September 5th, 2021

Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки.

  31 октября 1925 года совершенно неожиданно для всех после операции на желудке умер Михаил Васильевич Фрунзе, Председатель Реввоенсовета СССР, нарком по военным и морским делам СССР.  Тема и замысел этой книги не предусматривают разбирательства с версиями смерти Фрунзе, мы и не будем заострять внимание на этой детективной, в полном смысле слова, истории. Отбросим врачебную историю в сторону. Главное, если бы Михаил Васильевич так не вовремя не умер, то, гарантируем, оценка его, как военного деятеля, в нашей историографии стала бы почти полной копией оценке Климента Ефремовича Ворошилова, его друга еще со времени съезда РСДРП (б) в Стокгольме.
     Они и были друг с другом очень похожи, эти два выдающихся революционера, их биографии даже очень схожи.  Единственное, если Ворошилова обзывали слесарем, не получившим военного образования, то на Фрунзе приклеили бы ярлык студента-недоучки, возомнившего себя полководцем и военным теоретиком. Благо, несвоевременная смерть позволила отделить Фрунзе от Ворошилова, даже поставить его в оппозицию к Сталину, поэтому вся советская историография с 1956 года в отношении Михаила Васильевича – одни панегерики. Особые похвалы Фрунзе в этой историографии хрущевско-брежневского розлива удостаивался, как автор программной статьи «Единая военная доктрина и Красная армия». Хвалили взахлёб. Цитировали к месту и не к месту. Выборочно. И до сих пор современные российские военные историки то ли найти не в состоянии полный текст этой статьи, то ли, скорей всего, боятся даже открывать ее, потому что сразу придется отнести на помойку все их труды о том, как Красная Армия готовилась к войне и какой нашему военному и политическому руководству виделась будущая война.  Это обычная, академическая, если так можно выразиться, практика нашей историографии – из источников выбирать удобные для концепций места, а неудобные замалчивать. Результатом такой академической практики может быть только то, само собой, что царит в нашей историографии – полнейший антинаучный ревизионизм. Именно то, что предписано Никитой Сергеевичем в его секретном докладе. А мы с вами сейчас посмотрим, что именно из Фрунзе неудобно нашим военным историкам.
     Михаил Васильевич в статье, касаясь военных доктрин основных сторон, принимавших участие в Первой мировой войне, выделяет доктрину германской армии, как передовую, наступательную, выражающею агрессивность, стремление к экспансии, завоеванию колоний правящего класса Германии. Немцы сознательно и целенаправленно готовились к будущей войне, как к войне завоевательной, подчинив этой цели вопросы военного строительства. В итоге, они вступили в войну, имея самую сильную армию. Доктрина французов была обусловлена трусливой жадностью французского империализма: «В своих спорах с конкурентами из-за добычи ей недоставало той откровенной наглости и самоуверенности, которой отличалась германская правящая клика… Этот оппортунистический, неуверенный в себе, в своих силах, чуждый активности дух французской буржуазии, стоявшей у руля правления, определял собой и общий характер французской военной политики. Несмотря на наличие во французской армии богатейших военных традиций, начиная с великого Тюреня и кончая Наполеоном, несмотря на данные ими блестящие образцы военного искусства в духе смелой нападательной стратегии, - и тактика, военная доктрина армии III республики далеко уступала германской. Ее отличало чувство неуверенности в своих силах, отсутствие широких наступательных планов, неспособность искать смело решения боем, стремясь навязать свою волю противнику и не считаясь с волей последнего. В своем положительном содержании сущность доктрины, на которой воспитывалась французская армия последней эпохи, заключалась в стремлении разгадать план противника, заняв до этого выжидательное положение, и лишь по выяснении обстоятельств искать решения в общем наступлении. Таковы были существенные черты французской военной доктрины, наложившей свой отпечаток на весь облик французской армии в минувшую войну, особенно в первый маневренный ее период».
     Английская военная доктрина имела в своей основе упор на морские силы, действиям сухопутных армий англичане отводили второстепенное место.
    Россия специально разработанной военной доктрины не имела, тем не менее, Фрунзе определяет ее как существующую, хотя и неоформленную: «доктрина, хотя и неоформленная царской армией, все-таки была, и хотя ничего положительного собой не представляла, все же и на этом отрицательном примере видна теснейшая связь учения о войне с общим укладом жизни.
Политическая сторона этой доктрины сводилась к триединой идее православия, самодержавия и народности, вбивавшейся в головы молодых солдат на уроках знаменитой словесности. Что же касается военно-технической части ее, то она в наших руководящих наставлениях являлась простым позаимствованием у иностранных оригиналов большей части в отсталом и ухудшенном издании, но и в этом своем виде доктрина являлась детищем наших немногочисленных военных теоретиков, оставаясь чуждой не только всей массе рядового командного состава армии, но и ее высшим руководителям. Здесь ярко сказывалось все беспримерное убожество, внутренняя гнилость и дряблость царской России последних времен. В самом деле, армия всегда была предметом особого попечения царей, и тем не менее эта самая армия в их руках оказалась никуда не годной силой».
       Фрунзе определяет, что военного столкновения с империалистическим окружением  не удастся избежать   в любом случае, война обязательно придет к границам Советского государства, будет войной масштабной, военные действия будут происходить на обширном театре. Это положение из его статьи цитируют. А вот как они будут происходить, на что может рассчитывать Красная Армия и к какой войне она должна готовиться… Сейчас для всех, интересующихся военной историей, особенно Великой Отечественной войны, будет сюрприз. Первый сюрприз в этой книге. Вы этого не найдете ни у одного военного историка – всё, что происходило на фронтах Великой отечественной войны было предсказано еще в 1921 году и Красная Армия готовилась к войне и  с 1941 года действовала по плану, представленному в общих чертах М.В.Фрунзе в статье «Военная доктрина и Красная армия». Удивились?
    Начинаем читать у Михаила Васильевича то, что «проглядели» историки:
«Анализируя вероятную обстановку наших грядущих военных столкновений, мы заранее можем предвидеть, что в техническом отношении мы, несомненно, будем ниже наших противников. Обстоятельство это имеет для нас чрезвычайно серьезное значение, и мы, помимо напряжения всех сил и средств для достижения технического совершенства, должны искать пути, могущие, хотя до известной степени, уравновесить эту, невыгодную для нас, сторону».
          На 20-м съезде Хрущев заявил, что наша промышленность имела все возможности обеспечить нашу армию всем необходимым, чтобы остановить врага на границе, только Сталин думал, что с Гитлером миром всё решить можно и не приложил достаточных усилий для вооружения армии. В 1921 году Фрунзе еще не знал, что Сталин будет верить Гитлеру. Зато он знал, если Советское государство встанет на путь милитаризма, начнет клепать танки и пушки вместо масла, то такая политика только приблизит войну и она начнется еще раньше, только СССР будет не защищающейся от агрессии стороной, а стороной подготавливающей агрессию, получившей справедливый превентивный удар. Пусть Резун и Солонин скушают чего-нибудь от диареи. Их опровергает сам Фрунзе в статье, написанной за 20 лет до Великой Отечественной войны.
      Дальше еще интереснее – пути, которые позволяют уравновесить техническое превосходство противника: «Некоторые из них имеются. Первым и важнейшим является подготовка нашей армии к выполнению маневренных операций крупного масштаба».
     Прочитали. Что вы предполагаете под этими маневренными операциями? Наступление от Бреста до Варшавы 22 июня 1941 года? Как бы не так:
«Размеры наших территорий, возможность отступить на значительное расстояние, не лишаясь способности к продолжению борьбы и прочее, представляют благоприятную почву для организации маневров стратегического характера, т.е. вне поля боя».
       Отступление? На значительное расстояние? Конечно, а как вы хотели встретить войну с милитаризованным противником, заранее готовившимся к агрессии? Шапками на границе закидать танки Гудериана? Поражение наших войск в приграничном сражении, как нам описывают начало войны всякие Леши Исаевы… Гражданин Исаев, вам товарищ Фрунзе советует постучать головой по дереву. Слышите стук деревяшки о деревяшку?
    И дальше у Михаила Васильевича: «Второе средство борьбы с техническими преимуществами армии противника мы видим в подготовке ведения партизанской войны на территориях возможных театров военных действий. Если государство уделит этому делу достаточно серьезное внимание, если подготовка этой "малой войны" будет производиться систематически и планомерно, то этим путем можно создать для армии противника такую обстановку, при которой, несмотря на все свои технические преимущества, они окажутся бессильными, пред сравнительно плохо вооруженным, но инициативным, смелым и решительным противником».
    Согласитесь, иногда очень полезно читать некоторые первоисточники самому, а не интерпретациях историков. Картинка получается почти обратной тому, что историки рисуют, используя методы интерпретаций. Про партизанское движение сам Михаил Васильевич добавляет: «Но обязательным условием плодотворности этой идеи "малой войны" является заблаговременная разработка плана ее и создание всех данных, обеспечивающих успех ее широкого развития. Поэтому одной из задач нашего генерального штаба должна стать разработка идеи "малой войны" в ее применении к нашим будущим войнам с противником, технически стоящим выше нас».
         Готовился СССР к ведению партизанской войны до нападения немцев? Готовился. Мемуары нашего самого прославленного партизана Ковпака вам в помощь – базы снабжения для партизан еще до войны были созданы. И кадры до войны готовились.
      Удивительно, правда? Оказывается еще в 1921 году первый теоретик в Красной армии в первой же своей теоретической статье описал то, как у нас проходило начало войны с гитлеровцами.
      Да еще принято противопоставлять военному самородку Фрунзе лошадников Ворошилова и Буденного. Ну-ну. «В связи с тем же маневренным характером наших будущих операций стоит вопрос о пересмотре, под этим углом зрения, роли и значения в современном бою кавалерии. Позиционный характер минувшей империалистической войны в умах многих создал представление о том, что стратегическая конница, как самостоятельная активная сила, особой роли играть уже не может и должна отойти на второстепенное место.
Правда, опыт гражданской войны вновь дал блестящие образцы самостоятельных действий конницы как с нашей стороны, так и со стороны нашего противника и вернул ей былое значение, но известно, что опыт только гражданской войны не всеми считается достаточно убедительным, а поэтому вопрос еще далеко не может считаться ясным для всех.
По нашему глубокому убеждению, в будущих операциях Красной коннице будет принадлежать чрезвычайно важная роль, а по сему забота о ее подготовке и развитии должна явиться одной из первейших наших зада».
        Согласитесь, я имею полное право утверждать, что если бы Михаил Васильевич так трагически и несвоевременно не умер, то его имя, как и имя Ворошилова, историки смешали бы с конским навозом…

Огромная благодарность всем за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582


Buy for 100 tokens
***
...

Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.2

      …Вообще, история человечества – штука скучнейшая в плане ее научного изучения, если ее рассматривать через призму реальной мотивации поступков действующих в истории исторических персонажей. История истории исторических... Если отбросить фантазии ученых мужей насчет того, что стояло за конкретными решениями и поступками конкретных людей, то и диссертации писать не о чем было бы разным паразитам на бюджете, выделяемом на научные исследования. Паразитировать на бюджете им позволяет только одно – их фантастические представления о мире о и людях в этом мире. Сознательное это искажение реальности или это так мир отражается в головах профессиональных историков  - большого значения не имеет. У значительного числа – сознательное. По заказу сильных мира сего, тех, кто им выделяет гранты на их «научную» деятельность. Поэтому у нас даже школьные учебники истории приобрели вид сочинений шизофренников, у которых все главные действующие лица в истории ведут себя, как совершенные безумцы.  Например, либералы, как их называют, свергнувшие царя. Да-да, подняв для свержения рабочее восстание в Петрограде. Безумцы, выстрелившие себе в ногу. Даже не выстрелившие, а севшие на ящик с динамитом и поджегшие своими руками фитиль.
        Подняли рабочее восстание, если следовать логике принятой у нас официально концепции о свержении царя либералами, владельцы фабрик и заводов. Это вам для полного осознания того, что у нас в исторической науке происходит.
       Еще в «Анти-Стариков-1. Почему история все-таки наука» написано, чего хотели либералы, организовав заговор против Николая Второго. Заговор был на самом деле. Но он был ликвидирован министром внутренних дел Протопоповым, который за его ликвидацию получил свою порцию «комплиментов». Доходило до того, что Протопопова даже сифилитиком обзывали. Никакого свержения царя либералы не хотели, у них была цель вынудить Николая пойти если не на урезание самодержавия до конституционной монархии, то, хотя бы, на формирование «ответственного правительства», которое могло бы в кратчайшее время завершить войну победой над Германией и ее союзниками.
       В «Анти-Старикове-1» прямо написано, что Николай Второй и его правительство сознательно затягивали войну. Приведены и доказательства этого, в том числе история со «снарядным голодом». По свидетельству начальника ГАУ Маниковского к моменту наступления «голода» было израсходовано всего 30% довоенного запаса снарядов.
     Да, русская армия образца 1914-1917 годов  была той еще армией. Брусилов не даст соврать, который четко написал, что если бы Франция выбыла из войны, то Россия тут же войну проиграла бы. Не могла русская армия в одиночку противостоять Тройственному союзу, даже обладая подавляющим преимуществом в людских ресурсах. Но Россия не была же игроком-одиночкой в той игре. Потенциал одной Франции не уступал германскому. Еще Великобританию добавьте. Во всяком случае, Австро-Венгрию русская армия имела все возможности выключить из игры, и Брусилов почти сделал это, но его тут же притормозили, лишив резервов. А без Австро-Венгрии судьба самой Германии повисла бы на волоске.
        Критики «Анти-Старикова-1» писали, что там какая-то абсолютно безумная версия о затягивании царем войны. Ну да. Если самого Николая Кровавого и всё его правительство считать пациентами дурдома – версия безумная. Уважаемые критики, скажите, зачем нашему царю нужно было спешить с победой над супостатом, если еще не были достигнуты договоренности с союзниками насчет послевоенного раздела мира? Знаете, когда были подписаны тайные соглашения с союзниками насчет Проливов и всего остального? Те соглашения, которые потом обнародовали большевики. В конце 1916 года. Только с конца 1916 года были созданы внешнеполитические условия для победоносного завершения войны с Германией. А можно было еще в 1915 году путем сверхусилий, уложив на фронте дополнительно сотни тысяч человек, надорвав в сверхусилии экономику, опрокинуть австро-германский фронт и прийти к столу переговоров с союзниками, имея за спиной обескровленную армию и коллапсирующую экономику. А союзники в 1915 году – еще свеженькие. Еще не те, какими они стали к 1917 году, согласные уже и на Проливы…      

Огромная благодарность всем за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582