January 1st, 2020

Buy for 100 tokens
***
...

Арест генерала Кизлыка. Силовики, власть и деньги. (часть 12)

      … Просят написать о моей службе в таможне. Один юноша спрашивал совета, куда ему пойти служить, он мечтает стать оперативником.
Без проблем. Только давайте договоримся, что вы не будете считать меня кем-то навроде  гаишника из «Нашей Раши», который ломает ноги жене, потому что денег нет на зимние сапоги, а в гипсе ноги мерзнуть не будут.
- Петр Григорьевич, ситуация такая, мы покупаем у китайцев сапоги по 2 доллара и потом уже импортированные в России продаем по 3. Но у нас появились конкуренты, которые работают под крышей начальника таможенного управления и начальника оперативной таможни, они покупают у китайцев эти же сапоги за те же 2 доллара, но продают их в России за 2,5. А мы не можем сдавать по такой цене, она ниже рентабельности, со дня на день уйдем в минуса, у нас перебивают покупателей, закроемся, поувольняем людей.  Мы же декларируем сапоги и платим все таможенные платежи, а те – декларируют стекловату. Да еще нас долбят досмотрами, несем дополнительные расходы, а  у них – всё со свистом выпускается. Сам понимаешь, что не только наш бизнес страдает, но и ущерб государству наносится.  Решишь вопрос – в долгу не останемся.
-Да я Отечеству служу за зарплату. Давай информацию о конкурентах.
-Ну, да. Служи.
         В следующий раз я этого человека увидел только через несколько лет.
- Ты понял, почему у нас продолжения разговора не было?
-Конечно. Ты посчитал меня неадекватным.
-А ты был адекватным? Первый заместитель начальника таможни живет в халупе, купленной за 500 долларов, жена ездит в Китай «помогайкой», чтобы концы с концами свести, сотрудники у него Дошираком обедают, здесь ему предлагают деньги за то, чтобы он интересы государства соблюдал, когда само государство держит его в черном теле, а он: «За зарплату служу». Потом когда увидел, что объемы декларируемой «стекловаты» выросли вдвое, нахлобучил и нас, и наших конкурентов, получил войну и с начальником таможенного управления, и начальник оперативной таможни тебя гнобить начал. Только всё уже «за зарплату». Вот в чем был смысл?
-Это был период избавления от иллюзий.
- Избавился?
-От некоторых. От всех уже не избавишься…
            То, что я крышевал, если это можно так назвать, участников  внешнеэкономической деятельности, которые не имели возможности занести генералам за содействие голой контрабанде, и вынуждены были работать по закону, давя их, закрышеванных генералами, конкурентов – это глупо скрывать, потому что это, кажется, и так все знали.
          Но это вообще совсем не серьезные деньги. Да и не я, не мои сотрудники никогда у таких «клиентов» денег и не просили.  Мы не торговались.  Нередко даже не за деньги это делали, но это если «проситель» был нами завербован.
    По-другому, граждане, не бывает.  Если вы работаете оперативником  по  выявлению и пресечению  преступлений в экономической сфере, то нормальную оперативную информацию можете получить лишь от самих коммерсантов. Вербуются «на основе патриотизма» коммерсанты в наши дни очень плохо. У нас «на основе патриотизма» завербовать в стране, кажется, можно всего двух человек: самую известную медийную личность и его пресс-секретаря с усами.  У остальных насчет патриотизма как-то не очень. Но если к вам, молодому оперативнику, подойдет коммерсант с просьбой защитить его от конкурента, который побеждает благодаря тому, что уклоняется от уплаты налогов и поэтому его товар или услуги дешевле, да предложит вам вознаграждение, а вы, как я когда-то ответите: служу за зарплату, - то совершите непоправимую ошибку.  Дело не в том, что денег не получите. Черт с ними с деньгами. Дело в том, что проситель сразу будет подозревать два момента:

  1. Вы – неадекватный идиот, который не понимает в каком государстве он живет.

  2. Вы уже находитесь на содержании конкурента, поэтому отказались от денег, и сливать вам информацию о правонарушениях или преступлениях, совершаемых конкурентом –  это бросать бумеранг и под него подставлять свой лоб.


     А дальше от просителя пойдет информация по окружающему ландшафту, что с вами дело иметь бесполезно. И всё.  Показатели вашей оперативной работы станут болтаться в районе нуля. Не больше года. Дальше – увольнение по профнепригодности.
      Есть еще одна проблема. Вам же нужна санкция начальника на реализацию информации. А если начальник уже куплен конкурентом? А если начальник даже не куплен конкурентом, но, получив от вас информацию, вас самого в этой цепочке посчитает лишним звеном, захочет сам всё вознаграждение получить?
     А однажды одна спецслужба  завербовала  агента моего оперативника, как раз из той категории, которая  искала защиты от недобросовестной конкуренции. И потом этот перевербованный агент дал ему коробку, в которой находилась взятка. Он эту коробку взял, здесь же получил от здоровых мужиков в масках палкой по почкам, на него надели наручники, позвали понятых и следователя. Вскрыли под видеокамеру коробку и протоколировать дальше не стали – в коробке лежал пластилиновый муляж мужского полового органа.  А если бы у нас были хоть немного слабее оперативные позиции и в коробке лежали бы деньги?
       Вот за весь этот блудняк вы поимеете порядка нескольких тысяч долларов в год. И всё. Эта схема больших денег не предполагает.
     Если вы собираетесь идти на службу в правоохранительные органы с целью заработать нормально, то вам придется крышевать именно преступную деятельность –  за это платят хорошие  деньги.  Но и срок вы рискуете получить очень хороший.
      Еще на хорошие деньги сможете съездить позагорать на Мальдивы и  заработать там язву желудка или инфаркт, когда вам позвонят с Родины: «Пока ты там загораешь, у нас проблемы…».
       Мне, кстати, звонили. На Мальдивах я не был, но во время отпуска на просторах Родины получал звонки:
-У нас проблемы!
-И что? Вписались в блудняк? Так я вернусь – вам добавлю проблем. Спасибо, что сказали. Буду знать.
А знаете, почему в последнее время участились посадки оборотней? Думаете, это идет борьба с коррупцией?  Так вы не знаете, что такое – БЮДЖЕТ!
       Вы думаете, что бюджет – это народные деньги? Да, в том смысле, что они из кармана народа выгребаются. Как только они попадают на счета государства, так они перестают быть народными. Они передаются капиталистам разной степени размерности по уровню капитала. Здесь же начинается дикий, звериный дележ этих «народных денег» по частным карманам, в процессе разных тендеров и конкурсов. Даже деньги на оборону так делятся. И чем меньше «бюджетный пирог», а он уменьшается в периоды экономических кризисов, тем ожесточенней за него грызня, тем больше посадок.  Одни покупают губернаторов, мэров и министров, чтобы откусить кусок от бюджета, другие покупают и сотрудников полиции, чтобы откушенный кусок вырвать из глотки конкурента, посадив губернатора или мэра, третьи покупают услуги сотрудников ФСБ, чтобы уже весь пожеванный кусок еще раз вырвать, посадив сотрудников полиции. Четвертые покупают услуги других сотрудников ФСБ, чтобы получить хоть что-то, посадив коллег этих сотрудников ФСБ…
        Даже та часть бюджета, которая называется бюджетом  ФСБ, та ее часть, из которой зарплаты сотрудникам ФСБ выплачиваются – делится между банками, которые у нас все, фактически, являются частными.  Доходит это?
      Да, поступив на службу в правоохранительные органы, в любые другие органы государственной власти, вы вступите в ряды государевых людей. Но само государство принадлежит тем, кто владеет его землей, недрами, заводами и бюджетом.  Вот они ваши настоящие работодатели, которые нанимают вас на службу.
       И вы видите, что эти работодатели никогда не смогут окончательно поделить между собой всю собственность страны и бюджет. Они никогда не успокоятся. Во время экономического подъема их грызня будет немного утихать, во время кризисов – обостряться. Вас они будут использовать в качестве своих цепных псов во время этой грызни.  Будете участниками собачьих боев. Самими собаками. И над схваткой быть не получится. Некусачую собаку хозяин палкой со двора прогонит.
      Когда я пришел в таможню, процесс приватизации хозяевами страны силовых структур только начинался. Примерно к 2010 году, на моих глазах, он был, практически, завершен. Служба и раньше была не подарок, но я, по глупости, думал, что дело в моих личных отношениях с генералом Мурашко, думал, что сменю регион и что-то изменится. Изменилось. К худшему. Зато пришло осознание и знание.
    Нужно понимать, что вы не в КГБ или ОБХСС идете служить. Хотя, даже там еще с 50-х годов начинались такие же приколы. Но тогда они были редкими эпизодами, тогда еще бюджет не распихивался по частным карманам.
     Так что думайте, выбирая профессию. Когда попадете в органы, то самое частое, что будете слышать от своих коллег в минуты откровенности: «На хера я сюда пошел?!»…

Арест генерала Кизлыка. Силовики, власть и деньги. (часть 13)

… К слову, адекватные люди понимают, почему силовики с таким удовольствием прессуют тусовку Навального на митингах.  Но их еще сдерживают очень сильно. Дай им волю, они бы господина Навального и его приближенных на куски разорвали бы. Дело в том, что Навальный не предлагает поменять государство, гипотетический приход его к власти приведет только к смене владельцев государства, т.е. начнется новый передел собственности и бюджета, новая и еще более ожесточенная грызня за эти куски.  Так лучше превентивно навальнят порвать, чем потом еще свирепей рвать друг другу глотки по приказам новых хозяев.
     Давайте, конкретно про мою службу.  Попал я в таможню случайно, как и многие. Середина 90-х, мы не задумывались тогда, куда идти работать – туда, где зарплату платят.  Сначала старшим инспектором в отдел по борьбе с контрабандой наркотиков, попутно исполняя обязанности кинолога.  Потом был период  реформирования в таможне, инспекторские звания упразднялись, вводились воинские, старые отделы правоохранительного блока ликвидировались, вместо них создавались оперативно-розыскные отделы, на время реорганизации  сотрудники выводились за штат.
       Меня вообще должны были уволить по  реорганизации,  у меня волосатой руки не было.  Уже уведомили меня, что в создаваемый вместо ликвидированных ОБКН и ОБЭТП (отдел по борьбе с экономическими таможенными правонарушениями)  оперативно-розыскной отдел меня не возьмут. Начальником ОРО был назначен бывший водитель начальника таможни, еще только обучавшийся на юридическом факультете таможенной академики, он туда набрал своих друзей, вместо меня тоже кого-то планировал.
       Но друзья-друзьями, только вести переписку, делопроизводство и отчеты делать тоже кому-то было надо. И это нужно было уметь делать. В ОБКН мы это делали с Леной Феоктистовой, она МГУ закончила, химик по образованию.  Мы умели это делать. Лену в отдел брали, ее муж служил в местном отделе ФСБ.
     Но Ленка одна всё тянуть не собиралась:
- Секретку я на себя возьму, а все несекретное – сами, парни.
        Не успел начальник таможни обучить своего водителя науке делопроизводства, парни попробовали-попробовали, их поругали-поругали за то, что у них получалось, и решили парни все-таки меня в отдел взять.
      Так я стал старшим оперуполномоченным оперативно-розыскного отдела.  Отдел был, только еще мы оперативно-розыскной деятельностью не занимались, еще только планировалось таможне это право дать. Примерно через год дали. К тому времени начальник отдела ушел в Уссурийскую таможню, его заместитель, бывший десантник, стал начальником. Ну и вскорости первая проверка из ДВОТ приехала.  Во главе с начальником ОБЭТП ДВОТ (там оперативно-розыскному отделу, занимавшимся экономическими преступлениями, дали такое название) Николаем Семеновичем Череватенко. Проверили. У меня оказалось всё очень плохо. Ни одного агента, никаких дел оперучета, так, всякая ерунда только. Увольнять надо было.
        В курилке стою курю, подходит помощник начальника таможни Виктор Иванович Понкратов, командированный из ФСБ майор:
-Что такой хмурый?
-Да уволиться предложили. Хреново всё у меня, проверку не сдал.
-В каком смысле хреново?
-Да ничего нет, ни агентов, ни дел оперучета.
-У одного тебя нет? А у других есть? Вы же всего месяца три оперативно-розыскной деятельностью занимаетесь, ни у кого ничего не должно быть еще.
-Так ни у кого и нет.
-Ну, понятно…
        Дело в том, что Понкратов был родом из Хороля, моим земляком, да еще мой сельхозинститут закончил, только факультет гидромелиорации, мы приятельствовали, общались часто. Так эти кадры решили, что им в отделе глаза и уши ФСБ не нужны.
    Виктор Иванович – человек тупо и прямо принципиальный. Он пошел к начальнику таможни:
-Если Балаева после этой проверки уволят – я вам здесь устрою тарарам. Совсем края потеряли?
       Меня вызвали начальник отдела с проверяющим:
-Петр Григорьевич, ну не тянешь ты оперское дело, согласись. Только время теряешь. Мы пока решение принимать не будем, дадим тебе полгода. Но смысла нет. Решай сам.
      Т.е., уже прямо меня уволить опасались, решили вынудить самому уйти, по собственному.
ЩАС! Разбежался! Ждите и радуйтесь.
           Не прошло и полгода, как нагрянула в регион московская проверка по линии ОРД, в нашу таможню тоже.  У меня уже всё было: и агенты, и дела оперучета. И у Ленки Феоктистовой всё было. У остальных – ничего.
     Подведение итогов проверки, председатель комиссии, бывший полковник контрразведки озвучивает результаты:
-Елене Сергеевне Феоктистовой я предлагаю переходить ко мне в отдел, в Москву, на должность оперуполномоченного по особо важным делам. Я понимаю, что у нее муж служит в ФСБ и советует по работе, но…  я хочу Вас, Елена Сергеевна, видеть у себя в отделе. Балаев… Петр Григорьевич, вы, кажется, пока еще даже не можете осознать, чем занимаетесь. Понимаете, о чем я говорю?
-Нет, товарищ полковник. Если я пока не до конца разбираюсь в ОРД…
-Я не об этом. Вы, фактически, внедрили в преступную группировку агента. Только оформили это немного не так, но оформление – дело поправимое. И, судя по вашим непонимающим глазам, не осознаете степень сложности комплекса мероприятий, который вы провели. Такое делают только оперативники с 10-летним стажем и то единицы среди них.
-Ну, простите, товарищ полковник, я-то этого не знал, а то бы боялся делать.
- Так, будем считать, что отдел проверку успешно сдал. Только благодаря Феоктистовой и Балаеву. Остальные – ноль. Начальник отдела, тебе тоже нужно не только  руководить, но и самому иметь и агентов, и дела оперучета в производстве…
      Агент у начальника ОРО скоро появился. В таможню пришел старик  с девахой слегка алкашистого вида. К начальнику ОРО приперлись, старик начал ему излагать фрагменты своей биографии:
-Я старый агент милиции, пограничников и кгбэшников. Слушай меня, парень, бери в агенты мою внучку, она «помогайкой» ездит в Китай, тебе пригодится, не пожалеешь.
       Серега, начальник ОРО, обрадовался. Вау! Круто! Беру! Обратился ко мне:
-Григорьич, сделай документы на ее вербовку, а то у меня времени нет.
-Серега, да хрен тебе нужна эта доярка? Они же на бухло пришли выпрашивать.
-Да какая разница?! Для отчета пойдет.
- Ну, смотри. Дело твое.
             Это был первый и последний агент Сереги. Дальше у него поперла карьера, пошли должности, на которых можно было руководить оперативно-розыскной деятельностью, не имея агентуры. Вплоть до заместителя начальника ГУБК.
      Нет, вы не думайте, что Серега был полным бараном в этом деле. Все-таки с нами несколько лет тёрся и представление о «процессе» имел. Были генералы гораздо хуже. Те даже доярок не вербовали. Да и мужиком он был неплохим…