?

Log in

No account? Create an account
p_balaev

Голова профессора Вангенгейма (сага о "соловецком расстреле") Часть 6.

      Эпистолярное наследие, предоставленное «Мемориалу» дочерью профессора Вангенгейма, весьма внушительное – 138 писем. 25 писем еще считаются недошедшими до адресата, жены профессора.
    Первое датировано 11 мая 1934 года: «…Пусть из нашей дочери выработается такой же самоотверженный работник, какими были мы с тобой. Передай ей мой энтузиазм. Ей придется ведь работать еще в более интересное время. Помни, что главное – в бодрости. Она поможет преодолеть тяжесть разлуки, а что касается дела, то и на Соловках можно строить социализм, время и силы будут использованы. Я, между прочим, продумал несколько книжек по физике для юношества с мыслью, что мы их проработаем вместе и издадим».
    Меня насторожил не сам текст письма. Дата. Профессора осудила коллегия ОГПУ 20 января 1934 года. А почему он в лагере (письмо из Белбалтлага) оказался только в мае? Или ему с января до мая была запрещена переписка? Дело в том, что приговор несудебного органа, каковым являлась коллегия ОГПУ, не предусматривает вступление в силу до окончания процедуры апелляции, он вступает в силу немедленно после вынесения решения по делу. 20 января приговор вынесен, после этому профессору в СИЗО делать было нечего, он должен был быть этапирован к месту дальнейшей отсидки, в лагерь. Три с лишним месяца везли его до Белбалтлага?
    А вот если профессор был осужден не 20 января и не коллегией ОГПУ, а судом, то такое, в смысле срока этапирования, вполне могло быть. Следствие, суд, обжалование приговора, рассмотрение жалобы вышестоящей судебной инстанцией, вступление приговора в силу – тогда да, от ареста, до прибытия в лагерь 4 месяца – реально и правдоподобно. Либо все документы, представленные нам по делу Вангенгейма – липа, либо – это не первое письмо из лагеря профессора, в первых письмах могло быть такое, что родственникам и «Мемориалу» показалось неприличным показывать публике. Хотя, и все последующие они зря обнародовали…
     Второе письмо отправлено через неделю после первого, 18 мая 1934 г.:
«Вся окружающая обстановка не угнетает. Работаю и даже начал читать лекции. Уже три раза читал на тему «Овладение стратосферой». Аудитория очень внимательно слушает, интерес к тому вопросу очень большой».
      Насчет окружающей обстановки – не думаю, что написана правда. После Москвы с Большим театром любая обстановка угнетает. Здесь нужно знать один момент, читая лагерную эпистолярщину: письма заключенные сдают в незапечатанных конвертах, они просматриваются перед отправкой в оперчасти, дабы исключить всякие нюансы. Вы же не думаете, что лагерные опера позволили бы бандитам и государственным преступникам вести с оставшимися на воле их подельниками свободную переписку и антигосударственную агитацию?  Поэтому «обстановка не угнетает», а не описания страданий. Но лекции про овладение стратосферой – это нечто запредельное. Верх чекистского садизма. Заключенные после тяжелых каторжных работ вместо сна и отдыха, должны сидеть в зале на табуретах и слушать про стратосферу. А каково самому Вангенгейму? Целый день с тачкой, а потом – подготовка и чтение лекций. Так и здоровья лишиться можно.
    Третье письмо особенно интересное, 20 мая 1934 года: «Лекции мои пока идут регулярно, уже прочитал 5 лекций. Просят еще на новую тему. Днем на работах, вечером читаю лекции.
     В тюрьме я вспоминал всю свою жизнь и обнаружил, интересное для меня – 1933 и 34г. В 1933 году исполнилось 35 лет, как я добровольно отказался от всех преимуществ класса, в котором я родился, отказался от материальной помощи отца, предпочтя студенческую голодовку, уроки и пр. Исполнилось 35 лет моей работы по метеорологии. В 1934 году исполнится 40 лет со времени первой моей работы по найму. И сознание абсолютной чистоты совести перед рабочим классом за 35 лет, а перед советской властью – за 16 с лишним лет, дает мне силы и бодрость».
     Это уже не просто голова профессора Вангенгейма! Это голова пролетария Вангенгейма! 40 лет пролетарского стажа! Я не думаю, что жена профессора была не в курсе биографии мужа. Да, в этой биографии было в юношестве участие в студенческой бузе, после чего Лешу Вангенгейма исключили из университета. Но покаялся и его восстановили в студентах, благополучно закончил университет, потом еще и институт, а во время ПМВ дослужился до полковника и был награжден за организацию газовых атак на австрийцев. Наверно, в представлении на звание полковника царский политрук в его характеристике так и написал: «Отличается чистотой совести перед рабочим классом».
    Только про таких вангенгеймов Владимир Ильич Ленин говорил, что пока звание коммуниста означало перспективу тюрьмы, ссылки и каторги, то вангенгеймы в партию не стремились, а когда победила революция и членство в партии способствовало карьерному росту – в парткомах выстроились очереди с заявлениями о приеме.
    Разумеется, эти строки в письме были не для жены. Это – для оперчасти: «Посмотрите, товарищи чекисты, какого идейного пролетария вы на общих работах гнобите!»
   Реакция от оперчасти последовала. Уже 2 июня 1934 года: «У меня жизнь идет нормально. Организую просвящен. работу».
    5 июня: «Разноображу работу. 3-го устроил бригаду добровольцев по устройству цветников перед нашими окнами…»
   Сталинский ГУЛАГ. Завышенные, неподъемные планы для заключенных. Не дал норму выработки – срезали пайку. Срезали пайку – недоедание. Ослабленный голодом зэка тем более не может норму выполнить, начинается дистрофия, потом дошедших до состояния ходящих скелетов собирают в бригады добровольцев и они устраивают цветники перед окнами их бараков. После рабочего дня с тачкой и лопатой, само собой. Так они и дохнут от изнеможения прямо на этих цветниках, как мухи.
    Продолжение письма: «Режим правильный – встаю к 8 часам, в 12 обедаю, в 6 ужинаю, потом чай, в 11-12 ложусь спать, причем в общежитии радио кричит допоздна, часто засыпаю под звуки оркестра».
     Что-то в такой режим не вписывается 12-ти часовой рабочий день с тачкой. «Эй, враги народа, бросай тачки, кирки и лопаты! 6 часов уже! Идите чайку попейте, потом снова будете социализм строить!»
     Ну и, наконец, в этом письме строки, благодаря которым нынешние «интеллектуалы» считают, что эти вангенгеймы были совершенно безвинно осуждены и хранили верность партии в лагере до самого расстрела их по приговору фантастических «троек»:
«Ты не можешь представить себе состояние человека, который выполняет свой священный коммунистический долг, но не может добиться реальных результатов. И обида, и боль, и сознание безумного бессилия. Но вера меня пока не покидает. Я еще 9 марта писал т.Сталину, что веру в Партию я не потерял и не потеряю ни при каких условиях. Уверен, что это именно так и будет. Бывают моменты упадка веры, но систематически борюсь с этим и не допущу. Эх А.М. (Горький) пел про гордого человека. Почему ему не доказать на деле, что он может бороться за честь коммуниста, оставшегося гордым ленинцем».
    Мне вот очень интересно было бы глянуть (жаль, что это невозможно) на письмо Вангенгейма Сталину. Интересно, там есть такие строки: «Товарищ Сталин, Вождь и Учитель, прости меня за хамское отношение с моей стороны к твоей просьбе насчет выступления на Всесоюзном съезде геофизиков. Я реально берега попутал»?
   Но что-то мне подсказывает, «гордый ленинец» - это нечто отличное от порядочности обычного человека. У меня, например, не хватило бы «гордости» обращаться с просьбами к человеку, которого так, как Вангенгейм Сталина, хамски послал к чертовой матери с его просьбой произносить речь на Всесоюзном съезде на русском языке.
   А насчет верности Партии. Вы можете себе представить такое письмо из заключения обычного уголовника жене:
«Здравствуй, дорогая! Узнай, как там насчет моей апелляции у адвоката. Мне нужно отмазаться от одного разбоя, за который меня посадили и будет всё чики-чики, выйду на свободу и бомбану с братанами ломбард, будешь вся в серьгах и кольцах. А насчет того, что до посадки я еще грабанул две богатые хаты, менты так и не узнали, козлы тупые»?
      Любой уголовник знает, что его письмо в оперчасти прочтут и не только УДО накроется, если он будет писать о намерении продолжить после освобождения преступную деятельность, но еще и из текста – новые обстоятельства, можно еще к старому сроку заработать новый по новой статье.
     Мы же с вами не верим в искренность уголовников, когда они пишут на свободу письма о том, что ни в чем не виноваты, их на следствии менты по почкам били и поэтому они себя оговорили. Мы же с вами, когда дело касается урок, почему то оцениваем эту «искренность» как разумные люди. А вот как только читаем в письмах «политических» о верности Партии и делу коммунизма, так у нас в мозгах происходят какие-то необъяснимые наукой химические процессы…

Buy for 100 tokens
***
...

p_balaev

Мои твиты

Tags:

p_balaev

Голова профессора Вангенгейма (сага о "соловецком расстреле") Часть 7.

 В середине июня лафа насчет общественной работы с тачкой заканчивается, голову вместе с туловищем профессора Ваненгейма переводят из лагеря в Соловецкую тюрьму, оттуда 18.06.34 года он пишет жене: «Сейчас же по приезде в Соловки был назначен на сельхозработы, работы в теплице, парниках и на огороде. 10- час. рабочий день с 6 час. утра до 4 ч. без перерыва и отдыха».
    Во-во, уже каторга начинается. 10 часов на огороде. Попить чаю некогда. Вот и началось строительство социализма. Но недолго он строился, уже 25.06.34: «Живу в камере с пятью другими. Живем мирно. Работа не трудная, так как я по здоровью признан третьей категории из четырех: 1, 2, 3 и инвалидов».
    Сгубила каторга «гордого ленинца», 14.07.34: «…На время ударных работ по озеленению я освобожден от дежурств сторожа…».
20.08.34: «30.07 был выходной день, вдвоем набрали грибов, наелись черники. Из грибов приготовили жаркое на масле, а потом кашу с рисом».
Я, лично вот здесь совсем не понял: это он в тюрьме сидел или в санатории?
  А в письме от 09 августа: «Пыталась ли ты попасть к Димитрову? Он только что пережил несправедливость. Он должен был бы чутко реагировать на мое положение».
    Тут я окончательно теряюсь. Я подозревал, что голова профессора Ваненгейма не очень умная, но после такого… Хитрожопый дурак в звании профессора! Несправедливость, которую пережил в то время Димитров – это знаменитый процесс в фашистской Германии над ним по поводу поджога рейхстага. Т.е., жена профессора должна была попасть на прием к Георгию Димитрову и ему сказать проникновенные слова: «Товарищ Димитров, вам как пережившему несправедливость со стороны фашистской диктатуры Гитлера, как никому должно быть понятно состояние человека, моего мужа Вангенгейма, страдающего от диктатуры Сталина?»
     01.09.34: «Я пока в лазарете. Руку лечу синим светом, врач не возлагает на него особых надежд, но я уверен, что поможет. Отдых и синий свет , надеюсь, восстановят всё быстро».
    Вы подумали, что чекисты сломали страдальцу руку или он, на своем посту сторожа повредил ее, отбивая народное добро у расхитителей? Как бы не так: «Сегодня получил разрешение на ежедневные души, думаю, что лечение укрепит нервы. Т.к., у меня только нервы». 1.10.34: «Я еще не знаю, на какой работе буду по выходе из лазарета. Как ни люблю я поле и воздух, но не хотел бы там работать, возраст (53 года!!! – авт.) и невралгия заставляют избегать простуды»
     Т.е., рука у него просто от нервов болела. Чекисты его за руку даже не трогали. Нет, конечно, невралгия… Вроде рука целая, а болит. Врач щупает руку, стучит молоточком – ничего понять не может:
- Где болит?
-Везде, доктор, болит.
-Больной. А вы не симулянт?
-Как вы могли подумать, доктор, такое?! Я ж профессор и старый большевик! С Лениным этой рукой здоровался!
- Ну, раз с Лениным…
  Письмо от 13 октября: «В моем состоянии перемен мало, но вчера приехал специалист-невропатолог, по впечатлению очень серьезный, он выслушал меня подробно и сказал, что сможет быстро восстановить здоровье, т.к. считает всё функциональным нарушением…».
    Я, пока дальше не прочитал текст письма, тоже подумал, что невропатолог был серьезным специалистом. Такие «функциональные нарушения» сегодня на наших демократических зонах у симулянтов от работы на свежем воздухе лечатся элементарно просто: удар дубинкой поперек спины и моментально проходят понос, золотуха, мигрень и прочие «функциональные нарушения», но в Соловецкой тюрьме особого назначения… «Продолжаю лечиться ванными, усиленным питанием, регулярным режимом».
     Привезли в лагерь еще одного невропатолога, письмо от 19 октября: «С рукой дело так: новый врач-невропатолог предполагает, что боли в руке обусловлены утомлением и от мелкой напряженной работы. Посоветовал мне абсолютный покой».
   В конце концов, с больной рукой страдальца выписали из лазарета. Так и не смогли от страданий избавить. Какой-то таинственный случай. Уже после выписки прибегли к последнему средству: «По четным числам с 12 ноября за исключением выходных дней подвергаюсь сеансам гипноза. Опытный врач лечит, но за три сеанса еще не смог привести даже в полусонное состояние. Обещает, что действие будет и без этого. Посмотрим дальше».
      «Посмотрим дальше» - сатрапы сталинские, хотели в гипнотический сон погрузить и проверить в таком состоянии, действительно ли рука болит? Накося – выкуси! Хрен вам, а не гипнотический сон! Не поддалась гипнотизеру голова профессора Ваненгейма!
    И это всё происходило в прославленной, как ад на земле, в самой страшной тюрьме Союза – Соловецкой тюрьме особого назначения. СТОН.
     Жаль, что нельзя сегодня задать вопрос Иосифу Виссарионовичу: «Товарищ Сталин, вы большой ученый, как в одной песне потом про вас пели, но так вот зверствовать над врагами народа зачем было? Может, как-нибудь по-мягче с ними нужно было, деликатнее, человечнее?».

Периодически, как и обещал, буду дублировать в постах сообщение о «Троцкизме»

Книга готова. Сейчас она на рассмотрении издательства, это процесс не быстрый, тем более и объем у нее весьма приличный получился. Пока я владелец рукописи и могу ею распоряжаться по собственному усмотрению. Поэтому всем желающим могу отправить рукопись "ТРОЦКИЗМА"  в электронном виде, в ворде,  пдф, fb2. От вас всего лишь требуется ваш адрес электронной почты, отправленный на мой имейл petr.balaev@mail.ru  и какой формат вам нужен.
     Ну и для тех, кто готов заплатить (пусть это будет рублей 500, объем книги очень приличный)  моя карточка Сбербанка 4276 0140 7841 4927.
     Те, кто по каким-то причинам заплатить не могут, книгу все-равно получат. Я ее отправлю всем желающим, по возможности. Только, товарищи, прошу запомнить: от вас мне нужен только адрес вашей электронной почты. Предварительной оплатой не занимайтесь, причин невозможности заплатить не пишите. Просто пришлите мне ваш имейл. И всё.