К годовщине разгрома немцев под Москвой. Ч.5
А теперь о потерях немцев. У меня тот же источник: «За тот же период враг потерял убитыми, ранеными и пленными более 4-х с половиной миллионов человек.»
И как сегодня смеются над этими цифрами, озвученными Сталиным! А теперь открываем дневник Гальдера и там вы найдете подтверждение: к Москве вермахт докатился имея в частях 50% комплекта личного состава. Гальдер в своем Дневнике тоже приводит данные потерь вермахта, считая их в процентах от численности этого вермахта – 3,5 млн. Это они с 3,5 млн. напали на СССР? Ага! СС – не вермахт. Люфтваффе – не вермахт. Кригсмарине – не вермахт. Еще вспомогательные части. Союзники- финны, румыны, словаки, венгры… - не вермахт. Сколько войск было у немцев на момент нападения – никто точно назвать уже не может. По самым нормальным, на мой взгляд, оценкам – около 8 млн..
Были ли цифры, названные Сталиным, точными – наверняка, нет. Завышены. Сталин брал сведения из Генштаба, который потери противника учитывал по донесениям с фронта. В таких донесениях супостата всегда убивают больше, чем потом трупов на поле боя находят.
Но завышение было не особо принципиально высоким. Считаем: июль, август, сентябрь. Три месяца. За три месяца невозможно подготовить столько войск из резерва, чтобы заменить хотя бы половину выбывшей из строя армии. Призывников из резерва можно натаскать за полтора-два месяца, но здесь проблема – «натаскивателей» не хватит. Подготовка призыва требует большего (большего!) числа кадровых офицеров по отношению к общему числу военнослужащих, чем в воюющей части.
А если через три месяца после начала войны немцы могли наступать только на одном стратегическом направлении из трех, то, значит, соотношение сил между их войсками и РККА изменилось решающим образом. Если бы немецкие потери равнялись нашим, то и в октябре 1941 года вермахт пёр бы по всем направлениям. Или он не восполнял потери? Читайте Дневник Гальдера – в июле начали гнать войска на Восток из Франции.
Если мы допустим, что РККА смогла восстановить численность к осени 1941 года, восполнить половину убывшего состава (это трудно, но возможно), и уполовиненное число немцев – тогда понятно будет окончательно, почему немцы могли начать генеральное наступление только на Москву. Немцы уже не имели решительного преимущества ни на одном направлении. И это при том, что они, как и мы, потери восполняли из резерва и перебрасывая части из Франции.
Это так неумелая крестьянская РККА вступила в войну. Тупые же колхозники воевали, которые техники в глаза не видели. А немец – человек культурный.
Знаете, что прикольно? Культурный немец в то время, когда в СССР почти все колхозные поля пахали тракторами МТС, больше пахал германскую землю лошадями и быками. Далеко не каждый бауэр в глаза живой трактор видел.
Нет, я понимаю, что сегодня быть русским патриотом – это считать, что культурная нация русских в 1941 году гоняла по среднерусской равнине тряпками, которые обоссали культурные немецкие фрау…
И как сегодня смеются над этими цифрами, озвученными Сталиным! А теперь открываем дневник Гальдера и там вы найдете подтверждение: к Москве вермахт докатился имея в частях 50% комплекта личного состава. Гальдер в своем Дневнике тоже приводит данные потерь вермахта, считая их в процентах от численности этого вермахта – 3,5 млн. Это они с 3,5 млн. напали на СССР? Ага! СС – не вермахт. Люфтваффе – не вермахт. Кригсмарине – не вермахт. Еще вспомогательные части. Союзники- финны, румыны, словаки, венгры… - не вермахт. Сколько войск было у немцев на момент нападения – никто точно назвать уже не может. По самым нормальным, на мой взгляд, оценкам – около 8 млн..
Были ли цифры, названные Сталиным, точными – наверняка, нет. Завышены. Сталин брал сведения из Генштаба, который потери противника учитывал по донесениям с фронта. В таких донесениях супостата всегда убивают больше, чем потом трупов на поле боя находят.
Но завышение было не особо принципиально высоким. Считаем: июль, август, сентябрь. Три месяца. За три месяца невозможно подготовить столько войск из резерва, чтобы заменить хотя бы половину выбывшей из строя армии. Призывников из резерва можно натаскать за полтора-два месяца, но здесь проблема – «натаскивателей» не хватит. Подготовка призыва требует большего (большего!) числа кадровых офицеров по отношению к общему числу военнослужащих, чем в воюющей части.
А если через три месяца после начала войны немцы могли наступать только на одном стратегическом направлении из трех, то, значит, соотношение сил между их войсками и РККА изменилось решающим образом. Если бы немецкие потери равнялись нашим, то и в октябре 1941 года вермахт пёр бы по всем направлениям. Или он не восполнял потери? Читайте Дневник Гальдера – в июле начали гнать войска на Восток из Франции.
Если мы допустим, что РККА смогла восстановить численность к осени 1941 года, восполнить половину убывшего состава (это трудно, но возможно), и уполовиненное число немцев – тогда понятно будет окончательно, почему немцы могли начать генеральное наступление только на Москву. Немцы уже не имели решительного преимущества ни на одном направлении. И это при том, что они, как и мы, потери восполняли из резерва и перебрасывая части из Франции.
Это так неумелая крестьянская РККА вступила в войну. Тупые же колхозники воевали, которые техники в глаза не видели. А немец – человек культурный.
Знаете, что прикольно? Культурный немец в то время, когда в СССР почти все колхозные поля пахали тракторами МТС, больше пахал германскую землю лошадями и быками. Далеко не каждый бауэр в глаза живой трактор видел.
Нет, я понимаю, что сегодня быть русским патриотом – это считать, что культурная нация русских в 1941 году гоняла по среднерусской равнине тряпками, которые обоссали культурные немецкие фрау…