По-человечески можно понять таких людей, как Генпрокурор Роман Андреевич Руденко и бывший министр МГБ Семен Денисович Игнатьев. Любому здравомыслящему политику в те годы ситуация была ясна – случившийся переворот необратим. Единственная политическая организация в стране, КПСС, захвачена заговорщиками, ее захват сразу привел к полному контролю над всеми силовыми ведомствами, СМИ, профсоюзами, органами власти. Идти против Хрущева и ЦК – это плевать даже не против ветра, а в сторону урагана. Плевок вернется пулей. Игнатьева после ареста Берии в ЦК восстановили, и почти сразу отправили в Башкирию секретарствовать, с глаз подальше. Бывший министр МГБ, при котором «дело врачей» стало раскручиваться, слишком много знал, чтобы держать его в Москве. В Уфе его контролировать легче было. Семен Денисович вел себя лояльно. На 21-м съезде произнес дежурные слова в адрес «антипартийной группы», минимум положенного. О нем потихоньку и забыли. Руденко служил новой власти без нареканий. Вписались. По-человечески их можно понять. Но не как коммунистов. Коммунисты решились пойти на почти безнадежный шаг – выступление против Хрущева в 1957 году. Хотя, могли либо на пенсии с почетом уйти, сохранив пайки и привилегии, либо сидеть в правительстве и не булькать. Я не думаю, что Молотов не понимал безнадежность выступления в 1957 году. Он все же «немного» умнее господина Remi был. Зачем пошли на такой безрассудный шаг? Да вот чтобы мы свами сегодня поняли, что именно переворот в 1953 году произошел. Чтобы показать нам, что их, большевиков, троцкистская шайка выкинула из власти. Если бы ушли на пенсии – мы так ничего и не смогли бы понять в тех событиях. А престарелого, под 90 лет уже, Ворошилова эта шайка упорно держала в Президиумах. Боялась потерять последнюю соломинку. Именно эта соломинка хоть как-то еще позволяла им именоваться продолжателями дела Ленина. А Ворошилов тоже упорно не хотел уходить по состоянию здоровья и возрасту на заслуженный отдых. И при Брежневе сидел в Президиуме съезда, глаза мозолил. Все сидевшие в Президиуме выступали на съезде с трибуны, а Ворошилову слова не давали. Ситуация – закачаешься. Самый старый большевик (да уже единственный) сидит в Президиуме, а к микрофону его не пускают. Климент Ефремович надеялся, что умные потомки поймут смысл этой ситуации. Но, кажется, пока его надежды не оправдываются. Еще мне много писали читатели вопросов: почему же Молотов и Маленков не призвали рабочий класс СССР к борьбе против заговорщиков? Почему народ они не подняли против Хрущева? Я даже не отвечал на такие письма. Каюсь. Надоело дурням объяснять про «дважды два». Как они могли призвать народ на борьбу? По интернету? Прийти в Останкино и обратиться по телевизору с воззванием? Листовки по Москве расклеить? Думать хоть немного надо головой! Их охрана была их конвойными. Зато Берия – боролся за дело Сталина! Развалил уголовные дела, которые при Сталине и под его наблюдением были начаты – это так за дело Сталина боролся. Закрыл стройки, которые при Сталине в пятилетний план включены были – это он за дело Сталина так боролся! Развалил сталинскую пенитенциарную систему – это он за дело Сталина так боролся! Начал масштабную реабилитацию осужденных при Сталине высокопоставленных преступников – это он за дело Сталина так боролся! Полез конфиденциально совокупляться с югославскими ревизионистами, с которыми при Сталине даже дипломатические отношения были разорваны – это он за дело Сталина так боролся! Да еще и по ГДР высказался, после того, Сталин поставил точку в проблеме воссоединения Германии – это он за дело Сталина так боролся! «Последний рыцарь Сталина». Противно что-то. Мерзко.