государственные архивы для работы по избранной теме. С июня 1990 г. и по настоящее время – заместитель председателя Совета Научно-информационного и просветительского центра «Мемориал». После августа 1991 г. – эксперт Комиссии Верховного Совета РФ по приему-передаче архивов КПСС и КГБ на государственное хранение. В 1992 г. – эксперт Конституционного Суда в процессе разбирательства «Дела КПСС». Результатами работы в ранее недоступных архивах КПСС и КГБ стали публикации по истории советского террора и курс лекций по истории КГБ, прочитанный в 1992-1993 гг. студентам РГГУ.
Важное направление общественной деятельности – расширение доступа к архивным документам советской эпохи. Неоднократно был инициатором судебных процессов о неправомерном ограничении доступа к архивной информации, выступал по этому поводу в СМИ, на ведомственных совещаниях и научных конференциях.
Выступал с докладами на многих международных конференциях по истории карательной политики, а также по истории судебных преследований немецких военнопленных в СССР после войны. Был консультантом ряда документальных фильмов об истории репрессий в СССР.
В сентябре – ноябре 1990 г. и феврале – апреле 1996 г. занимался научной работой в Институте Восточной Европы Амстердамского университета и в Институте социальной истории (Амстердам). В 1996 г. являлся стипендиатом Академии Наук Нидерландов.
10 июня 2008 г. в Амстердамском университете защитил докторскую диссертацию по теме «Сталин и органы МГБ в советизации стран Центральной и Восточной Европы. 1945-1953 гг.» (научный руководитель – профессор Бруно Нарден).

Арсений .Борисович Рогинский, информация с сайта «Мемориала»:
«РОГИНСКИЙ АРСЕНИЙ БОРИСОВИЧ (30 марта 1946 – 18 декабря 2017)
Биографическая справка

Отец – инженер, работавший на ленинградском заводе «Электросила». В 1938 был репрессирован, после освобождения из лагеря отправлен в «вечную ссылку» на Север (г. Вельск Архангельской области), где и родился Арсений Рогинский. В 1951 Борис Рогинский был повторно арестован и погиб в заключении.
В 1956 семья после посмертной реабилитации отца вернулась в Ленинград. В 1962–1968 Арсений Рогинский – студент историко-филологического факультета Тартуского университета, ученик профессора Ю. М. Лотмана. С 1965 публиковал статьи и документы по истории русского освободительного движения ХIX века. Позже обнаружил и опубликовал несколько важных документов, касающихся народовольческого периода в российском революционном движении.
В 1968–1981 в Ленинграде работал библиографом в Публичной библиотеке им. М. Е. Салтыкова-Щедрина, преподавал в вечерних школах.
Постепенно область научных интересов Арсения Рогинского расширялась, а ее центр тяжести смещался в сторону истории России и СССР в XX веке. Этому способствовало сближение еще во время учебы в Тарту с москвичами, будущими диссидентами и правозащитниками. Девиз работ Рогинского и его соавторов 1970-х можно обозначить, воспользовавшись его собственными словами: «необходимость возвращения исторической памяти» и «воссоздание независимой исторической науки». Эту идею он и его друзья попытались осуществить, основав первый самиздатский исторический сборник «Память», составлением и редактированием которого Арсений Рогинский руководил в 1975–1981. «Редакция считает своим долгом спасать от забвения все обреченные ныне на гибель, на исчезновение исторические факты и имена, и прежде всего имена погибших, затравленных, оклеветанных, судьбы семей, разбитых или уничтоженных поголовно; а также и имена тех, кто казнил, шельмовал, доносил <…> наиболее важным здесь для нас является извлечение исторического факта из небытия, спасение его от забвения и введение в оборот – научный и общественный» (из предисловия к первому выпуску сборника «Память»).
4.02.1977 на квартире Рогинского был проведен первый обыск. После повторного обыска (6.03.1979) Рогинский по требованию КГБ уволен из школы и лишен права на профессию учителя. В июне 1981 лишен доступа в Публичную библиотеку им. Салтыкова-Щедрина «за публикацию документов в зарубежном антисоветском издании».
12.08.1981 Арсений Рогинский был арестован по обвинению в «подделке документов» (имелись в виду так называемые «отношения» – письма из официальных научных учреждений, без которых исследователь в советское время не мог получить доступ к архивным материалам; Рогинского обвинили в том, что он предъявлял в архивах отношения с поддельными подписями). Отказался давать следствию какие-либо пояснения по этому поводу, заявив, что считает неправомерной саму практику ограничения доступа к историческим документам; эту же точку зрения отстаивал в своем последнем слове на суде. 4.12.1981 народный суд Октябрьского района г. Ленинграда приговорил Рогинского к максимальному сроку наказания по данной статье – четырем годам лишения свободы. (Полностью реабилитирован в 1992.)
После освобождения (август 1985) и изменения политической обстановки в стране возобновил научную работу. Принимал ведущее участие в подготовке к печати сборников «Воспоминаний крестьян-толстовцев. 1910-е – 1930-е годы» (1989), «Звенья» (1990, 1992) и др.
В 1990–1993 – эксперт Комитета Верховного Совета Российской Федерации по правам человека, в 1991–1993 – эксперт Комиссии Верховного Совета по передаче архивов КПСС и КГБ на государственное хранение и Комиссии Верховного Совета РФ по реабилитации жертв политических репрессий. В 1992 – эксперт Конституционного Суда РФ по «делу КПСС».
В 1988–1989 стал одним из основателей общества «Мемориал», руководил его научными программами. В 1990 по инициативе Арсения Рогинского  был основан Научно-информационный и просветительский центр «Мемориал» (в 1996 Рогинский избран его председателем). Член правления Российского и председатель правления Международного обществ «Мемориал».
        У вас еще не возникло подозрение, что Сталину «полицейские» подбросили «наркотики» и потом эти «наркотики» сами же «полицейские» у него изъяли, причем понятыми при изъятии были эти же «полицейские»?


Buy for 100 tokens
***
...

p_balaev

Троцкизм. (из черновых набросков к книге)



     И перед тем, как мы перейдем к последней личности в списке этих экспертов, личности крайне интересной, я  сейчас процитирую слова одного из этих деятелей, которые он произнес в интервью «Эхо Москвы»,  рассказывая о Сталине, как об организаторе террора: «Ведь в годы войны то же самое делалось по отношению к немецким оккупационным войскам, выкрадывались генералы, но их не в плен брали, вывозили в лес и убили. Генерал Ильген, группа Кузнецова. Или подсыпалась отрава в котлы немецких полевых кухонь. На самом деле недостойные методы борьбы. Терроризм – оружие слабых. Но такова история, мы это понимаем. Но оправдывать сегодня такие методы, по-моему, это аморально».

     Извините, но за это высказывание должен говоруну корячиться реальный срок на нарах:

«Статья 354.1. Реабилитация нацизма

(введена Федеральным законом от 05.05.2014 N 128-ФЗ)


  1. Отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси, одобрение преступлений, установленных указанным приговором, а равно распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны, совершенные публично, –
    наказываются штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок.

  2. Те же деяния, совершенные лицом с использованием своего служебного положения или с использованием средств массовой информации, а равно с искусственным созданием доказательств обвинения, –
    наказываются штрафом в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет, либо лишением свободы на тот же срок с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет».

       Если кто не понял, поясняю: гитлеровцы считали наших партизан и подпольщиков террористами и бандитами, поэтому заявляли, что на них не распространяются никакие законы, как на военнопленных. Поэтому расстреливали, вешали, истязали наших граждан, оказывающих сопротивление захватчикам на оккупированных территориях, как бандитов и террористов. Признание наших партизан и подпольщиков террористами является прямым оправданием преступлений нацизма на территории СССР.

      Кто же эта геббельсовская сволочь? Да один из экспертов, нашедших у Сталина «наркотики». Никита Васильевич Петров. Запомните это лицо


    Ну что, еще не поколебалась святая вера в архивы, попавшие в руки геббельсовской сволочи?


p_balaev

Троцкизм. (из черновых набросков к книге)

    Наконец, последний в списке «экспертов». На тот момент заместитель директора Центра хранения современной документации (ЦХСД), доктор исторических наук С.В.Мироненко. До 2016 года являлся директором Государственного архива Российской Федерации. В интервью журналу «Вестник-онлайн», номер 13(350) 23 июня 2004 г., Мироненко рассказал о своих родителях: «Родители мои — врачи».  Забавно. Интересно, в какой поликлинике работал его отчим, известный автор книг о Сталине, Владимир Мироненко-Жухрай, целые отрывки из книг которого включил в качестве документов в последние тома ПСС Иосифа Виссарионовича бывший член ЦК КПСС Ричард Косолапов?
     Наверно, Сергею Владимировичу Мироненко неловко вспоминать о своем отчиме, прославившемуся еще и тем, что присвоил сам себе звание генерал-полковника, назывался внебрачным сыном Сталина, начальником личной аналитической разведки Сталина и хвалившимся, что его почерк и стиль от сталинского неотличим. Уж не за то ли, что отчим своим неотличимым от сталинского почерком понаписал на всякой макулатуре разных резолюций, пасынок стал сначала стал заместителем директора ЦХСД, а потом и директором Госархива?  Что-то насчет этого у меня есть некоторые легкие подозрения.
    Ну еще кое-что из интервью «Вестнику-онлайн»: «Вместе с нашими коллегами из Гуверовского института (США) мы завершили работу над 6-томной документальной историей ГУЛАГа. Я очень рад, что в нашу работу включился Александр Исаевич Солженицын, написавший предисловие к ней и вошедший в редакционный совет этой серии. С американской стороны членом совета является Роберт Конквест, автор всемирно известного исследования «Большой террор». Эти 6 томов — взгляд власти на ГУЛАГ, все приказы, распоряжения, заявки и тому подобное. У нас не было возможности поместить в эти 6 томов взгляд на ГУЛАГ тех, кто сидел в нём, например, многотомное исследование под тем же названием А.И. Солженицына, который высоко оценил нашу работу, за что мы ему искренне благодарны.
Что меняют эти 6 томов? Один из них рассказывает, например, об экономике ГУЛАГа. Эта тема в исторической науке практически не исследована. А ведь в середине ХХ века существовала империя, значительная часть экономики которой создавалась рабами. Что это за экономика, как она функционировала, почему государство с этой экономикой победило такую развитую страну, как Германия? На эти и многие другие вопросы поможет ответить наше исследование».
       Думаю, что даже комментировать это нет нужды. Итак абсолютно ясно, кто стоит последним в списке «экспертов», нашедших сталинские «наркотики».
     Но подписями экспертов сей интереснейший документ не заканчивается. Эти ыкзперды по собственной глупости вписали туда своих помощников и консультантов:
«В работе принимали участие А.Ю.Даниэль и Д.И.Зубарев; за ценные замечания благодарим С.Г.Филиппова и Г.М.Фрейдина».
Даниэль Александр Юльевич, информация с сайта «Мемориала»:
«Родился в Москве в 1951 году. В 1978 году закончил математический факультет МГПИ. В 1970-х и первой половине 1980-х неофициальным образом занимался информационной работой в правозащитном движении, а также проблемами советской истории: в 1973-1980 гг. участвовал в выпуске самиздатского информационного бюллетеня советских правозащитников «Хроника текущих событий», а в 1975-1981 гг. был членом редакции неподцензурного исторического сборника «Память», посвященного проблемам советской истории и издававшегося за рубежом.
В мемориальском движении – с 1988 года. С 1989 года – член Рабочей Коллегии (Правления) Общества. С 1990 – сотрудник НИПЦ «Мемориал» (Москва), член Совета НИПЦ. Принимал и принимает участие в ряде исследовательских и публикаторских проектов «Мемориала». В 1990-2009 гг. – руководитель исследовательской программы НИПЦ «Мемориал» по теме «История инакомыслия в СССР. 1950–1980-е гг.». С 2009 – сотрудник петербургского НИЦ «Мемориал», работает в проекте «Виртуальный музей Гулага».
Автор нескольких десятков статей, посвященных истории становления и развития независимой общественной активности в СССР, а также состоянию исторической памяти в современной России, и опубликованных в различных российских и зарубежных научных сборниках и периодических изданиях, научных и популярных, учебно-методических пособиях и энциклопедиях. Участвовал в подготовке ряда книг и брошюр, выпускавшихся «Мемориалом» и издательством «Звенья» (предисловия, комментарии, справочный аппарат)».
     Далее еще более интересные личности. Интернет по одной из них выдал мне такую информацию: «|Григорий Моносович Фрейдин (Gregory Freidin) родился в 1946 году, москвич; с 1971 г. живет в США. Доктор славянской филологии Калифорнийского ун-та в Беркли, профессор Стенфордского ун-та (1978–2014). Пишет по-русски и по-английски. Автор критической биографии Осипа Мандельштама, исследований наследия Исаака Бабеля, статей и эссе по истории русской литературы, культуры и политики, напечатанных в США и в России в академической и массовой печати».
       Это какие от иностранного гражданина, пишущего по-русски и по-английски могли получить ценные замечания наши эксперты, передававшие из архивов документы в суд? По Бебелю, что ли?
    Вот от С.Г.Филлипова, автора справочника «Территориальные руководители ВКП(б) в 1934-1939 гг.» советы они могли получить. По составу мифических «троек», в которых менялись секретари на протяжении 37-38-го годов. Там нужен был специалист именно со справочными сведениями о руководителях ВКП (б), чтобы не запутаться.
     Наконец, последний.  https://scepsis.net/authors/id_563.html Зубарев Дмитрий Исаевич — родился в 1946 г. в Куйбышеве, в 1968 г. окончил филологический факультет МГУ; автор ряда статей и публикаций о деятелях литературы и искусства России первой трети XX в.; старший научный сотрудник НИПЦ «Мемориал».
     А филолог каким тут боком? Я не знаю, как у вас, но у меня есть единственное подозрение – для помощи в сочинении «архивных» документов с соблюдением соответствующего эпохе стиля, в чем он был специалистом https://memo-projects.livejournal.com: «21 января исполняется 70 лет Дмитрию Исаевичу Зубареву. Даже сама дата рождения, кажется, подтолкнула Д. И. Зубарева на путь диссидентства: как можно было что-то праздновать в день всесоюзного траура по В. И. Ленину? Круг научных интересов Д. И. Зубарева сформировался еще в студенческие годы: история русской литературы и политическая история России начала XX века, но до начала 1990-х его публикации выходили только в зарубежных изданиях и под псевдонимами».
       Теперь вы мне попробуйте доказать, что обнаруженные группой злобных антисоветчиков и антикоммунистов в архивах документы, изобличающие Сталина, Советскую власть и Коммунистическую партию, можно принять в качестве документального подтверждения факта существования «Большого террора». Тогда уж пусть полицейские при обысках сами и понятыми будут.

p_balaev

Мои твиты

Tags:

p_balaev

Троцкизм. (из черновых набросков к книге)

   Нужно сказать, что документы, также найденные этими же экспертами по расстрелу поляков в Катыни, попытались представить составу суда по время процесса над КПСС. Суд их даже рассматривать не стал. Даже суд времен правления Ельцина вернул их с брезгливостью. И сегодня в среде левых историков и коммуниздов апелляция к бумажонкам о расстреле НКВД поляков в Катыни сразу становится предметом издевательского глумления.
  Мы с вами отчетливо понимаем, что вся катынская история является сочиненным в Министерстве пропаганды Третьего рейха антисоветским мифом. 
  Почему вся наша лево-коммуниздическая тусовка насчет Катыни всё понимает, а насчет мифа о «Большом терроре», созданным тесно сотрудничавшим с Форин-офис и ЦРУ американским историком Робертом Конквестом (я в выложенных черновиках про это не писал, упустил, в самой книге будет),  понимать ничего не хочет и сама рьяно этот миф защищает, да еще и прикрываясь защитой Сталина? Чуть позже объясню, как это связано с троцкизмом.
   Но что мы имеем в итоге. В итоге, у нас нет мотивов и причин «Большого террора». У нас нет документов. Я не веду даже речи о степени достоверности или недостоверности имеющихся бумаг. Вся документальная база о событиях 37-38-го годов пока еще не введена ни в научный оборот, ни в качестве доказательств надлежащим образом. Более того, эта макулатура представлена личностями настолько сомнительными, что доверять им может только кретин.
   Для совсем полной ясности, все подписанты-эксперты тесно сотрудничают с Гуверским институтом Стэнфордского университета США, одним из ведущих научных сотрудников которого являлся Роберт Конквест, создатель мифа.
     У нас, в-третьих, не имеется даже свидетельств приговоренных «тройками НКВД», совсем запредельно, у нас нет и списка реабилитированных лиц, осужденных несудебными органами.
  И, наконец, в-четвертых, трупов расстрелянных у нас тоже нет. Массовые захоронения, которые производились согласно мифа о «Большом терроре», не обнаружены до сих пор, за тридцать лет не найдено ни одного внушающего хоть какое-то доверие захоронения.
     Что в результате мы имеем? Ничего, кроме «египетских казней», аналога библейского мифа, только вышедшего из стен института, контролируемого ЦРУ, и признаваемого за историческую реальность нынешней российской лево-коммуниздической плесенью.

p_balaev

Кстати, о Роберте Конквесте.

Примечательно, абсолютно никто из обличителей Солженицына не обратил внимания, что "Архипелаг ГУЛАГ" является откровеннейшим плагиатом книги Роберта Конквеста "Большой террор". Только безумным фантазиям американского фантазера придана форма свидетельства "непосредственного очевидца".
Это очень примечательно и очень важно.