p_balaev (p_balaev) wrote,
p_balaev
p_balaev

Ворошилов . (из черновика книги).

         Луганский отряд насчитывал 640 штыков,   солдат почти не было в нем,  почти исключительно одни рабочие, в военном деле народ неопытный.  Но зато сплоченный, отборный народ. Без всякой «партизанщины». Добровольцев в Луганске записалось больше тысячи, но всех не взяли, Климент Ефремович сам отбирал людей, балласт ему был не нужен.   По дороге к Харькову десяток бойцов отряда за нарушения дисциплины пришлось арестовать и с позором отправить назад.   Но  вместо них к партизанам присоединилась группа в 30 человек, луганцев, которых Ворошилов   отсеял сначала,  но они сами двинулись за отрядом.  В Харькове их уже не стали прогонять, включили в списки.
          Ворошилов рассчитывал, что командование в лице Антонова-Овсеенко даст его бойцам время  для  хоть какого-то первоначального обучения бою после того, как  отряд был довооружен  по прибытии в город.
        Но времени не дали, немцы были уже слишком близко и луганцев включили в состав 5-ой армии под командованием молодого прапорщика Рудольфа Сиверса.   От армии тоже только одно название было,  вот эта армия была уже самой настоящей партизанщиной, без кавычек.  Еще один неплохой биограф Климента Ефремовича, Владислав Кардашов (в его книге, к сожалению, те же  сусловско-брежневские мотивы, что и у Акшинского) так описывает то воинство:
«18 марта отряд прибыл на станцию Ворожба. Здесь уже собралось с полдюжины отрядов, в большинстве называвшихся по фамилии своих начальников и размещавшихся в эшелонах. Ситуация была очень своеобразной и характерной для начального периода гражданской войны. Каждый отряд имел своего выборного командира, и этот командир, как правило, не желал подчиняться не только ближайшему начальнику, но и главкому Антонову-Овсеенко, предпочитая действовать самостоятельно. Состав отрядов, их вооружение, наличие боеприпасов - все было невероятно пестрым. В таких отрядах, как луганский, где царило боевое воодушевление, нередко бойцы не имели необходимых военных навыков. В других же отрядах, состоявших из солдат старой армии, отсутствовала спайка и политическая сплоченность. Попадались отряды с большим числом эсеров и анархистов, а иногда и просто уголовников. Эти последние имели только одну цель: «шикарно» пожить, попьянствовать, пограбить».
                  Ворошилов сразу понял, что отобрать  людей, пригодных для войны, сплотить их и поставить под  единое командование можно только испытав в реальном  деле, в бою.  Он собрал совещание командиров отрядов и настоял на решении идти на Конотоп,  там встретить немцев.
       Под Конотопом и состоялось боевое крещение  будущего Первого маршала.   Обращает на себя внимание подготовка к тому наступлению. Первым делом была организована разведка, чего до прибытия  луганцев в 5-ой армии не было по факту. Где конкретно находится противник и какими силами представления командование красных не имело никакого.  На разведку  на бронепоезде Климент Ефремович  выехал сам. Было установлено, что Конотоп уже  занят германскими войсками, между отрядом Ворошилова и немцами никаких красных войск нет, встречались только группы  разбредающихся по домам демобилизованных солдат старой армии, которых воевать уже невозможно было заставить.
      27 марта  отряды под общим командованием Ворошилова на эшелонах, под прикрытием бронепоезда,  двинулись к Конотопу с задачей попытаться выбить германца  со станции.   На подходе к противнику  пехота была высажена из вагонов и развернута в цепь,   из вагонов выгрузили два шести-дюймовых орудия, оборудовали для них огневую позицию.    У Кардашова замечательно описано  то первое войско Климента Ефремовича:  «Представим себе положение Ворошилова и его товарищей. В этом первом для молодой армии сражении огнем пулеметов мог управлять лишь матрос Львов, бывший фейерверкер - теперь начальник артиллерии - сам наводил трехдюймовку. Старшим по чину был Межлаук - он успел дослужиться до ефрейтора. В помине не было ни оперативного плана, ни связи. При этом защитники Советской республики понимали, что противник у них очень, очень серьезный. Какой же великой верой в правоту своего дела они обладали, если не колеблясь шли в бой!»
         В переводе на современный сленг их можно было охарактеризовать  одним точным словом – отморозки.   Ломануться на кадровые, самые сильные в мире на тот момент, германские войска в таком составе, с такими командными кадрами -  это  даже не самоуверенность и самонадеянность,  это - отмороженность полная. 
      Хоть первый блин всегда комом, но  красногвардейцы первый   бой провели  вполне достойно.  Немцы ввели в сражение свой бронепоезд,  в артиллерийской дуэли его паровоз луганцы раздолбали.    Немцы начали массированный артобстрел позиций красных.  Повредили их самодельный бронепоезд.  В рядах необстрелянных красногвардейцев началась паника,  они побежали, Ворошилову не удалось остановить бойцов из чужих отрядов, на  поле боя остались только его земляки.   Наступающие немецкие цепи отогнали пулеметным огнем.  К концу дня  положение серьезно осложнилось, артиллерией противника был разбит самодельный бронепоезд,  к нему подогнали   паровоз с вагонами,  перегрузили  орудия и пулемёты и в полном боевом порядке отряд Ворошилова отошел.   Командующий 5-ой армией Р.Сиверс  докладывал  в штаб, в Харьков:  ««На Конотопском направлении противник наступал в течение вчерашнего дня на Грузское. Наши немногочисленные части стойко сопротивлялись. Под действительным арт. огнем противника, нанеся ему серьезные потери пулеметным огнем, к вечеру вынуждены были, однако, отойти к востоку и югу от станции Грузское, взорвав последнюю. Отмечаю мужественное поведение Луганского отряда, сражающегося на передовой линии…»
     
     
    8 апреля части германской армии подошли к Харькову,   к тому времени луганский отряд уже почти две недели не выходил из боев, получил значительный опыт, это уже были не те необученные рабочие,  которые на самодельном бронепоезде  выезжали на фронт.   Потери отряда были компенсированы присоединившимся к нему 2-м Луганским социалистическим партизанским отрядом, сформированным в помощь   Клименту Ефремовичу.   В распоряжении  луганского отряда поступил уже настоящий бронепоезд «Черепаха».  Началась операция по обеспечению эвакуации столицы Донбасса.     Ворошилов  впервые при отражении наступления немцев применил то, что потом уже битые им белогвардейцы назовут «ударной тактикой Ворошилова».    Артем Сергеев  о тех боях вспоминал: «Ворошилов проделывал чудеса в тылу: он не давал немцам ни одной минуты покоя. Он связывал их действия и ликвидировал обходы».
        А положение стало почти катастрофическим,        руководители Криворожско-Донецкой Республики поначалу надеялись, что немцы будут соблюдать условия Брестского мира и ограничатся оккупацией одной Украины,  тогда Харьков еще не входил в нее, но обстановка показывала, что германский корпус будет наступать и дальше. Где он остановится – неизвестно. Наконец-то  штаб Антонова-Овсеенко озаботился подбором  кандидатуры командующего 5-ой армии.  Молодой  прапорщик Рудольф Сиверс, человек несомненно храбрый,  с этой ролью не справлялся. Такое бывает.  Это не характеризует собственно человека плохо, ну не все же сразу становятся талантливыми полководцами, для этого опыт нужен, кому-то более длительный. Кому-то менее.   Ответственность было решено возложить на Ворошилова. Климент Ефремович увиливать от нее не стал, отправил Антонову-Овсеенко телеграмму: ««Сообщаю народным комиссарам Донецкой республики о разговоре с вами и о предложении принять на себя командование 5-й армией. Я согласен и прошу о телеграфном предписании тов. Сиверсу сдать мне армию со всеми поездами снабжения, вооружения, обмундирования, штаба и денежных сумм. Сегодня выезжаю в направлении Купянска. Ворошилов».
        Оцените ситуацию и человека в этой ситуации:  Климента Ефремовича ЦК вообще-то направил на Украину не армиями командовать, не в атаки  необстрелянных бойцов водить, поднимая их под немецкими пулеметами личным примером,  его командировали как политического руководителя.    Ну и сидел бы в  правительстве  Криворожско-Донецкой Республики, призывал бы к обороне и самопожертвованию пламенными речами – кто бы что ему сказал?  Вместо этого он полез туда, куда его никто не просил:  с партизанами под пули. Да потом еще и взвалил на себя командование армией, которой по существу не существовало.  Сиверсу ее так и не удалось создать из разрозненных отрядов,  название было, а армии не было. Вот зачем этот геморрой нужен был  Клименту Ефремовичу?   Тем более, он себе этим поломал, фактически, карьеру. Ну, сдали бы Харьков немцам без боя,  чем это грозило именно Ворошилову? Да ничем,  уехал бы в Москву, у него уже была должность члена ВЦИК,  вошел бы и в Совнарком со временем с его организаторскими и деловыми способностями.  А с учетом того, что его ценил Ленин, то и в ЦК тоже.    Кресла же те и повыше,  и покомфортнее  должности командующего всего лишь одной из армий на фронте.
      Вот так взять и  поломать своими руками добровольно себе всё «политическое будущее». Но не зря Владимир Ильич, как вспоминают, к  «слесарю» относился с особенной теплотой.  Не карьеру Ворошилов себе делал, а Отечество, которое уже завоевал себе  русский рабочий класс, он защищал. Карьера его мало волновала.   Да тот же Сталин, когда его в Царицын направили, какого черта полез в штаб округа разбираться с саботажниками-военспецами, зачем сам добровольно на себя  взял обязательство  и фронт удержать, и хлеб Центру дать.  Нормальный чиновник приехал бы в командировку, свои задачи решил бы и отвалил, а этот сам свою голову на плаху положил. Что бы с ним было, если бы обещание не выполнил, добровольно взяв на себя ответственность? Потом не отмылся бы.
    Одно «но».  А если бы не Сталин, и не Ворошилов, которые  думали не  о карьере, а о деле, то хоть у кого-то из  большевиков карьера задалась бы? Что случилось бы, если бы эти  два друга не оказались  такими  «простофилями»? …
Subscribe
Buy for 100 tokens
***
...
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments