еще немного из "Ворошилова"
Но вернемся к врачам. Закономерен вопрос: если смерть Сталина от инфаркта выглядела настолько неподозрительной, то зачем была нужна вся катавасия с уничтожением медицинских документов о его здоровье и изготовлением фальшивок? Прошло бы время, страсти улеглись бы, и народу объяснили, что была такая ситуация, требовавшая подмены диагноза. Зачем было загонять самих себя в ловушку, чтобы потом выдумывать явную чушь с местом смерти, с охраной, сутки не видевшей охраняемого…?
Единственной уликой могло быть только обнаружение строфантина в трупных тканях, но в то время у судебных экспертов такой методики еще не было. Поэтому им так нагло и пользовались, убивая советских политических деятелей, больных ишемической болезнью сердца. Если бы не настойчивость Л.Ф.Тимашук, то и причина смерти А.А.Жданова так и осталась бы – «от болезни».
Тем более, что сам новый министр МВД активно работал на то, чтобы никакого расследования не было. Про то, что Лукомский с Мясниковым присутствовали при вскрытии тела Сталина, так сказать, консультировали паталогоанатомов (больше они там и на зрен не были нужны), я уже и не говорю. Берия на это глаза крепко зажмурил. Но прямо перед ним стоял свидетель, осведомленный об убийстве, а он этого свидетеля изолировал. Конечно, я имею ввиду Василия Иосифовича Сталина. Он прибыл уже к моменту, когда отец был в агонии и заявил во всеуслышанье, что отца убили. Прямо так и заявил. Нам Василия Иосифовича представили в виде какого-то импульсивного подростка, е который мог в запале ляпнуть всё, что на ум взбредет. Типа, он себя не контролировал. Давайте очнемся от этого. Боевой летчик-генерал. Войну прошел, и лично в боях участвовал и гвардейской дивизией командовал. Уж контролировать себя он умел. Командуя ВВС Московского округа сделал их образцовыми, готовил соединения для войны в Корее, т.е., человек крайне ответственный. Сдерживать эмоции и следить за языком он давным-давно научился. Если он сделал такое заявление, то, значит, у него была информация. Он и охрану знал, и обслугу. Вполне вероятно, что ему кто-то из них сообщил, что после манипуляций Лукомского Иосифу Виссарионовичу стало резко хуже. И так резко, что это вызвало такие подозрения.
Первое, что должен был сделать Берия, став министром МВД-МГБ – выбрать самого грамотного, надежного оперативника и поручить ему опросить Василия Сталина на предмет его заявления об убийстве отца. И начать проверку этого заявления.
Василий Иосифович этого не дождался, и стал рваться в китайское посольство, у него другого выхода и пути обнародовать имеющуюся информацию об убийстве отца не было. Но по указанию Л.П.Берия он был арестован и помещен в тюрьму. Притягивая за уши намерение Берия расследовать убийство Сталина, историки объясняют арест сына Вождя стремлением министра МВД обезопасить жизнь Василия. Это замечательно! Поместить человека в тюрьму, т.е. сделать максимально беспомощным – это у них называется обеспечить безопасность. Хоть кому-то в тюрьме удалось обеспечить безопасность? Что мешало приставить к В.Сталину негласную охрану, посоветовать закрыться у себя в штабе, поставить у дверей надежных офицеров и не выходить оттуда, пока будет расследование идти? Именно арест Василия Иосифовича является самым веским доказательством того, что Берия не только не хотел расследования, но и предотвратил его возможность. Плюс ко всему – арест Рюмина. Михаил Дмитриевич не мог ведя следствие по делу врачей не изучить медицинские документы руководителей партии и государства, в том числе и документы И.В.Сталина, он же искал следы вредительского лечения – это раз. И два – следователь обязан не только расследовать совершенное преступление, но и предотвратить новое. Поэтому одно из первых действий Рюмина, как только он этим делом стал заниматься, была проверка правильности лечения всех остальных прикрепленных за Лечсанупром. Сталина – в первую очередь. И Рюмин точно знал, чем болел Сталин и от чего мог умереть. Берия Рюмина арестовал. Очень похоже на устранение свидетелей. Или не так?
Вот то, что Михаил Дмитриевич в конце концов был в 1954 году ЦКовской мафией расстрелян – это на совести Берия. На нем кровь этого человека. Человека, который не побоялся пойти против самого Абакумова, простой следователь вскрыл весь гнойник в Лечсанупре, гнойник, покрываемый Абакумовым. Человек смелый и честный.
И, наконец, документов, которые составляют историю болезни Сталина (точнее, истории болезни нет, есть беспорядочный набор бумаг), настолько мало, что исследователей это приводит в недоумение. Сделать все эти документы три месяца – много, трех дней хватит. А заключение написано, как я уже упоминал, Лукомским только в июле. После ареста Берия. До ареста никто не чесался. Это значит, что пока Берия был министром МВД-МГБ врачи не чувствовали никакой опасности? Я ничего другого предположить не могу… А после объявленного ареста и снятия с должности Берия Лукомский и Третьяков решили подстраховаться, подчистили медицинский архив Сталина и состряпали заключение об инсульте. Они уже были пуганными птицами, в опубликованном постановлении Пленума ЦК по Берия прочитали, что тому инкриминируют все инициативы, прикинули, что также ему могут и незаконное прекращение «дела врачей» навесить, да еще и убийство Сталина, а они в качестве разменной монеты будут. Разменяют их с легкостью. Иллюзий у этих лекарей насчет тех, кто пришел к власти после 5 марта 1953 года не было. Они не мальчиками были.
Если у вас появилось подозрение, что Лаврентий Павлович, предотвратив возможность расследования смерти Сталина, заметал за собой следы, он был причастен к его устранению, то огорчу –не был причастен. Если бы был, то ему в приговоре к шпионажу на англичан и изнасилование малолетних с легкостью убийство Сталина навесили бы. Только это невозможно было сделать, там ничего не только не было, но и притянуть ничего невозможно было. А вот подозрения в отношении себя самих вызвать – легко.
Единственной уликой могло быть только обнаружение строфантина в трупных тканях, но в то время у судебных экспертов такой методики еще не было. Поэтому им так нагло и пользовались, убивая советских политических деятелей, больных ишемической болезнью сердца. Если бы не настойчивость Л.Ф.Тимашук, то и причина смерти А.А.Жданова так и осталась бы – «от болезни».
Тем более, что сам новый министр МВД активно работал на то, чтобы никакого расследования не было. Про то, что Лукомский с Мясниковым присутствовали при вскрытии тела Сталина, так сказать, консультировали паталогоанатомов (больше они там и на зрен не были нужны), я уже и не говорю. Берия на это глаза крепко зажмурил. Но прямо перед ним стоял свидетель, осведомленный об убийстве, а он этого свидетеля изолировал. Конечно, я имею ввиду Василия Иосифовича Сталина. Он прибыл уже к моменту, когда отец был в агонии и заявил во всеуслышанье, что отца убили. Прямо так и заявил. Нам Василия Иосифовича представили в виде какого-то импульсивного подростка, е который мог в запале ляпнуть всё, что на ум взбредет. Типа, он себя не контролировал. Давайте очнемся от этого. Боевой летчик-генерал. Войну прошел, и лично в боях участвовал и гвардейской дивизией командовал. Уж контролировать себя он умел. Командуя ВВС Московского округа сделал их образцовыми, готовил соединения для войны в Корее, т.е., человек крайне ответственный. Сдерживать эмоции и следить за языком он давным-давно научился. Если он сделал такое заявление, то, значит, у него была информация. Он и охрану знал, и обслугу. Вполне вероятно, что ему кто-то из них сообщил, что после манипуляций Лукомского Иосифу Виссарионовичу стало резко хуже. И так резко, что это вызвало такие подозрения.
Первое, что должен был сделать Берия, став министром МВД-МГБ – выбрать самого грамотного, надежного оперативника и поручить ему опросить Василия Сталина на предмет его заявления об убийстве отца. И начать проверку этого заявления.
Василий Иосифович этого не дождался, и стал рваться в китайское посольство, у него другого выхода и пути обнародовать имеющуюся информацию об убийстве отца не было. Но по указанию Л.П.Берия он был арестован и помещен в тюрьму. Притягивая за уши намерение Берия расследовать убийство Сталина, историки объясняют арест сына Вождя стремлением министра МВД обезопасить жизнь Василия. Это замечательно! Поместить человека в тюрьму, т.е. сделать максимально беспомощным – это у них называется обеспечить безопасность. Хоть кому-то в тюрьме удалось обеспечить безопасность? Что мешало приставить к В.Сталину негласную охрану, посоветовать закрыться у себя в штабе, поставить у дверей надежных офицеров и не выходить оттуда, пока будет расследование идти? Именно арест Василия Иосифовича является самым веским доказательством того, что Берия не только не хотел расследования, но и предотвратил его возможность. Плюс ко всему – арест Рюмина. Михаил Дмитриевич не мог ведя следствие по делу врачей не изучить медицинские документы руководителей партии и государства, в том числе и документы И.В.Сталина, он же искал следы вредительского лечения – это раз. И два – следователь обязан не только расследовать совершенное преступление, но и предотвратить новое. Поэтому одно из первых действий Рюмина, как только он этим делом стал заниматься, была проверка правильности лечения всех остальных прикрепленных за Лечсанупром. Сталина – в первую очередь. И Рюмин точно знал, чем болел Сталин и от чего мог умереть. Берия Рюмина арестовал. Очень похоже на устранение свидетелей. Или не так?
Вот то, что Михаил Дмитриевич в конце концов был в 1954 году ЦКовской мафией расстрелян – это на совести Берия. На нем кровь этого человека. Человека, который не побоялся пойти против самого Абакумова, простой следователь вскрыл весь гнойник в Лечсанупре, гнойник, покрываемый Абакумовым. Человек смелый и честный.
И, наконец, документов, которые составляют историю болезни Сталина (точнее, истории болезни нет, есть беспорядочный набор бумаг), настолько мало, что исследователей это приводит в недоумение. Сделать все эти документы три месяца – много, трех дней хватит. А заключение написано, как я уже упоминал, Лукомским только в июле. После ареста Берия. До ареста никто не чесался. Это значит, что пока Берия был министром МВД-МГБ врачи не чувствовали никакой опасности? Я ничего другого предположить не могу… А после объявленного ареста и снятия с должности Берия Лукомский и Третьяков решили подстраховаться, подчистили медицинский архив Сталина и состряпали заключение об инсульте. Они уже были пуганными птицами, в опубликованном постановлении Пленума ЦК по Берия прочитали, что тому инкриминируют все инициативы, прикинули, что также ему могут и незаконное прекращение «дела врачей» навесить, да еще и убийство Сталина, а они в качестве разменной монеты будут. Разменяют их с легкостью. Иллюзий у этих лекарей насчет тех, кто пришел к власти после 5 марта 1953 года не было. Они не мальчиками были.
Если у вас появилось подозрение, что Лаврентий Павлович, предотвратив возможность расследования смерти Сталина, заметал за собой следы, он был причастен к его устранению, то огорчу –не был причастен. Если бы был, то ему в приговоре к шпионажу на англичан и изнасилование малолетних с легкостью убийство Сталина навесили бы. Только это невозможно было сделать, там ничего не только не было, но и притянуть ничего невозможно было. А вот подозрения в отношении себя самих вызвать – легко.