?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
p_balaev

Будет первая книга о российской таможне. Люди и события реальные. Отрывок. (продолжение)

К чести «старших братьев», сколько бы мне в дальнейшем не пришлось с ними взаимодействовать во Владивостоке, Ванино, Твери, Москве - таких откровенных негодяев и болванов больше не встречал. Жизнь меня сводила с профессионалами, сотрудниками ФСБ, знающими, что такое честь оперативника. Если и попадался среди них кто с задатками распальцованного придурка (а где их нет среди обладателей «корочки»?), то проблема решалась просто: этот придурок посылался в анальное отверстие, а его начальство старалось сделать так, что бы на глаза мне он больше не попадался.

А тогда, летом 2002 года, оперативный состав Гродековской таможни единодушно решил: местным кадрам, которые только по недоразумению называются чекистами, нужно оборвать шаловливые ручки. Было очевидно, что мы им мешаем. На предложения согласовывать заранее все мероприятия и делиться информацией о разработках мы не идем. Поэтому вся выстроенная до этого система «крышевания» начинается рушиться. Кого мы прихлопнем в очередной раз – неизвестно, значит, гарантий никому из своих «объектов оперативной заинтересованности» давать нельзя.
Провокация со вбросом черновика якобы совершенно секретного документа желаемый результат не дала. Мурашко отверг попытки местных конторских влезть в работу комиссии, которая проверяла у меня секретное делопроизводство. Таким образом, их чесоточное желание увидеть оперативные материалы ОРО Гродековской таможни осталось неудовлетворенным. Сколь нибудь существенных нарушений в порядке работы с гос.тайной комиссия в отделе не нашла. Мечта о лишении меня допуска к ней и последующем увольнении оказалась невоплощенной. Подстава с разглашением сведений о спецоперации не сработала. Значит, нужно ждать дальнейших провокаций. А предотвратить эти провокации можно, если только перехватить инициативу. Нужно было заставить их суетиться бестолково, панически. Поэтому мы и решили начать ликвидировать объекты их «оперативной заинтересованности», тем более, что это и с государственными интересами совпадало: если что-то «крышуется», то там контрабанда самая жирная, отборная.



2003 год. Сентябрь. Вася.

- Петр Григорьевич, докладываю: сегодня мой «источник» Васю видел, - брякнул мне с порога кабинета начальник отделения по борьбе с контрабандой наркотиков Олег Викторович Балесный.
- И что?
- Спросите: где он его видел?
-Олег Викторович, и где Ваш «источник» Васю видел?
- Выходящим из здания ФСБ.
-Весь оперсостав ко мне! Срочно!...

Фамилия Васи была не Иванов. Вася не был голубоглазым блондином с рязанской курносостью. Именем «Вася» представлялся гражданин Китайской Народной Республики. Он имел соответствующую национальность и соответствующую внешность. Просто такая привычка есть у некоторых китайцев – брать себе для целей международного общения русские имена. А еще Вася был профессиональным переводчиком, русский язык знал настолько хорошо, что только внешность выдавала его принадлежность к иностранному государству, при этом был крученным, как поросячий половой орган.
Этот переводчик примерно за два месяца до описываемых событий, заинтересовал моего борца с контрабандой наркотиков – Балесного Олега Викторовича (который тоже, кстати, был переводчиком-китаистом). Олег получил от меня разрешение на установление с Васей контакта на предмет его возможной вербовки. Предположение о том, что крученный, с повадками «делового», представитель государства, из которого в Россию шел поток эфедрина, может быть нам полезен, основание под собой имело.
Конечно, никто не надеялся, что китаец будет сотрудничать с российской спецслужбой из-за личной неприязни к нарушителям закона, которые везут через границу наркотическую дурь. Просто способ зарабатывания средств на жизнь, который выбрал Вася, был таким, что склонить его к сотрудничеству было абсолютно не трудно, если бы не вмешались в этот процесс идиоты… Занимался Вася контрабандой одежды. И придумал он вполне остроумную схему. Загружал в Суйфэньхэ в поезд, следующий в Гродеково, сумки с одеждой, в каждой по 25 кг товара, по пути следования поезда в Россию раздавал китайским туристам, которые обычно ехали с 3-4 кг ручной клади, по два баула. Те на русской таможне декларировали Васин товар, как личный, естественно, пошлину не платили за личный товар, а Вася потом сумки собирал возле железнодорожного вокзала в поселке Пограничном, за услугу платил туристам по несколько юаней, товар дальше следовал на китайский рынок в городе Уссурийске.
Кроме того, одежда фасовалась в сумки консолидированными товарными партиями, поэтому у таможенников возникали вопросы: зачем для личных целей китайский турист везет в одной сумке 50 пар брюк, а в другой – 500 носков? Гражданин турист собирается в турпоездке каждый день щеголять в новых брюках? А носки менять 10 раз в день и ношенные сразу выбрасывать?
Что бы таких вопросов не возникало, Вася заносил некоторое количество капусты еще и мимо государственной кассы прямо в карманы таможенников.
Вот поэтому Олег Викторович с моего разрешения предложил этому «коммерсанту» альтернативу, выдернув в укромное место на беседу:
- Слышь, морда китайская, тебе не кажется, что ты оборзел слегка? Сколько ты сегодня товара притаранил беспошлинно? Почти тонну?
Сам внешний вид Балесного, человека сугубо вежливого, весившего 140 кг при росте 199 см, с объемом бицепса почти таким же, как объем грудной клетки Васи, рекомендовал собеседнику отвечать на вопросы без пауз и максимально откровенно.
И китаец не стал бурогозить, а просто предложил Олегу делиться частью дохода от своей незаконной предпринимательской деятельности. Одним из любимых слов Олега, когда он разговаривал с подобными типами, было «жопа». И Вася услышал, как ему будет больно в одном месте от того, что свернутые в трубку баксы будут помещены в это место. Китайцу было предложено другое. Если он предоставляет Олегу информацию о контрабанде наркотиков и эти наркотики Олег задерживает, то мы закроем глаза на один случай провоза беспошлинно тонны товара. Если информации не будет- товар нашу таможню не пройдёт. Обмен был нормальный. Наркотики на любых весах перевешивали какую-то пошлину.
Вася благоразумно согласился. Ему хотелось по-быстрее закончить разговор, очень некомфортно было Васе: на плече его лежала ладонь непривычного для китайца размера и улыбка Балесного оскал медведя-шатуна напоминала…
Но ни на следующий день, ни еще через день, ни еще через два дня, китаец на встречу для передачи информации не попросился. Олег Викторович уточнил – товар Васин, как шел, так и идёт. Клиент подумал, что с ним шутили.
Мы определились с мерами по отношению к непонятливому иностранному гражданину. К приходу поезда из Китая в вокзальном зале таможенного оформления пассажиров появились два кадра: сотрудники ОРО Решетнев и Балесный. Пришли и уселись на один из подоконников за стойками таможенников. Просто пришли и уселись.
Началось оформление пассажиров, китайских туристов. Каждый турист волок по две сумки. Ставшие в присутствии сотрудников оперативно-розыскного отдела неожиданно бдительными, таможенники в сумках обнаруживали товарные партии одежды и предлагали туристам либо оплатить пошлину, либо вернуть товар в Китай. Само собой, иностранные граждане, прибывшие в Россию для расширения культурного кругозора, платить за чужой товар пошлину не желали, сумки выволакивали назад, за зону пограничного контроля, и бросали. А там их встречал крайне удивленный китаец Вася, который еще и выслушивал от соотечественников кучу неприятных слов. Олег Викторович, знавший китайский язык, переводил Решетневу:
- Васю пидорасом называют.
Оформление пассажиров закончилось. В накопителе перед зоной пограничного контроля остался незадачливый коммерсант один на один с горой баулов. В одиночку он перетащил эту гору назад в поезд и уехал с ними на Родину предков.
На следующий день всё повторилось. И на следующий тоже… Через неделю адски тяжелой работы (потаскайте полсотни 25 килограммовых сумок так интенсивно!) до Васи стало доходить, что с ним никто шутить не собирался…
Незадачливый коммерсант попробовал решить этот вопрос в удобном для себя ракурсе, т.е. повторить предложение отслюнявливать часть незаконного дохода. Но второй раз с Балесным ему встречаться не хотелось, он выбрал Решетнева. Всё таки габариты Сергея Валерьевича были близки к среднестатистическим. Услышав, что Олег называет Решетнева Валерьичем, этот китаец и обратился к нему, улучив момент, когда опер стоял в одиночестве на привокзальной площади:
-Валерьич, здравствуйте. Помогать надо!
-Кому помогать, Вася? Тебе?
-Мне, Валерьич. Сколько ты хочешь? Говори, решим.
-Вася, дорогу тебе показать отсюда? Короткую хочешь или что бы запыхался, пока добежишь? – Валерьич не склонен был терять времени на обсуждение «делового» предложения.
Но китаец был на грани уже, бизнес сыпался, он чуть не плача объяснял, что о наркотиках и о тех, кто их возит ничего не знает, что Балесный очень грубый, что нужно кормить семью…
Решетнев был оперативником вполне дисциплинированным, и не стал сам принимать однозначного решения, не ответил Васе так, что бы тот даже в мыслях не держал повторно подходить для разговора. Все таки решение о контакте с Васей принималось не Валерьичем, значит, и решение о разрыве контактов не ему принимать. Просто сказал, что подумает пока…
И Вася начал «доставать» Сергея Валерьевича. Он ловил его почти каждый день, караулил у таможни, у дома… Валерьевич и отказом не отвечал, и ничего конкретного не говорил…
Так продолжалось недели две. Конечно, держать постоянно двух оперативников по несколько часов на вокзале я не мог, работы у парней и без этого хватало, и китаец нет-нет, да протаскивал свою партию товара, но рентабельность его «коммерции» уже стремилась к нулю.



А тем временем начались наезды… Меня вызвал начальник таможни и сказал, что до него дошла информации, будто мои опера ходят на вокзал, присутствуют в зале таможенного оформления, мешают работать сотрудникам пассажирского отдела и занимаются вымогательством.
Начальником уже стал вместо находившегося под следствием Башко, бывший офицер-пограничник, занимавший до перевода к нам должность первого заместителя начальника Артемовской таможни, Юрий Викторович Ремез. Настоящий мужик и настоящий офицер. Поэтому мои объяснения были восприняты адекватно. И решение такое: тогда пошли все в задницу с их информацией!
Но источник «компромата» на моих сотрудников Юрий Викторович назвать отказался. Значит, это были не таможенники. По самой таможне у нас с ним было полное взаимопонимание, он бы скрывать не стал фамилии «доброжелателя».
Не назвал, так не назвал, дело хозяйское. Только после этого часть аппарата негласных сотрудников была моими орлами озадачена установлением контактов китайца Васи.
И вот он замечен в качестве посетителя отдела ФСБ в Пограничном…

Я никогда не придерживался практики, при которой каждый оперативник знал только имеющиеся в его производстве материалы. По всем оперативным делам работа велась, фактически, группами оперов, что значительно повышало ее эффективность, и в этом случае ко мне в кабинет на совещание собрался весь наличный оперсостав: и.о.начальника отдела С.В.Куклин, оперуполномоченный по ОВД С.В. Решетнев, старший оперуполномоченный Е.С.Дмитриенко, и.о. начальника ОБКН О.В.Балесный, который и доложил о Васе:
- «Источник» вчера подхватил китайца у вокзала, Вася пошел не через виадук, а через железнодорожные пути, по тропинке, которая как раз выходит на улицу Ленинскую у здания ФСБ. Там контакт был потерян. «Источник» сделал круг, прошел от ФСБ до таможни и вернулся. И как раз наткнулся на Васю, который выходил через калитку из конторы.
-Кто-то его из сотрудников ФСБ сопровождал? – уточнил я.
-Нет.
-У кого какие мысли? – спросил я у присутствующих.
- Если человек Олега сделал круг до таможни и обратно, то Вася был у конторских минут десять от силы. Это не первая встреча. Это короткий инструктаж, - сделал вывод Куклин.
-Согласен. Инструктаж о чем?
- Наверно, о том, как секрет китайской ядреной бомбы украсть. – съехидничал Балесный.
- Валерьич, когда к тебе Вася последний раз подходил? – поинтересовался Куклин у Решетнева.
-Сегодня, когда на обед выходил.
-А какого … ты не докладываешь?
- Так он ко мне по два раза на день…
-Ладно, - я прекратил начинавшуюся перепалку: Теперь всё проясняется. У Ремеза информация о нашем «вымогательстве» от ФСБэшников. Кроме, как Васе, наше присутствие на вокзале никому не мешает.
-Таможенникам еще мешает. Васиных денег они заметно меньше получают, - дополнил Олег.
- Ну, вот вам и путь от Васи к конторским – Винокурова, - вставил Сергей Викторови,
Жена Винокурова работала в Гродековской таможне заместителем начальника отдела таможенного оформления и таможенного контроля № 2, который как раз и находился на железнодорожном вокзале…
-Логично. И цель инструктажа Васи – контакт с Решетневым. Зачем Ремезу чекисты выложили свои «подозрения» о нашем вымогательстве? У меня одна версия, что бы показать свою значимость китайцу. Они же рассчитывали, что начальник выгонит нас с вокзала на время. Так? – спросил я.
- Конечно, и Вася будет знать, что ФСБ всё решает, захотят – будет свой контрабас таскать, не захотят – не будет. Либо будет сотрудничать, либо окажется на бобах, - продолжил Валерьевич.
-В обмен они от китайца что-то хотят получить. Что? Если после посещения конторы Вася снова вышел на Валерьича, то желание одно- нужна помощь в нашей компрометации. Валерьича китаец склоняет на взятку, вот это и будут продавливать изо всех сил. Китайцу тоже от этого польза – мы уже ему точно мешать не будем.
-Григорьич прав, - согласился Куклин: если они всуропят нам взятку, то всё, что они просрали за два года, отыграют сразу. Нам всем сразу крышка, в ОРО и на должность Григорьича они своих кадров напихают.
-Значит, взяточку надо брать? – я посмотрел вопросительно на своих орлов.

В кабинете повисло молчание. Решение было непростым. Разумеется, я предлагал не деньги от китайца взять, а самого китайца на их передаче. А это – работа встык с такой мощной спецслужбой, как ФСБ.
- А если они нас раньше возьмут? – подал голос наш молодой, только год как пришедший в отдел после окончания Таможенной Академии, Егор Семенович Дмитриенко.
-Соображаешь, Егор Семенович, - похвалил его Куклин: Еще одна проблема – статья не наша.
Законодательство определяло нашу компетенцию только в рамках борьбы с контрабандой, уклонением от уплаты таможенных платежей…, преступления коррупционной направленности – удел службы собственной безопасности. Самостоятельно проводить оперативно-розыскные мероприятия, направленные на пресечение этих противоправных деяний мы не могли. Это было незаконно.
- С Трубниковым это исключено. Он из ФСБ местного не вылазит, - сказал Решетнев: сразу можно крест на всем ставить.
- А мы это сделаем с ССБ ДВТУ, напрямую через Литвинова, - предложил я…

Buy for 100 tokens
***
...

  • 1
Уже заканчиваете?

За полтора месяца управлюсь. Слово дал.

Ага, самый лучший стимул. ))))

Только писать тяжелее, чем про Старикова. Я же дневников не вел! Приходится в ежедневниках (хоть их сохранил) рыться.

Но по языку получается гораздо лучше. ))) То ли стиль другой....

Правда лучше? Я просто еще толком не правлю, просто текст набиваю.

Заметно лучше. И ведь повествование с точки зрения языка - более сложное дело, чем аналитика.... У вас и в первой книге куски, где вы описывали, допустим, положения рабочих - самые яркие и сильные. Наверное, это просто "ваше".

Ну, если только Вы мне не льстите... Кстати, то, что мы с этим Васей сотворили - в ФСБ и ФТС год, как анекдот, ходило... Поглумились мы от души над "старшими братьями".

Ну, будет целиком - тоже почитаю, поржу... )))) Сейчас пока кусками....

Правда. Весьма "читабельно". Я с удовольствием отрываюсь от "срача в комментах", ради чтения Ваших воспоминаний.

С уважением, ВД.

Спасибо. Тогда я всё-таки куски буду продолжать выкладывать. У нас почти все о таможне знают только то, что можно инспектор за стойкой купюру в паспорт сунуть. Как-то так получилось, что основная деятельность осталась до сих пор неизвестной. Особенно та, с которой напрямую граждане не сталкиваются - правоохранение.

Лично мне, прежде всего, интересно наблюдать за Вашими попытками приспособить свой предыдущий оперативный опыт к аналогичной деятельности в фактически "враждебной среде". У меня самого, значительное количество "наставников" прошло через "андроповский призыв" в МВД, и слушать, в последствии, об их опыте работы "в среде", которую они еще вчера курировали (3 линия), было более чем занимательно. И крайне поучительно.

Пишите. У Вас получается.

(ИМХО, конечно).

Да у меня оперативного опыта до таможни не было. Я с улицы пришел туда. С кинологов начал. Просто так получилось, что мы выходили на очень крупные каналы контрабанды и пересекались с ФСБ на этом, когда я срался с Гродековскими чекистами, у меня уже полно друзей было в СЭБ Управления ФСБ. Просто пара негодяев попалась и на два года рака мозга было с ними.

Но из Ваших повествований, я понял, что окружали Вас зачастую коллеги с богатым оперативным прошлым в КГБ СССР?

Да. Они и учили нас с азов. А так как мы пришли в оперативную работу уже 30-летними, и жизненный опыт у нас был у каждого (моих первых сотрудников имею ввиду) уже значительный, то учились быстро.

  • 1