January 11th, 2020

Buy for 100 tokens
***
...

Арест генерала Кизлыка. Силовики, власть и деньги. (часть 28)

… Подведение итогов работы правоохранительных подразделений таможен региона за 2005 год. Первое подведение у меня в должности заместителя начальника Владивостокской таможни. Актовый зал ДВОТ, собрались заместители начальников таможен и начальники отделов всего Дальнего Востока. Доходит очередь до меня, выхожу к трибуне:
- Хотя в 2005 году нами было возбуждено 12 уголовных дел, что по сравнению с 2004 (4 уголовных дела) в три раза больше, результаты работы правоохранительных подразделений Владивостокской таможни не соответствуют сложившейся в регионе ее ответственности оперативной обстановке…
Из президиума совещания голос Мурашко:
-12 уголовных дел для Владивостока – это мало. Каковы причины такой слабой работы?
-Для работы нужны подготовленные люди. У меня из 15 человек оперативного состава стаж больше трех лет имеют 3 человека, остальные, почти все – от года до двух, еще, фактически, стажеры. Даже из трех человек с соответствующим стажем, двое работают у меня менее года, они элементарно не успели за это время приобрести необходимые оперативные позиции. Кто мне будет давать уголовные дела? Больше половины из 12 уголовных дел – из реализованных моих личных материалов.
     Тут встревает еще Валентин Георгиевич Рябов, ставший к тому времени вместо Волгина заместителем начальника ДВОТ:
-Если у вас люди неспособны работать – увольняйте, набирайте способных.
-Уже до меня доувольнялись. В таможне была принята непонятная мне практика увольнять людей, которые начинали ориентироваться в оперативной обстановке и вместо них набирать молодежь.  Годовая текучка в оперативных подразделениях была больше 50%. Теперь вы требуете, чтобы я за 7 месяцев моего нахождения в должности выдал результат, устраивающий вас.
      Практика увольнять начинающих приобретать опыт оперов мне, вообще-то, была понятна. Это происходило не только во Владивостокской таможне, и не только в таможенных органах. И не только в те годы. Когда начальство крышует всё подряд, ему опытные опера только мешают.
       После совещания ко мне подходили заместители начальников других таможен:
-Григорьич, чего они до тебя докопались? За 7 месяцев ты показатели в три раза увеличил – и мало?!
       За следующий, 2006 год, Владивостокская таможня уже дала 27 уголовных дел, а в первом квартале 2007-го – 15. Но во втором квартале – 0. Потому что из Владивостокской таможни оперативные подразделения (оперативно-розыскной отдел, отдел по борьбе с контрабандой наркотиков и оперативно-аналитическое отделение) были переведены в ДВОТ.
     Дело  том, что показатели самой оперативной таможни в это же время начали валиться вниз. Доработались. Начальника ДВОТ стали сношать из ГУБК за снижение показателей, и Мурашко принял гениальное решение повысить их, переведя к себе моих оперативников. Я об этом решении узнал, когда на меня вышли из ГУБК и сказали перезвонить Завражному. Игорь Антонович мне и сообщил, что у него на рассмотрении находится это предложение ДВОТ о реорганизации, спросил у меня, что, на самом деле, послужило поводом для этого.  Я даже растерялся:
-Игорь Антонович, ничего даже сказать не могу. Я от вас это впервые слышу, сам ошарашен. Мы выходим на нормальный уровень работы и тут такая ерунда.
-А ты съезди к Мурашко и спроси у него, завтра перезвони мне, расскажи, что он тебе ответит.
     Я съездил:
-Сергей Николаевич, я узнал, что у меня оперов забирают в ДВОТ. С чем это связано?
-Тебе нельзя оперов оставлять, иначе тебя посадят.
      Офигеть! Передал это Завражному, тот стал смеяться:
-Понятно всё. Он хочет за счет твоих оперов перекрыть снижающиеся показатели ДВОТ. Ну, пусть помечтает. Как только они к нему перейдут, я откорректирую ему показатели. Ты только ему об этом не говори. Сам-то как к этой реорганизации относишься?
-А как я могу относиться к тому, что  у меня работы в два раза меньше будет? Только с радостью.
-Ну и хорошо. А он у меня попрыгает.
     Прошло примерно два месяца после реорганизации. Я балдел: рабочий день в 18-00 заканчивается, все субботы и воскресенья – мои. Кайф! Тем, кто привык к нормированной пятидневке трудно объяснить, какое это счастье. Жаль, что оно недолго у меня длилось. В один прекрасный день звонит Мурашко:
-Ты там не устал еще бездельничать?
-Нет, только во вкус вхожу.
-Не входи. Переделывай свою должностную инструкцию, вписывай в нее пункт – руководство ОРО-2 (такое название было дано новому отделу ДВОТ, сформированному из моих оперов).
-Мне вписывать в должностную инструкцию руководство отделом, находящимся в штате вышестоящего таможенного органа?
-Да.
-Так это в управлении согласовывать нужно.
-Согласовывай, я им письмо отправлю.
     Вы тогда, Сергей Николаевич, эпически обосрались. Если во время переводов моих отделов в ДВОТ кто-то еще говорил, что я не справился с оперативной работой, поэтому меня так ущемили, то после того, как моя новая должностная инструкция пошла на согласование, в ГУБК, в ДВТУ, во Владивостокской таможне и в самом ДВОТ народ стал глумиться: забрали у Балаева оперов и обгадились.
       Я был единственным заместителем начальника таможни в системе, который руководил еще и подразделением вышестоящего таможенного органа. Феномен, созданный самим Мурашко.
       Он же думал, что у меня есть начальник ОРО. Был на должности начальника крендель, которого он мне дал вместо Исаченко, которого я уволить хотел. Игорь Сазонов. По пьянке Сазонов сам мне проболтался, что приставлен ко мне для информирования руководства о моих безобразиях.  Наверно, очень на него руководство надеялось в этом плане. Только он не оправдал доверия, безобразий у него выявлять не получалось, получалось только от огорчения пить почти по-черному после работы, а иногда еще и в рабочее время. Он и так по своим качествам для руководства отделом был неспособен, так еще и водочка добавилась. Отделом же руководил я напрямую.  Когда мои оперативники оказались в ДВОТ всё и вскрылось. Показатели полетели вниз. У Мурашко не было другого выхода, кроме как позориться, приказав мне взять отдел ДВОТ под себя.
       Теперь мой рабочий день выглядел так: до обеда у себя во Владивостокской таможне, после обеда – в ДВОТ до 17 часов. Потом опять – во Владивостокской таможне. И после 18-ти часов – снова в ДВОТ до упора. Охренеть какой «удобный» график был…


Арест генерала Кизлыка. Силовики, власть и деньги. (часть 29)

    …Да, просили же еще про Эрнеста Бахшецяна, начальника Дальневосточного таможенного управления, который залетел на пять лет (если точно помню) за превышение должностных полномочий.  Эрнест до суда, пока был под следствием, во время суда и после, визжал, как резанный, что его засадил Мурашко, которому он мешал крышевать контрабанду.
      То, что его засадил Мурашко – правда. Точнее, половина правды. Мурашко в этом участвовал, но главной фигурой в игре был Игорь Литвинов, начальник ССБ ДВТУ, подчиненный этого же Бахшецяна.
        Как бы я не относился к Мурашко, но Бахшецян – это было вообще нечто.
        К слову, Мурашко вполне серьезно подозревал, что я играю на стороне Бахшецяна. Он и сам у меня напрямую спрашивал: «Какие у тебя отношения с Бахшецяном?». И Игорь Иванович Литвинов меня предупреждал, что Мурашко считает, будто я человек Бахшецяна.
      При этом я никогда с Бахшецяном лично не встречался и лично с ним не разговаривал, просто на всех совещания, касаемых вопросов правоохранения, Эрнест Анзорович, как заведенный твердил: «Балаев-Балаев-Балаев… Надо работать, как Балаев».  Но это было связано с тем, что у меня в те годы были самые крупные задержания товарной контрабанды в регионе.
     Да еще у меня были хорошие отношения с начальником Владивостокской таможни Косолаповым, прямым ставленником Бахшецяна. А я что, их специально портить должен был, если Косолапов сам относился ко мне с трепетом и нежностью? Начальники таможен собирают же информацию о своих заместителях. Собирал и Косолапов. Он знал, что со мной отношения лучше не портить.  Почти сразу после моего назначения, он меня пригласил к себе домой выпить и поговорить, спросил:
-Я о тебе кое-что собрал. Как мы с тобой работать будем?
-За рамки не выскакивай и будем работать дружно. Чем смогу – буду помогать. Потеряешь берега – пожалеешь.
-Меня это устраивает. Будем работать.
        Вполне вменяемым мужиком был.
         А вот его шеф Эрнест словил звезду. Он до ДВТУ был в Перми начальником таможенного поста, потом начальником Холмского поста Сахалинской таможни, первым заместителем начальника Восточно-Сибирского таможенного управления и представителем Государственного таможенного Комитета в Казахстане.
      Когда ГТК был реорганизован в Федеральную Таможенную Службу и эта служба была включена в состав Министерства экономического развития и торговли (не надолго, потом ФТС перешла напрямую в подчинение премьер-министру), которое в те годы возглавлял Греф, Бахшецяна выдернули из Казахстана, назначили начальником ДВТУ.  Бахшецян козырял, что он человек Грефа. И решил, что с такой «звездой» он почти Солнце.
     Причем, сначала отношения Бахи и Мурашко были почти дружественными. Но недолго. Новый начальник ДВТУ начал передел грузопотоков, задел интересы Мурашко. Разгавкались. Ресурс Бахи в виде Грефа позволял ему Мурашко задавить, уже вставал вопрос о пребывании Сергея Николаевича в должности заместителя начальника ДВТУ – начальника ДВОТ. Бахшецян решил, что игра сделана и можно «похозяйничать».
     На одном из утренних совещаний у начальника Владивостокской таможни, Косолапов доводил до заместителей новые приказы начальника ДВТУ. Читает приказ Бахшецяна, в котором говорилось, что если импортеры стройматериалов, декларируют стройматериалы так, что таможенные платежи с одного 40-футового контейнера составляют 12 тысяч долларов и выше (я пишу сумму примерно, точно уже не помню), то эти контейнера не подлежат мерам таможенного контроля и должны выпускаться в свободное обращение в приоритетном порядке.
        У присутствовавших на совещании глаза на лоб полезли. После его окончания Косолапов позвал меня покурить:
-Что думаешь?
-Думаю, что тебе нужно  ехать к шефу и объяснить ему, что он дурак. Приказ нужно срочно отменять.
-Он меня не слушает. Считает, что с Грефом ему ничего не страшно.
-Тогда готовься к смене места работы и жительства.
-Хорошо, что семью не успел из Новосибирска перевезти (Косолапов до Владивостока был начальником Кольцовской таможни).
     Буквально через пару недель после выхода того приказа Бахшецяна в Находкинской таможне после выпуска в свободное обращение сотрудники ДВОТ и ФСБ задерживают несколько десятков контейнеров, в которых были задекларированы стройматериалы с платежами по 12 тысяч долларов с контейнера. Контейнера, согласно приказа начальника ДВТУ, таможенному контролю в виде таможенного досмотра не подвергались.  В них после задержания стройматериалов найдено не было, в них были одежда и обувь, таможенные платежи должны были составлять порядка 60-80 тысяч долларов с контейнера.
     Здесь же начальник ССБ ДВТУ Литвинов пишет рапорт об обнаружении признаков преступления в виде превышения должностных полномочий со стороны Бахшецяна, действия которого привели к появлению канала контрабанды. Всё абсолютно законно и обосновано.
     Баха на суде орал, что это Мурашко и Литвинов его подставили (Мурашко со стороны обвинения был свидетелем), что этот канал контрабанды был их… Орать было поздно, нужно было раньше головой думать, а не другим местом, на которое звезда упала. И Греф не помог, тот сразу заявил:
-Моё дело – сторона, пусть суд разбирается…