p_balaev (p_balaev) wrote,
p_balaev
p_balaev

Ворошилов . (из черновика книги).

        Мемуары Л.Д.Троцкого   читать  и использовать  нужно именно для его же разоблачения и борьбы … с троцкизмом. Чтиво занимательное.  Фигура «льва революции» как раз в его же литературном творчестве вырисовывается очень занимательная.
        Почти в каждом коллективе есть такой «троцкий».  Задвинутый и обиженный недоверием руководства по причине полной профессиональной непригодности  «обиженный», если точнее – «опущенный».  Зэковский жаргон точнее в этом случае.   В курилке, совмещенной с санузлом, такой «лев революции» постоянно плачется, что его начальство не слушает, делает по-своему, «напорит косяков», а потом приходится исправлять по плану «революционера» , как он сразу и предлагал.  А могли бы сразу всё по-человечески…
      Именно так описывал Троцкий своё участие в создании Красной Армии и в Гражданской войне.
В моей жизни, в главе «Военно-стратегические разногласия», Лев Давыдович сразу  берет «быка за рога» :  «На этих страницах я не излагаю ни истории Красной Армии, ни истории ее боев».
     Естественно, ему неудобно рассказывать об истории Красной Армии, создателем которой его сделали крикливые соратники,  потому что там рассказывать нечего в свете его роли. Дураку дали поезд и отправили в качестве солиста агитбригады по фронтам.
        Зато он откровенно, по причине глупости, признаётся, что «Было четыре случая стратегических разногласий, которые захватили Центральный Комитет; иначе сказать, разногласий было столько, сколько было главных фронтов. Я здесь могу сказать об этих разногласиях только самым кратким образом, чтобы ввести читателя в существо проблем, стоявших перед военным руководством, и вместе с тем отбросить мимоходом позднейшие измышления на мой счет».
         Т.е. по всем стратегическим вопросам получались с его мнением разногласия. А если быть точнее, то Лёву просто посылали в баню с его «гениальными» планами. А потом в мемуарах Троцкий жаловался, что сначала его никто не слушал, а потом делали именно так, как он с самого начала и советовал, только уже имени не упоминали.
      Когда во время  начала борьбы с троцкизмом, Партия начала разбираться с ролью товарища Троцкого во время войны,  парируя   крики  его сторонников, что «демон»  создал Красную Армию и фронтами умело и отважно руководил,  то оказалось, что фактов реальной работы  этого «полководца»  было катастрофически мало для обоснования выдающейся  роли.
      Троцкому пришлось оправдываться в мемуарах:   «Оглядываясь на три года гражданской войны и просматривая журнал непрерывных своих поездок по фронту, я вижу, что мне почти не пришлось сопровождать победоносную армию, участвовать в наступлении, непосредственно делить с армией ее успехи. Мои поездки не имели праздничного характера. Я выезжал только на неблагополучные участки, когда неприятель прорывал фронт и гнал перед собою наши полки. Я отступал с войсками, но никогда не наступал с ними. Как только разбитые дивизии приводились в порядок и командование давало сигнал к наступлению, я прощался с армией для другого неблагополучного участка или возвращался на несколько дней в Москву, чтоб разрешить накопившиеся вопросы в центре. Так, за три года мне ни разу — буквально — не удалось видеть счастливые лица солдат после победы или вступать с ними в занятые города».
        Что и кого конкретно он приводил в порядок, сам Лев Давидович назвать не смог.  Но вот само оправдание, основанное на том, что неотложные дела не позволяли ему принять участие в наступлениях…   Да какой же ты полководец, если смываешься с фронта до того, как начинается наступление?!  Значит, либо трус, который боится взять на себя ответственность за результаты проведенной работы, если вдруг эта работа приведет к неудаче, либо ты изначально нужен был в войсках, как  ёжик в курятнике.
       Но там, где он получал хоть какой-то простор для деятельности, он уж разворачивался вовсю! Там он себя проявлял так,  что даже не рискнул появиться на 8-м съезде РКП (б),  на который  съехались с фронтов  делегаты,  взбешенные кадровой политикой этого клоуна, о которой он сам же, также по глупости, откровенно и написал: «Из старого офицерства в состав Красной армии вошли, с одной стороны, передовые элементы, которые почувствовали смысл новой эпохи; они составляли, разумеется, маленькое меньшинство. Дальше шел широкий слой людей неподвижных и бездарных, которые вступили в армию только потому, что ничего другого делать не умели. Третью группу составляли активные контрреволюционеры, которые либо были застигнуты врасплох нашими мобилизациями, либо имели свои самостоятельные цели, выжидали благоприятного момента для измены».
       Вот он, будучи наркомом,  этими «неподвижными и бездарными» и «активными контрреволюционерами»,   и нашпиговал командный состав Красной Армии.   В результате получили многочисленные случаи измен «военспецов»  и переходов их к противнику с оперативными планами. 
         А тех коммунистов, которые приехали на 8-ой съезд с намерением набить ему морду, потом обозвал «военной оппозицией».  И сам же признался, что оппозиция была чего-то не очень оппозиционной: «Решение съезда были приняты единогласно при одном воздержавшемся. Объясняется это тем, что оппозиция успела отказаться от своих наиболее принципиальных предрассудков».
     Только и «предрассудков, по большому счету не было, потому   «Докладчик оппозиции Смирнов уже прямо возражал против утверждения Сокольникова, что «одни будто бы стоят за партизанскую армию, а другие за регулярную». По словам Смирнова, в вопросе о привлечении военных специалистов «никаких разногласий с господствующим течением в нашей военной политике у нас нет» (Л.Троцкий).
       Но не зря Лёва  убрался из Москвы в дни работы съезда.  «В ходе обсуждения военного вопроса многие делегаты съезда резко и справедливо критиковали центральные военные учреждения и деятельность Троцкого, как Председателя Реввоенсовета Республики. Они отмечали, что Троцкий и другие руководители военного ведомства не знают положения дел на фронте, не созывают армейских коммунистов, не совещаются с ними.  Делегаты рассказывали, что во время поездок Троцкий подавлял всех потоком «отменяющих», «дополняющих» и «исключающих»  распоряжений и приказов, вносивших путаницу в руководство боевыми действиями». (Протоколы 8-го съезда РКП(б))
     Советские же историки  хрущевско-брежневской закваски  придумали участие в этой «военной оппозиции» К.Е.Ворошилова.  Нужно же было имя верного сталинского соратника и друга,  измазать хоть чем-то, поэтому из него сделали  оппозиционера  военной политике ЦК, что было равнозначно  противостоянию В.И.Ленину.   И включили эту дребедень даже в БСЭ. Хотя в самих опубликованных материалах того съезда  упоминания о принадлежности Климента Ефремовича к какому-то сообществу альтернативных взглядов вообще нет.  Зато образовалась почва для подленьких намеков, что неграмотный слесарь  был против военной науки.
       Да еще в историографии нашей появилось утверждение, что с Царицынского фронта Ворошилов был отозван Центральным Комитетом  из-за конфликта с Троцким.  Вроде как, не справлялся.    Только  «забывали», что из Царицына Климент Ефремович уехал вообще-то делегатом на партийный съезд, а не в связи с «отозванием». 
    И не вернулся назад только потому, что    на Украине начался грандиозный бардак, и туда нужно было направить  человека, который мог бы совершить невозможное…
       

Subscribe
Buy for 100 tokens
***
...
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments