Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Книги.

Для тех, кто спрашивает, где можно купить книги.



"Троцкизм против большевизма"  - есть на ОЗОНе, можно приобрести у издателя непосредственно, что будет еще дешевле https://ruszamir.ru/catalog/trotskizm-protiv-bolshevizma/,  есть в продаже в "Библио-глобусе" и в "Московском доме книги", там уже заканчивается. Еще есть в "Молодой гвардии" https://www.dkmg.ru/tovar/1093549


"НАГЛАЯ АНТИСТАЛИНСКАЯ        
ПРОВОКАЦИЯ.

МИФ О БОЛЬШОМ ТЕРРОРЕ 37-ГО
               ГОДА".


Печатной книги пока нет. Условия получения ее электронной рукописи остаются прежними:

Для тех, кто хочет уже сейчас получить для прочтения рукопись: мне нужен от вас имейл и в каком формате хотите получить книгу (fb2. pdf. word). Заявки направлять по адресу  petr.balaev@mail.ru.
     Если есть желание заплатить за книгу - 500 рублей, ориентировочно. Можно больше, можно меньше, можно вообще не платить. Жизнь у всех нас не простая, я все понимаю. И объяснять мне только ничего, пожалуйста, не нужно. Мне нужен просто ваш имейл и название формата.
Для тех, кто будет переводить деньги:

карточка Сбербанка 2202 2005 3594 6089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582


Buy for 100 tokens
***
...

Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.38. Финская война.

  … Про макак я серьезно. Вполне осознаю, что вся эта катавасия вокруг войны с финнами и Великой Отечественной войны, в которой наши деды, плохо обученные колхозаны, героически большой кровью сопротивляются лучшим воинам планеты, живёт на гранты, выдаваемые именно за такой образ наших дедов. Но у всей этой грантожорной компании нет ума хоть как-то более-менее правдоподобно свои выкладки обосновывать. А когда с отдельными их представителями сталкиваешься, так и макак сравнением с ними обидеть боишься.
      Например, живет и творит на ниве исторической науки такой представитель рода приматов, как Олег Киселев. Любитель исследовать историю авиации Финляндии. Разумеется, итогом его исследователей стало противопоставление финских асов нашим колхозанам-авиаторам. Тех мало и обученных, а наших много необученных. Поэтому наша авиация в войне с финнами показала себя… малополезной.
    В моем блоге Олег Киселев хотел со мной прояснить один вопрос. Ему было непонятно, чем и как я доказал, что совещание с начальствующим составом по рассмотрению итогов войны должно было предшествовать докладу об итогах на Пленуме ЦК. Я ему даже не стал отвечать на этот вопрос. Я давно уже понял бесполезность вести с людьми такого уровня интеллекта дискуссии и споры. Еще на заре моей блогерской деятельности я написал короткую заметку о романе Булгакова «Мастер и Маргарита», в которой Михаила Афанасьевича назвал гениальным советским сатириком. Сатира Булгакова, действительно, гениальна. Особенно в этом романе. Автор сумел так тонко высмеять богемное окололитературное общество, подмешав в свою сатиру всякой философско-мистической чепухи, что представители этого общества, высмеянные в романе, стали поклоняться книге Булгакова, как культовой. Они даже не поняли того, что в этом романе открытым текстом Маргарита и Мастер – объекты издевательской сатиры автора. Я об этом написал.
  И я получил массу гневных отзывов за то, что … раскритиковал роман и Булгакова. Да-да, назвав автора гением, а роман гениальным. Разгневанные граждане мои высказывания в адрес Маргариты и Мастера, героев сатирического романа, восприняли как критику автора и романа.
   Казалось бы, причем здесь роман Булгакова и военные историки. Да при том, что уровень мыслительных способностей таких, как Олег Киселев, колеблется в районе защитников чести и достоинства Михаила Булгакова. Такие люди, будучи обученными грамоте и даже в высших учебных заведениях, ума, которого им хватало бы для адекватной оценки получаемой информации, в том числе при чтении, не получили.
   Олег Киселев прочитал мои выкладки о невозможности доклада об итогах до подведения итогов, но там ничего не понял. Он захотел дополнительного объяснения. Я же ему объяснял не стал. Я давно понял – это бесполезно. Один из моих товарищей прямо этому историку написал: всё было написано. «Где?» - спросил историк Киселев.
      Потом в комментариях я своему товарищу написал, что поведение этих историков, отстаивающих честь и достоинство финских и немецких тварей, вызывает подозрение, что их бабушки когда-то переспали с финнами или немцами, поэтому в крови потомков кипят унаследованные гены.
   Знаете, что дальше произошло? Киселев стал требовать у меня извиниться перед его бабушкой! Этот господин даже не понял, что его бабушка тут совершенно не причем. Это он, Олег Киселев, финская подстилка. Это ему нужно извиняться перед своей бабушкой, труженницей тыла. Группа таких же подстилок, которые активно задвигают о неудавшихся планах Советского правительства на скоротечное покорение Суоми, сами себе клеймо поставили подстилок Маннергейма, который придумал, что у наших наступающих войск финны захватили приказ не переходить границу Швеции, что война планировалась на две недели. И Маннергейм хвастался, что ему удалось войну перевести в затяжную, поэтому Финляндия отстояла свою независимость. И в 40-м отстояла, и в 44-м.
      Маннергейм, записав в своих мемуарах подобное, умственными способностями не отличался от таких, как Киселев. Он сам, не осознавая этого, выставил себя посмешищем. Ну хоть бы про 44-ый год промолчал, макака шведская, как он тогда осознал меру, степень, глубину и сам же стал браво изгонять немцев с финской земли, а закончилось тем что Финляндия объявила войну своему немецкому союзнику.
    И уж совсем крайним нахальством было со стороны барона утверждать, что в 40-м году против него Советы сосредоточили 65 дивизий. Сосредоточить-то сосредоточили, но против кого? И.В.Сталин это объяснил: «Если бы война продлилась и если бы в войну вмешалось какое-либо соседнее государство, мы имели в виду поставить по этим направлениям, где уже имеются готовые плацдармы 62 дивизии пехоты и 10 в резерве, 72 всего, чтобы отбить охоту вмешиваться в это дело. Но до этого дело не дошло».
    А дело не дошло потому, что Советское руководство даже не рассчитывало, что финны так быстро сдуются: «… считали, что возможно война с Финляндией продлится до августа или сентября 1940 г.».
     Т.е., правительство рассчитывало, что придется воевать до сентября, а Ворошилова сняли с наркома за то, что война в марте закончилась? Всё правильно. Именно так и было. В архивах хранится соответствующий документ, стенограмма заседания Политбюро в 40-м году:
«И.Сталин. Товарищи политбюровцы, сегодня я предлагаю разобрать персональное дело одного нашего товарища, которому мы все безгранично доверяли, но он наше доверие цинично не оправдал и поставил партию, правительство, весь советский народ в очень некрасивую позу. Речь идет о товарище Ворошилове, которого я сегодня на Политбюро не позвал, мы этот вопрос рассмотрим в его отсутствие. Почему в его отсутствие? Да это же головорез! Разве вы не знаете? Не дай бог обидится! Он же нас или саблей здесь порубает, или из нагана перестреляет. Поэтому – будем его песочить за глаза. Слово для доклада предоставляется товарищу Молотову.
В.Молотов. Товарищи, считаю своим долгом, как Предсовнаркома, доложить о том, в какое идиотское положение поставил нас мой подчиненный нарком обороны Ворошилов относительно войны с финнами. Присутствующие знают, что в планах нашего правительства было воевать с Финляндией в течение года и закончить войну сокрушительной победой, малой кровью и могучим годовым ударом. Чтобы этим прихвостням Гитлера мало не показалось. Как поступил товарищ Ворошилов? Товарищ Ворошилов, командуя нашей армией, зная о планах правительства, тем не менее сразу начал получать от Маннергейма звездюлей. Подставил войска под меткий огонь финских «кукушек»…
Голоса. А своих метких «Ворошиловских стрелков», гад такой, на войну не послал. С какой целью он их бережет?
В.Молотов. Я продолжу. Таким образом, через три месяца Клим потерпел от Маннергейма позорное поражение, наглядно продемонстрировав всему цивилизованному человечеству, что Красная Армия воевать всего один год, как это мы планировали, не в состоянии. Нанеся Ворошилову тяжелейшее поражение, опасаясь, что войскам под его общим командованием, которые просочились через линию Маннергейма, придется наносить еще раз тяжелое поражение на улицах Хельсинки, столицы Финляндии, если кто географию плохо помнит, финское правительство вынудило нас заключить непредусмотренный нашим пятилетним планом тяжелейший мир и навязало нам свои болотистые территории, содержание которых крайне обременительно для бюджета.
Голоса. Там комаров столько, что даже на пикник не выедешь! Вернуть их финнам нужно!
В.Молотов. Вам бы все на пикники ездить! А у меня пятилетний план под угрозой. По плану год на победную войну отводили, а этот … редиска этот за три месяца сдался финнам и куда теперь совать мне пятилетний план? Кобыле Буденного под хвост? Предлагаю изгнать Ворошилова с поста наркома обороны и отдать его следакам НКВД на расправу, как Блюхера. А наркомом – маршала Тимошенко. Маршал Тимошенко не виноват, что Клим им так командовал в этой войне.
И.Сталин. Ты бы, Вячеслав, шашкой так не махал. Тем более, что ты плохо владеешь боевым холодным оружием. А Клим владеет, и у меня нет желания испытать это владение на себе.
Голоса. Еще не надо забывать про его террористическую организацию «Ворошиловские стрелки»!
И.Сталин. Правильно, товарищи. Нужно трезво смотреть на ситуацию. Предложение Вячеслава я поддерживаю, только нужно как-то… деликатнее. Может дать Климу орден Ленина сначала?
Голоса. Дать! Да что ему этот орден? У него орденов полная гимнастерка на груди и еще дома в комоде запасные… Но дать надо, конечно.
Л.Каганович. Товарищи, как коммунист-еврей, иду на жертву. Предлагаю метро моего имени переименовать в имени Ворошилова.
И.Сталин. Моисеич, ты как обычно, что ни ляпнешь – всё мимо. Сам подумай: метро и маршал! Вот какой-нибудь корабль, эсминец или подводную лодку…
Голоса. Лодку не пойдет! Он гордый! Крейсер – минимум.
И.Сталин. Согласен. Назовем один из крейсеров нашего флота «Ворошилов». Достаточно ему?
А.Микоян. Мало. Как армянин предупреждаю – Клима этим не умаслишь. Что ему крейсер, если уже города его имя носят? Нужно бы еще что-нибудь для его полководческой славы придумать. Может летному училищу в Каче его имя присвоить?
В.Молотов. Идея. Академии Генштаба – имя Клима. Всё-равно там одни бараны учатся, которых немцы потом разобьют сначала и научат воевать, надеюсь. Так пусть они учатся в Академии имени Ворошилова.
И.Сталин. Кто – за? Единогласно. Расходимся?
Голоса. А должность? На пенсию отправим?
И.Сталин. Вот чуть не упустили. Спасибо, товарищи. Должность ему надо дать, конечно. Может, наркомом каким-нибудь вместо наркомата обороны? Вячеслав, есть вакансии в правительстве?
В.Молотов. Да все места заняты и свободных портфелей не имеется. Единственное – замом Предсовнаркома может?
И.Сталин. Так это же повышение! А ты его сам выгнать предлагал.
В.Молотов. Ну это я сгоряча. Буду терпеть. Куда ж деваться?!
И.Сталин. На этом считаю вопрос исчерпанным…
Л.Берия. Э-э, батоно Иосиф! Вы здесь все хитрожопые, как я погляжу. Скинули с себя проблему?! На кого? А всё на Берию! Всегда всё на меня, я за вас уже заманался тянуть всю работу.
В.Молотов. Ты чо пургу гонишь, ментяра? Бросай свои дешевые подкавырочки и по делу базарь.
Л.Берия. А ты на понт меня не бери, понял? Я и так по делу. Батоно Климентий Ефремович – человек военный и обидится, если кто-то вместо него станет главным военным. А обиженный он горячий. Возьмет и скажет: «А кто вместо меня наркомом обороны? А вот я возьму и этого карьериста всего саблей порежу!». А Берия потом отвечай перед партией, что не сохранил жизнь наркома обороны Тимошенко?
В. Молотов. И чо делать? Ты-то чо предлагаешь?
Л.Берия. А чо я? Ты эту муйню затеял, ты и предлагай.
И.Сталин. Чтобы вы без меня делали, щенки? Вечно всё за вас решать приходится. Вот такой вариант: Клима ставим на Председателя комитета обороны при Совнаркоме. И нарком обороны будет у него в подчинении. Как вам вариант?
Голоса. Принимается. Коба- гений! Да здравствует Великий Вождь Сталин!
И.Сталин. Тогда выносим резолюцию. Диктую: «За развал армии и позорное поражение в войне с белофиннами Политбюро ЦК ВКП(б) постановляет: Климента Ворошилова с поста наркома обороны снять и повысить в должности до заместителя председателя Совета народных комиссаров, возложив на него руководство наркомом обороны в Комитете обороны при СНК. За проявленное раздолбайство и пофигизм при исполнении должностных обязанностей в качестве Главнокомандующего войсками в войне с белофиннами наградить Ворошилова орденом Ленина, присвоить его имя Академии Генштаба и назвать крейсер Черноморского флота «Ворошилов». Пусть подавится, сволочь. Ничего, пройдет время и я ему все припомню. Он еще у меня в английских шпионах походит…».




Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582

Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.37. Финская война.

     … Да, а Мерецкову же поставили задачу штурмовать линию Маннергейма. Без разведки. В стенограмме Совещания встречаются сожаления командиров на плохую разведку. Особенно те сожалели, кто, как метко выразился товарищ Сталин, рапортовали партии Ленина-Сталина о героизме своих войск, находившихся в окружении. Некоторые так даже доходили до отрицания существования у нас военной разведки.
     Именно начав разбираться с разведкой, я понял, как сочинялся неопубликованный доклад Ворошилова. Конечно, Ворошилов и Сталин к его написанию никакого отношения не имеют, потому что они ставили задачу Мерецкову прорвать линию Маннергейма без разведки. Сочинитель, подозреваю, носил фамилию Мироненко, а псевдоним Жухрай и почерком Сталина на своем сочинении понаписал всяких замечаний. А так как дедок был обладателем не очень выдающегося интеллекта, да еще и с некоторой степенью прибабахнутости, но он ничего лучшего не придумал, как взять положения из речей выступавших начальников, в которых те жаловались на отсутствие разведки, неготовность, отсутствие концентратов и валенок и на основе этих положения сочинил неопубликованный доклад. А потом еще и Постановление ЦК от 1942 года. Там одна рука.
       Но в своих выступлениях и Мерецков, и начальник Генштаба Шапошников, в чьем ведении была разведка РККА, ничего об отсутствии разведки не говорили. Они говорили о недостатке разведданных о долговременных оборонительных сооружениях финнов. И не только о них одних, а еще о составе финских формирований. Они говорили о недостатке агентурных данных.
     Да, конечно, это провал в работе разведки. Вот к Гитлеру удалось подсадить красивую актрису Ольгу Чехову, которая ночью даже под кроватью, на которой Ева Браун скучала с импотентом Адольфом, лежала и слушала, как фюрер компенсировал свою мужскую несостоятельность рассказами о планах завоевания мирового господства. Под кровать к Маннергейму никого не удалось положить. Больше красивых актрис-шпионок у нас не было.
      Если серьезно, то агентурные сведения о военных планах противника, укреплениях, вооружениях и прочих особо охраняемых секретах – такая вещь, что особо на нее рассчитывать не стоит. Эти секреты относятся к роду особо охраняемых, поэтому получить о них достоверные агентурные сведения почти всегда – удача, везение. И там еще есть вопрос об их достоверности, насчет намеренной дезинформации, которую агенту могла подсунуть контрразведка врага.
    Зато есть другой вид разведки на войне, которая даёт почти абсолютно объективные сведения о противнике. Этот вид разведки широко применялся еще в Гражданскую Ворошиловым и Буденным в Первой Конной армии. В книге о Ворошилове я приводил высказывание белого генерала, который хвалил разведку нашей Конармии. У Ворошилова с Буденным всегда впереди шли целые эскадроны в качестве разведывательных подразделений, эти эскадроны не только наблюдали противника, но и постоянно ввязывались с противником в бой, прощупывая его силы. Называется этот  вид разведки – разведка боем. Благодаря тому, что именно такой вид разведки в Конармии был хорошо поставлен, буденовцы всегда действовали с «открытыми глазами», как писал белый генерал.      
       И разведка боем широко использовалась во время Великой Отечественной войны. Весьма широко. Разве кто-нибудь может сказать, что во время ВОВ наша армия не имела разведки? Ведь именно разведка боем – это уже разведка.
     А Мерецкову поставили задачу прорвать линию Маннергейма без разведки! Почему ему не поставили задачу провести разведку боем укреплений врага? И не только Мерецкову, кстати. Может товарищ Сталин ответит нам на этот вопрос:
«Мы не раскрывали карты, что у нас имеется другая цель - создать плацдарм, произвести разведку. Если бы мы все карты раскрыли, то мы расхолодили бы наши армейские части».
      Есть вопросы еще к тому неопубликованному докладу Ворошилова, в котором он говорит об отсутствии разведки? Согласитесь, что по этому докладу может быть единственный вопрос – вопрос к профессиональной компетенции тех, кто им пользуется в качестве источника.
      И получается, если верить Сталину, что никакого неудачного штурма линии Маннергейма на первом этапе войны с финнами не было. Мерецкову специально была поставлена задача прорвать ее, чтобы «не расхолодить армейские части», чтобы он всерьез ее прорывал. Он ее всерьез и прорывал, а по его войскам лупили из всех ДОТов финны, в результате вся линия их обороны была вскрыта. А в это время за спиной атакующих Тимошенко производил концентрацию войск на отвоеванном плацдарме, которые уже и должны были прорвать оборону финнов, вскрытую разведкой боем.
Так о каком неудачном первом этапе той войны, о неудачном прорыве линии Маннергейма, талдычат, как попки, все наши военные историки? О разведке боем? Так разве она неудачной была, разве после нее Тимошенко не опрокинул оборону Маннергейма?
      У нас есть много маркеров, которые позволяют определять профессиональную… Профессиональную? Нет, умственную полноценность военных историков. Неудачный первый период финской войны – это еще один маркер. Любой из остепененных человекообразных приматов, повторяющий эту чушь,  должен быть исключен из сообщества военных историков и переведен в категорию… Да я боюсь не то, чтобы шимпанзе, даже макак обидеть сравнением их с нашими военными историками…


Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582

Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.36. Финская война.

          …Из того, что в своем заключительном слове сказал Иосиф Виссарионович на Совещании вытекает совершенно не то, что преподносит нам историческая наука о «зимней» войне. До такой степени «совершенно не то», что почти до противоположного.
     Во-первых, повторюсь, сама неподготовленность войск РККА к войне вытекала не из того, что планировалось закидать финнов буденовками (шапок-ушанок еще не было в Красной Армии), не из недооценки противника, а из сложившихся международных условий и имеющегося театра военных действий. Если бы наше правительство объявило мобилизацию и начало ее проводить, затратив на нее довольно значительное время, оно этим показало бы свое намерение начать войну, дало время союзникам для оказания противнику помощи. В результате конфликт мог перерасти в войну с целой коалицией государств. Но даже мобилизация не решила бы проблему с отсутствием плацдармов для развертывания войск, их негде было элементарно размещать, особенно на единственном стратегическом направлении в районе Карельского перешейка. Там можно было развернуть дивизии только в самом Ленинграде, настолько близко граница подходила к городу. Прямо на Невском проспекте поставить пушки и расположить склады боеприпасов и ГСМ?
     Казалось, у советского командования ситуация патовая. Мобилизация давала финнам и их союзникам время на создание коалиции и переброску коалиционных сил. И даже отмобилизованную армию негде было развертывать. Но всё пошло не так для финнов, поэтому даже через много лет в мемуарах Маннергейма панические строки – Советы неожиданно начали быстро продвигаться от границы.
     Наше командование, а Ставку нашего Главнокомандования возглавлял Ворошилов, приняло решение начать наступление еще до мобилизации и предварительной подготовки, силами, имеющимися в округах по штатам мирного времени, не обладая преимуществом в силах перед финской армией. И сразу с пяти направлений.
    И тут бы гордиться нашим историкам-патриотам, как они себя обозначают, тем, как воевала Красная Армия в начале войны, но вместо гордости – обвинения в адрес наших бойцов и командиров в неумелости.
     В результате начавшегося наступления с пяти направлений, наша Ставка лишила Маннергейма возможности маневрирования резервами, финские войска оказались растасканными и связанными на обширном театре военных действий, что дало возможность нанести главный удар на Карельском перешейке. Что-то это вам, наверно, напоминает из 1942 года? Я не прав?!
       И ведь не просто по полю гнали финнов до линии Маннергейма! Всё предполье перед ней было подготовлено к обороне, перекопано, перемотано колючей проволокой, насыщено ДЗОТами и сплошь заминировано. Сам Маннергейм писал, что даже все леса были заминированы. И если бы финские бойцы и командиры представляли бы из себя равноценную по уровню подготовки и воинского мастерства силу для наших, то они наших дедов еще на предполье умыли бы кровью. Но 7-я армия К.А.Мерецкова, не имея даже не трехкратного, положенного в наступлении, преимущества, а вообще его не имея, продвигалась со скоростью до 7 км в сутки. По сплошь укрепленной и заминированной местности.  И она не только не истекла кровью, но полностью очистив предполье от финнов, создав плацдарм для развертывания войск, прибывающих из резервных округов и отмобилизованных войск, еще и начала штурм долговременных оборонительных позиций в соответствии с поставленной Мерецкову задачей.
      Но как связать добротную оперативно-тактическую подготовленность войск Ленинградского округа, подготовку наших бойцов и командиров, которая выявилась на первом этапе войны, с тем что были репрессированы разные уборевичи и тухачевские, в результате в Красной Армии остались одни тупые командиры-лошадники? Да никак, разумеется. Поэтому нам отводят глаза на локальные неудачи на других направлениях, где наши соединения, гораздо более слабые, попадали в финские засады и несли потери. Что ни читаешь о той войне, так там всё переполнено этими окружениями-обморожениями. А Сталин об этих «славных победах» войска Суоми сказал так: «Оборона с глубокой фетишизированной верой, верой в неуязвимый край. Я не могу назвать такую армию современной. На что она способна и чему завидовали отдельные товарищи? На небольшие выступления, на окружение с заходом в тыл, на завалы, свои условия знают и только. Все эти завалы можно свести к фокусам. Фокус - хорошее дело - хитрость, смекалка и прочее. Но на фокусе прожить невозможно. Раз обманул - зашел в тыл, второй раз обманул, а третий раз не обманешь. Не может армия отыграться на одних фокусах, она должна быть армией настоящей. Если она этого не имеет, она неполноценна. Вот вам оценка финской армии»…
     
     



Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582


Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.35. Финская война.

      … Вернемся к выступлению Сталина. Начал Иосиф Виссарионович с того, что объяснил причины войны с финнами:
«Правильно ли поступило правительство и партия, что объявили войну Финляндии? Этот вопрос специально касается Красной Армии.
Нельзя ли было обойтись без войны? Мне кажется, что нельзя было. Невозможно было обойтись без войны. Война была необходима, так как мирные переговоры с Финляндией не дали результатов, а безопасность Ленинграда надо было обеспечить, безусловно, ибо безопасность есть безопасность нашего Отечества. Не только потому, что Ленинград представляет процентов 30-35 оборонной промышленности нашей страны и, стало быть, от целостности и сохранности Ленинграда зависит судьба нашей страны, но и потому, что Ленинград есть вторая столица нашей страны. Прорваться к Ленинграду, занять его и образовать там, скажем, буржуазное правительство, белогвардейское, - это значит дать довольно серьезную базу для гражданской войны внутри страны против Советской власти».

         Почему-то это положение из его выступления опускается при анализе причин войны, при рассмотрении важности обеспечения безопасности Ленинграда. Вторая столица. Это мы сегодня уже привыкли к Москве, как к столице. Но в 1939 году Ленинград был не просто культурной столицей. Представляете, насколько опасно было положение города у самой границы для Советского Союза?
      Дальше Иосиф Виссарионович продолжил: «Второй вопрос, а не поторопилось ли наше правительство, наша партия, что объявили войну именно в конце ноября, в начале декабря, нельзя ли было отложить этот вопрос, подождать месяца два-три- четыре, подготовиться и потом ударить? Нет. Партия и правительство поступили совершенно правильно, не откладывая этого дела и, зная, что мы не вполне еще готовы к войне в финских условиях, начали активные военные действия именно в конце ноября, в начале декабря».
     Это уже был ответ на многочисленные выступления во время Совещания командиров, которые сетовали на недостаточную подготовленность войск и тыла с прямыми упреками в адрес наркомата Обороны.  Валенков, видите ли, не хватало. Нужно отметить, что на совещании начальник снабжения Красной Армии Хрулев высказался насчет валенок. В действительности, их всем хватало, даже с излишком. Только сами командиры не знали, что у них на складах лежит и развели панику насчет нехватки, в результате чего стали приниматься даже экстренные меры по производству валенок, которых и так было запасено в избытке. Но я бы даже не стал этот момент ставить в вину командующим округам и армий. Война началась для всех неожиданно, поэтому бардак во многих случаях был обусловлен срочностью. Паника, одним словом. Прямо вчера нужно было собираться. В спешке всегда такие моменты возникают.
     Но, согласитесь, как-то слова Сталина не совсем стыкуются с некоторыми положениями неопубликованого доклада Ворошилова на Пленуме, который еще, к тому же, сам Сталин лично правил: «Начиная войну зимой, войска не были должным образом обмундированы, оснащены и снабжены для действий в суровых зимних условиях».
     Так ведь знали же, что не готовы! Но спешить надо было. Ворошилов в этом виноват или непредвиденные обстоятельства, которые вынуждали начать войну неподготовленными? «Все это зависело не только от нас, а скорее всего от международной обстановки».
     Еще из неопубликованного доклада Ворошилова:
«Стрелковых войск, артиллерии и танков, сосредоточенных на Карельском перешейке и в Карелии к началу военных действий, было явно недостаточно для того, чтобы прорвать укрепленную линию на Карельском перешейке и разгромить финляндскую армию.
     Не зная как следует противника и театра военных действий, мы считали возможным применение наших тяжелых дивизий и танковых войск на всех участках финляндского театра».

     И опять сам Сталин, якобы лично правивший этот доклад, его же в пух разносит:
«Третий вопрос. Ну, война объявлена, начались военные действия. Правильно ли разместили наши военные руководящие органы наши войска на фронте. Как известно, войска были размещены на фронте в виде пяти основных колонн. Одна наиболее серьезная колонна наших войск - на Карельском перешейке. Другая колонна наших войск и направление этой колонны - было северное побережье Ладожского озера с основным направлением на Сердоболь. Третья колонна - меньшая - направлением на Улеаборг. Четвертая колонна - с направлением на Торнио и пятая колонна - с севера на юг, на Петсамо.
Правильно ли было такое размещение войск на фронте? Я думаю, что правильно»

     Войск на Карельском перешейке недостаточно было, как каялся Ворошилов под редакцией Сталина? А куда эти войска можно было воткнуть, если плацдарма не было, и Сталин это объясняет: «Во всяком случае, расположение войск на Карельском перешейке преследовало три цели: создать серьезный заслон против всяких возможностей и случайностей против Ленинграда; во-вторых, устроить разведку территории и тыла Финляндии, что очень нужно было нам; и в-третьих, создать плацдарм для прыжка, куда войска будут подвезены».
     Господа историки, вы теперь сами определяйтесь, что у вас в архивах фальшивка – неопубликованный доклад Ворошилова или стенограмма Совещания. Эти два документа между собой никак не стыкуются.
    А если они оба не фальшивки, то история весьма дикая получается. Сначала Сталин правит доклад Ворошилову, в котором перед Пленумом ЦК Климент Ефремович предстает человеком, «профукавшим полимеры», а перед начальствующим составом РККА сам Сталин встает на его защиту, объясняет всё про «полимеры». Да так логично объясняет!..
Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582


Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.34. Финская война.

     А заключительное выступление Сталина совсем никак уже не ложиться в устоявшуюся версию о вине Ворошилова за неготовность наркомата к войне и совсем ни в какие ворота не лезет устоявшееся представление о двух этапах «зимней» войны, первым из которых был неудачный штурм линии Маннергейма. Господа историки, вы сами читаете хотя бы те архивные документы, которые публикуете? Или совсем не хватает ума понять, что в них написано? Впрочем, поговорка «читаю книгу – вижу фигу» не совсем про вас. Упёртость в непонимании того, что написано, в данном случае вызывает у меня подозрение в желании получать бонусы от стороны, которая прямо занимается попытками возродить реваншистские настроения в Финляндии. Судя по тому, какую активность проявляют финские военные историки и определенные политические круги Финляндии в последние годы, горячим парням не терпится попробовать еще раз пробежаться по полю с граблями. Мешает только полученный опыт в 40-х годах, когда они уже два раза попробовали. Поэтому опыт там творчески перерабатывается. Финнов, которых опыт поражений привел в миролюбивое настроение, в соответствии с идеологией реваншизма, нужно теперь привести в состояние боевой агрессивности. Для поднятия боевого духа, опущенного Красной Армией в район нулевой отметки, необходимо пересмотреть историю своих поражений так, чтобы они выглядели победами. Нас принудили к миру и заставили подписать его на условиях противника? Ну и что?! Зато нас не победили, а русских мы наложили целые штабеля, они поэтому и заключили с нами мир, что мы не сдались, а у них все войска убиты были.
          А если еще победившая сторона (настоящая победившая сторона) согласна с этим, то тогда себя героями чувствовать совсем нет препятствий. Тогда – «если нужно – повторим» даже. Поэтому представителям победившей стороны можно и бонусов отослать, чтобы стимулировать пробуждение чувства «исторической объективности». Даже музеи их финансировать, если в этих музеях будет экспозиция: «Задача этой новой музейной экспозиции – рассказать общественности о войне 1939-40 годов, увековечить память тех, кто сражался на финской войне – как советских, так и финских воинов, и дать возможность молодым людям по обе стороны границы задуматься о ценности мира».
      «…молодым людям по обе стороны границы задуматься о ценности мира». Нам-то, находящимся по нашу сторону границы, чего о ценности мира задумываться? Это разве наши деды мечтали о Великой Финляндии с границами далеко за Ленинградом? Я привел цитату, как вы сами поняли, не с финского сайта, а с сайта музея Карельского перешейка, создатель которого российский гражданин Баир Иренчеев, ведущий бизнес в Финляндии. Еще один наш «Коля с Уренгоя». Увековечить память как советских, так и финских воинов! Баир-Коля, тебя не напрягает, что недобитые на той войне финские воины через год с небольшим вместе с их союзниками творили такое на нашей земле, что волосы на голове шевелятся, когда с их «подвигами» знакомишься?
       Увековечивайте. Поиграйте с историей и памятью народа. Ставьте памятники и финнам, и немцам. Посмотрим, как это поможет задуматься о ценности мира. Сволочи…
    


Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582

Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.33. Финская война.

      … Из чтения стенограммы складывается впечатление, что с каждым днем и с каждым выступающим раздражение И.В.Сталина всё возрастало и возрастало. Выяснялось, что некоторые командиры так и не поняли, что от них требовалось, они никак не могли понять, что из себя представляет та армия, в которой они служили. Им видите ли, не хватало валенок и лыж, наркомат плохо армию к войне подготовил, сухарей вовремя не завезли… Всё своё раздражение Иосиф Виссарионович выплеснул в своей заключительной речи. Заключительное выступление Сталина – это выступление до крайности раздраженного человека.
      Забегая вперед – Крымская катастрофа 1942 года. Мы с вами не говорим о катастрофе РККА на начальном этапе ВОВ, не та сторона катастрофу потерпела, но у нас был целый ряд поражений и неудач, которых не должно было случиться. Локальные катастрофы. Понятно, что ни в какой большой войне с сильным противником не может быть одних побед. Но то, что случилось в Крыму, не должно было произойти. Поражение армии Козлова от Манштейна не имеет объективных причин. Причина сугубо субъективная.
      Последний день заседания. К трибуне выходит полковник Мамсуров из 5-го управления наркомата:
«Я командовал особым отрядом лыжников 9-й армии. Прежде чем сказать по вопросам, о которых я хотел бы говорить, мне хочется остановиться на таком моменте. Я слушал выступление тов. Чуйкова, и мне непонятно, почему тов. Чуйков на вопрос тов. Сталина ответил неправдой…»
       Во время выступления Чуйкова Сталин задал ему вопрос: вам никто не мешал командовать?  Чуйков ответил: нет. Именно этот его ответ Мамсуров назвал неправдой: «Я думаю, что из всех, кто был в 9-й армии, мало кто знал, кто командующий в этой армии. Думаю, что 90% командного состава до сих пор не знают, кто у них был командующий армией. Мне кажется, что такое положение, когда членом Военного совета армии назначен зам. наркома, немножко было неправильное положение и оно отражалось на роли командующего. Когда командующий вынес решение по вопросу использования отряда, оно оказалось недействительным с приходом члена Военного совета армии. Вообще в штабе армии говорили, что зам. наркома здесь хозяин, а командарм не может решать вопросов»
Зам. Наркома и член Военного совета армии – Мехлис. Он сразу отреагировал на слова Мамсурова: «Может быть, вы назовете это решение».
     И дальше началась на совещании перепалка:
«МАМСУРОВ. Начальником штаба армии тов. Никишовым мне было передано приказание Военного совета армии идти на выручку 54-й дивизии. Мне было сказано, что я должен взять из лыжных батальонов людей на усиление своего отряда. Командующий армией мне дал это приказание в своем кабинете. Вы вошли и сказали: "Ни одного человека не дам!" А я уже получил приказание. Командующий армией встал и сказал: "Товарищ зам. наркома, вы сказали, что не дадите ни одного человека!"
МЕХЛИС. Ничего подобного, от начала до конца сплошная, сплошная ложь.
МАМСУРОВ. Тов. Чуйков и Никишов могут подтвердить.
МЕХЛИС. Я знал, что тов. Проскуров посылает вас и чтобы выяснить положительные стороны отряда, поручил тов. Рыкову созвать совещание и доложить о положительной работе отряда. Это все клевета, я вас видел один-два раза.
МАМСУРОВ. Мне клеветать нечего. Я говорю то, что есть.
МЕХЛИС. Это сплетня».

       Насчет клеветы и сплетни сам Сталин осадил Мехлиса: «О клевете не может быть и речи. Тов. Мамсуров говорит, тов. Рычагов говорил и мое такое мнение. Я должен сказать, что у нас собирался Военный совет и мы с тов. Ворошиловым были такого же мнения».       
      Уж на что Василий Чуйков известен, как волевой и жесткий командир, но и его Мехлис сумел подмять под себя, в результате, как рассказал Мамсуров, в армии Чуйкова сложилась такая обстановка: «Я видел на практике ненормальное положение в работе целого ряда командиров батальонов, когда я шел на лыжах выполнять задачи. Так, у командира батальона человек 10 стоит и контролирует его работу, и неизвестно, кто из них командир батальона или командир части: тут представитель штаба дивизии - если не два, так три, представитель штаба корпуса, представитель ПУАРМа, представитель газеты армейской, в общем человек 10 наберется и командир батальона. Вот я знаю два случая, когда командир отходил в сторону и мне говорил, я не знаю, что делать, бросить часть, пусть сами командуют. Вот такое положение имеется».
       Понятно, что если член Военного совета армии вместо помощи командиру (кстати, член Военного совета Сталин при Главнокомандующем Ворошилове себя вел соответствующим образом, не подменял Главкома), стал контролером, то во всей армии сразу за каждым командиром развелось по своре контролеров. И это при Чуйкове. Что было в Керчи при гораздо более мягкохарактерном Дмитрии Тимофеевиче Козлове можно себе представить. Василий Иванович за командование 9-ой армии получил на совещании заслуженное от Сталина: «…посылались телеграммы - партии Ленина - Сталина, сидели, кормили дармоедов. Как у вас, еще героев нет?».
     Но сам Мехлис никаких выводов, как показала жизнь, не сделал. Когда они с Козловым после Керчи стояли перед Сталиным и оправдывались, одному было сказано, что он всё-таки являлся командующим армией и он несет ответственность за армию, а Мехлису – вы не контролером за командующим были поставлены…
Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582


Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.32. Финская война.

       Странно в стенограмме выглядит то, что сам нарком Ворошилов присутствовал только на заседаниях первых дней. Куда он был отозван с заседания – в стенограмме нет объяснения, хотя, председательствующий должен был объяснить собравшимся причины отсутствия их прямого начальника. А у меня из текстов докладов выступающих возникло подозрение, что Сталин сам попросил своего друга на совещании не присутствовать. Такое возможно. Начальствующий состав РККА – прямые подчиненные наркома. Их могло стеснять присутствие прямого начальника. Это хорошо из стенограммы видно. Выступления в дни, когда Ворошилов присутствовал, очень сильно отличаются от того, что говорили в его отсутствии. Во-первых, на совещании началась натуральная грызня, как будто исчез какой-то сдерживающий фактор.
     Во-вторых, сразу выявились подхалимы, у которых через слово пошло «под руководством великого Сталина». Особенно в этом плане выделялись те, о ком в справочнике к стенограмме значится «необоснованно репрессирован». Например, командарм 2-го ранга Штерн, командующий 8-ой армией: «ШТЕРН. Тов. Сталин, только Вы, при Вашем авторитете в стране, могли так необыкновенно быстро поставить все на службу победе и поставили, и нас подтянули всех и послали лучшие силы, чтобы скорее одержать эту победу. Это же факт, что мы использовали артиллерию, как Вы нам говорили, за авиацию Вы нас били очень крепко, и авиация резко подняла свою работу, начав действовать как Вы указали, и все прочее, ведь все здесь это знают, было именно так, как я сейчас сказал».
   А выступление своё Штерн начала так: « Я командовал 8-й армией с 16 декабря до конца войны. 8-я армия не может похвалиться большими успехами, как армии Северо-Западного фронта, находившиеся под командованием тов. Тимошенко и члена Военного совета фронта тов. Жданова. 8-я армия в непрерывных тяжелых боях нанесла финской армии огромные потери, но поставленной ей главным командованием задачи выполнить полностью не сумела.
Правда, мартовское наступление, которое мы основательно готовили по детально указанному лично тов. Сталиным замечательному плану, наступление, по которому из восьми дивизий армии шесть дивизий, около 90% артиллерии и вся авиация наносили мощный удар на узком фронте, начало успешно развиваться.
План, данный 8-й армии тов. Сталиным, является примером смелого сосредоточения максимума сил на главном направлении. Особенно интересны и оригинальны указания тов. Сталина по оперативному и тактическому использованию артиллерии при прорыве. Хотя это наступление не было нами в связи с заключением мира доведено до конца, высшему командному составу РККА необходимо изучить указания тов. Сталина по этому плану и самый план и ход Лоймоловской операции».

      Конечно, армия полностью выполнить задачу не сумела, но ведь она действовала по гениальному плану товарища Сталина и по его указаниям. Кто виноват, что армия полностью задачу не выполнила?
    Еще армия Штерна отличилась тем, что ее 56-ой корпус попал в окружение и оставался там почти до конца боевых действий, понеся тяжелые потери. Попал по вине командарма, прозевавшего возможность своевременного отвода корпуса. И когда Штерн начал оправдываться, Сталин саркастически спросил:
«Товарищ Штерн, у нас в уставе или в наставлении нет ли специального раздела, что должна делать часть, если она окружена?»
«ШТЕРН. Есть, товарищ Сталин, в уставе. Она должна прорваться из окружения. Но сейчас на основе этой войны и целого ряда эпизодов других войн надо будет раздел боя в окружении основательно расширить и отработать».
Дальше началась натуральная комедия. Оказывается, что во всем был виноват и командующий Ленинградским округом К.А.Мерецков. Все виноваты, только не сам Штерн.
«Штерн. Какую обстановку, я, новый командующий, застал, прибыв в 8-ю армию.
8-я армия в первые недели войны попала в тяжелое положение. Театр военных действий по-настоящему подготовлен не был, я бы сказал, ни в каком отношении. Первоначальный оперативный план командования 8-й армии, утвержденный командованием Ленинградского военного округа, был неправильный».

Дальше началась такая перепалка, что ее нужно привести целиком:
«Штерн. Войск для столь широкого и хорошо оборудованного для обороны фронта и для столь важного направления было слишком мало. Всего шесть дивизий, наступавших по пяти изолированным одна от другой дорогам на тристакилометровом фронте. К моменту моего вступления в командование все эти шесть дивизий были в бою до последней роты и имели тяжелые потери. Я товарищам потом покажу эту обстановку на схеме, чтобы сейчас не терять времени. В армии было только около 10 СБ и примерно столько же истребителей. Это в армии на важнейшем направлении, в армии, которая должна была освободить наши войска Карельского перешейка от штурма линии Маннергейма и могла это сделать, если бы там было сосредоточено сразу дивизий 14-15 и эти дивизии пошли бы не растопыренными пальцами, и примерно, в соответствии с тем планом, который дал потом тов. Сталин, т.е. двумя-тремя настоящими сильными группами.
МЕРЕЦКОВ. Еще Суворов говорил, что воюют не числом, а умением.
СТАЛИН. Чего же вы все время просили подвоза дивизий, если воюют не числом?
ШТЕРН. Тов. Мерецков, я рад учиться у тебя.
МЕРЕЦКОВ. Я говорю, что Суворов говорил.
ШТЕРН. Давай говорить прямо, ты хорошо прорвал линию Маннергейма.
МЕРЕЦКОВ. Не я.
ШТЕРН. Фронт был под командованием тов. Тимошенко, но ты там командовал 7-й армией...
ГОЛОС. Тимошенко ему много помогал.
СТАЛИН. Все друг другу помогали.
ШТЕРН. Тов. Тимошенко наша армия знает очень хорошо, так, что не наше дело здесь делить, но нужно сказать прямо, тов. Мерецков, тебя наградили крепко, по заслугам, все мы тебя целуем и поздравляем, но, тов. Мерецков, подготовил ты, правда (не один ты виноват, многие были виноваты) эту войну плохо.
МЕРЕЦКОВ. Я просил, чтобы меня перевели в 8-ю армию, когда там были окружения.
ШТЕРН. Тов. Мерецков, то, что хорошо, то хорошо, а что плохо, то плохо. Я сделал ряд ошибок в армии, я о них говорю, так как понимаю, если плохо понимаю, меня вразумят и мне разъяснят.
СТАЛИН. Он хочет сказать, округ-то ваш, Ленинградский, а подготовили войну плохо.
ШТЕРН. В 8-й армии было к моему вступлению в командование два корпуса 1-й и 56-й. О положении 56-го корпуса я уже сказал. 1-й корпус (139-я и 75-я дивизии) был уже сильно побит и отходил в беспорядке, так что сразу по приезде мне пришлось вместе с находившимся в армии тов. Куликом ехать в 1-й корпус и организовывать его вывод из боя и наведение хоть какого-нибудь порядка.
Я продолжаю и об обстановке. Командование 8-й армии, абсолютно не считаясь с обнаруженным и все возрастающим сопротивлением противника, истощением войск, огульно требовало только наступления. Резервов не было буквально ни одной роты на всю армию, и в таких условиях соответствующая директива была, Кирилл Афанасьевич, очень крепкая и от вас.
МЕРЕЦКОВ. Вы страховаться умеете. Я смотрю, что противник в двух километрах, а вы 600 орудий бросаете; двух батальонов достаточно, чтобы их отвести. Вот смотрите - открытые фланги, кто же будет идти на прорыв в этой обстановке. Философствуете, философию разводите, 600 орудий бросили».

      Тут уже у Штерна окончательно подгорело:
«Штерн… Нечего греха таить, товарищи, начинали мы с вами в этой войне не блестяще. И то, что мы добились относительно быстрой, в труднейших условиях, исторической победы над финнами, этим мы обязаны, прежде всего тому, что тов. Сталин сам непосредственно взялся за дело руководства войной, поставил все в стране на службу победе. И "штатский человек", как часто называет себя тов. Сталин, стал нас учить и порядку, прежде всего, и ведению операций, и использованию пехоты, артиллерии, авиации, и работе тыла, и организации войск.
СТАЛИН. Прямо чудесный, счастливый человек! Как это мог бы сделать один я? И авиация, и артиллерия...
ШТЕРН. Тов. Сталин, только Вы, при Вашем авторитете в стране, могли так необыкновенно быстро поставить все на службу победе и поставили, и нас подтянули всех и послали лучшие силы, чтобы скорее одержать эту победу. Это же факт, что мы использовали артиллерию, как Вы нам говорили, за авиацию Вы нас били очень крепко, и авиация резко подняла свою работу, начав действовать как Вы указали, и все прочее, ведь все здесь это знают, было именно так, как я сейчас сказал».

     Обосновано это тело было репрессировано или нет… Но, согласитесь, этого кадра к командованию войсками в следующей войне категорически нельзя было допускать…


Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582


Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.31. Финская война.

        Из всех участников того совещания оставили воспоминания 5 человек: К.А.Мерецков, Н.Н.Воронов, А.Ф.Хренов, И.П.Рослый, И.В.Ковалев. Еще Чуйков писал мемуары, но он в них этого периода не касался. Ему, наверно, не очень хотелось вспоминать, как Сталин его отодрал на том Совещании и прямо назвал тем, кто никак не может перестроиться, продолжает воевать, как в Гражданскую.
        Только у Кирилла Афанасьевича в мемуарах вообще нет упоминания об этом совещании.
Воронов Н.Н. На службе военной. — М.: Воениздат, 1963: «В конце марта состоялся Пленум Центрального Комитета партии, который уделил много внимания рассмотрению уроков войны. Он отметил серьезные недостатки в действиях наших войск, в организации воспитания и обучения воинов. Мы еще не научились использовать все возможности новой техники. Критиковалась нечеткая работа тыла. Войска были плохо подготовлены к действиям в лесах, в условиях сильных морозов и бездорожья. Партия требовала всесторонне учесть боевой, опыт, накопленный на Хасане, Халхин-Голе и Карельском перешейке, совершенствовать вооружение, улучшить организацию и обучение войск. Возникла необходимость срочно переработать уставы и наставления, привести их в соответствие с требованиями современной войны».
Опять этот Пленум. Но нужно учитывать, что мемуары Главного маршала артиллерии из себя представляют: «Сталин по-прежнему полагал, что война между фашистской Германией и Советским Союзом может возникнуть только в результате провокации со стороны фашистских военных реваншистов, и больше всего боялся этих провокаций. Как известно, Сталин любил все решать сам. Он мало считался с мнением других. Если бы он собрал в эти дни военных деятелей, посоветовался с ними, кто знает, может быть, и не произошло бы трагического просчета.
Сталин, безусловно, совершил тогда тягчайшую ошибку в оценке военно-политической обстановки, и по его вине страна оказалась в смертельной опасности.
Огромных жертв стоила советскому народу эта ошибка.
Во многом был виновен и Молотов, с декабря 1930 года занимавший должность Председателя Совета Народных Комиссаров и председателя Совета труда и обороны, а с мая 1939 года по совместительству и Народный комиссар иностранных дел.
Невольно вспоминается, с какими трудностями решались некоторые вопросы, связанные с обороной, на заседаниях, проводимых Молотовым в канун Великой Отечественной войны. Он тоже должен держать ответ за то, что мы пришли неподготовленными к войне».
      Они были изданы в 1963 году, писались как раз после 22-го съезда КПСС, на самом пике антисталинизма, борьбы с «антипартийной группой» во время Хрущева. Сам ни Главный маршал артиллерии вписывал в них разнообразную чушь или это работа редакторов – теперь уже не узнаем.
Ковалев И. В. Транспорт в Великой Отечественной войне (1941–1945 гг.). — М.: Наука, 1981: «Однако победа в этом конфликте далась нелегко. По указанию Центрального Комитета партии было проведено расширенное заседание Высшего Военного Совета под председательством И. В. Сталина, на котором были рассмотрены и обсуждены уроки военных действий, сделаны соответствующие выводы. В частности, на заседании отмечалась неудовлетворительная организация автомобильно-дорожной службы».
     У него – Высший Военный Совет вместо Совещания начальствующего состава.
Более конкретная информация есть у Хренова и Рослого.
Хренов А.Ф. Мосты к победе. — М: Воениздат, 1982: «Участники заседания собрались в Кремле 14 апреля. Впервые я оказался здесь, впервые близко увидел И. В. Сталина, других членов Политбюро, все высшее руководство Красной Армии. Сталин открыл заседание. В короткой речи он отметил, что минувший вооруженный конфликт позволил нам увидеть свои недостатки, показал, как нужно воевать в современных условиях, обогатил нас опытом. Этот опыт необходимо взять на вооружение, быстро устранить выявленные недочеты, усилив подготовку к будущей большой войне, которую нам, несомненно, рано или поздно навяжут империалисты.
Начались выступления участников заседания. Первому слово предоставили мне. Этот факт, как я понял, свидетельствовал о возросшем престиже инженерной службы, которая успешно выполнила новую роль в минувших боях. Справившись с волнением, я высказал все, что продумал, не сглаживая острых углов, не приукрашивая общей картины».
Рослый И. П. Последний привал — в Берлине. — М.: Воениздат, 1983: «В работе расширенного заседания Главного военного совета принимали участие члены Политбюро ЦК партии, руководители Наркомата обороны, командующие войсками, члены военных советов и начальники штабов военных округов и армий, начальники военных академий, ответственные работники Генерального штаба, а также командиры корпусов и дивизий, участвовавших в боях. Из командиров стрелковых полков был приглашен только я.
За столом президиума находились трое: Нарком обороны Маршал Советского Союза К. Е. Ворошилов, И. В. Сталин, В. М. Молотов. Открывая заседание, Климент Ефремович попросил присутствующих рассказать, как проходили боевые действия войск, что при этом было хорошо и что плохо, какие коррективы нужно внести в организацию, вооружение и боевую подготовку нашей армии.
Мысль Ворошилова продолжил Сталин. Включившись в разговор, Иосиф Виссарионович сказал, что здесь, на заседании, надо смелее критиковать наши уставы и приказы, которые мы сами создавали и сами, если нужно, заменим.
По рядам прошел легкий шепот: присутствующие в зале с одобрением восприняли эти слова.
Затем начались выступления. Говорили главным образом те, кто был на фронте. Из состава 7-й армии выступили: командующий армией командарм 2 ранга К. А. Мерецков, начальник артиллерии комдив М. Н. Парсегов, командир 50-го стрелкового корпуса комдив Ф. Д. Гореленко, командир 123-й ордена Ленина стрелковой дивизии комбриг Ф. Ф. Алябушев и другие. Многие из них упоминали удачные действия 245-го Краснознаменного стрелкового полка и называли мое имя. Это было приятно.
Во второй половине дня слово предоставили мне. К выступлению я готовился довольно основательно и все же здорово волновался. Мое состояние многие заметили и потом шутя говорили, что воевать, по-видимому, легче, чем рассказывать о войне. И в той шутке была немалая доля правды».
     Разночтения есть. У одного совещание открыл Ворошилов, у другого – Сталин. Но, как бы  то ни было, начало Совещания предваряли вступительные речи. Подругому нельзя. Подругому – даже не проявление неуважения со стороны руководства к собравшимся, подругому никакие Совещания не проходят. Невозможно собрать людей в зале и не объяснить им, что от них хотят услышать, не конкретизировать вопрос. Однако, в опубликованной стенограмме, в самом оглавлении значится, что первый день работы Совещания, вечернее заседание открывается «ВОРОШИЛОВ (председательствующий)
Вступительная речь "Обмен опытом начсостава войск, участвовавших в войне против белофиннов", только в тексте стенограммы вступительная речь выглядит вот так:

«ВОРОШИЛОВ (председательствующий)

Вступительная речь

Совещание начальствующего состава войск, участвовавших в войне против белофиннов, объявляю открытым.
Товарищи, настоящее совещание созвано по инициативе Главного Военного Совета с целью подведения итогов и учета того опыта, который был вынесен начальствующим составом из войны с Финляндией.
Главный Военный Совет считает, что на этом совещании не нужно выступать специальным докладчикам; а просто приступить к заслушиванию товарищей, которые непосредственно принимали участие в этой войне.
Прошу подавать записки всех тех, кто желает выступить и поделиться своими впечатлениями и опытом за этот последний период, который пережила наша армия и страна».

      Всё. Еще и Рослый и Хренов вспоминают, что И.В.Сталин говорил, у одного он
«Включившись в разговор, Иосиф Виссарионович сказал, что здесь, на заседании, надо смелее критиковать наши уставы и приказы, которые мы сами создавали и сами, если нужно, заменим.
По рядам прошел легкий шепот: присутствующие в зале с одобрением восприняли эти слова».
    У второго «В короткой речи он отметил, что минувший вооруженный конфликт позволил нам увидеть свои недостатки, показал, как нужно воевать в современных условиях, обогатил нас опытом. Этот опыт необходимо взять на вооружение, быстро устранить выявленные недочеты, усилив подготовку к будущей большой войне, которую нам, несомненно, рано или поздно навяжут империалисты».
    Открываем текст опубликованной стенограммы, после вступительной речи Ворошилова, которая только на реплику тянет: «СТАЛИН. Недостатки отметить».
   Всё! Это короткая речь? Или два слова?  Еще интересней, что комполка Рослый прямо пишет, что ему слово предоставили во второй половине дня, т.е., еще должна быть первая половина дня. Но ее нет. Стенограмма начинается с вечернего заседания, которое обозначено, как первое. Что-то публикаторы, вероятно, из этой стенограммы выбросили. Что-то, что не устраивало в ней кавалеров орденов от Папы Римского, что позволяет трактовать это Совещание, как вскрытие сплошных недостатков и провалов в подготовке армии к войне. Особенно нужно было показать провал в работе Наркомата Обороны, лично К.Е.Ворошилова. Только провальную работу наркомата в этой стенограмме, даже в том виде, в котором она до нас дошла, может увидеть чучело со званием академика-историка, которое даже прочитав данную стенограмму продолжает про диктатора Сталина…


Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582

Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.30. Финская война.

Текст стенограммы совещания при ЦК ВКП (б) начальствующего состава РККА по сбору опыта боевых действий против Финляндии впервые был опубликован в книге «Зимняя война 1939-1940. И.В.Сталин и финская кампания». Предисловие к книге написал академик А.О.Чубарьян,  доверенное лицо кандидата в президенты России В. В. Путина на выборах 2018 года, Председатель совета Национального комитета российских историков, член редколлегий «Военно-исторического журнала». Я еще прямо из Википедии скопирую данные о некоторых его наградах, чтобы более-менее адекватное представление у вас было об этом академике-историке:
Орден Почётного легиона (Франция, 2005)
Офицерский крест ордена «За заслуги перед Федеративной Республикой Германия»
Орден Святого Григория Великого (Ватикан).
     Наверно, всё это он получил исключительно за историческую правду про Сталина. Или вы в этом сомневаетесь? Наверно, сомнения навевает награда от Ватикана, ведь  Папа Римский Сталина причислил к выродкам рода человеческого. Так ведь? Я думаю, что вы где-то правы, если сомневаетесь. Но если вы этих фактов о Чубарьяне раньше не знали, то теперь можете представлять, что такое у нас – Национальный комитет российских историков, какая это жуткая клоака.
     Я из предисловия, написанного Чубарьяном, приведу обширные цитаты:
«В предлагаемой читателям книге впервые публикуется рассекреченная стенограмма Совещания при ЦК ВКП(б) 14-17 апреля 1940 г., которое было созвано с целью подведения итогов и учета опыта войны с Финляндией. Председательствовали на совещании К.Е. Ворошилов и Г.И. Кулик. Фактически его работой руководил И.В. Сталин. На совещании, проходившем в Кремле, выступило 46 командиров полков, дивизий, корпусов, командующих армиями, фронтом, а также представители высших инстанций Красной Армии. В конце последнего (седьмого) заседания Сталин произнес большую речь, в которой подвел итоги совещания и изложил свои взгляды по вопросам военной политики.
Стенограмма во многом раскрывает реальную картину зимней войны, дает возможность более объективно судить о событиях, которые по сей день привлекают внимание отечественных и зарубежных специалистов…
Обращает на себя внимание критический настрой участников совещания. Представители различных родов войск, командующие армиями, командиры корпусов, дивизий, другие военачальники и политработники вскрывали недостатки и ошибки в состоянии вооруженности и оснащения армии, в тактике и в системе подготовки войск. Подобный настрой свидетельствовал об обеспокоенности советского руководства положением в армии и итогами войны с Финляндией.
Большой интерес представляют и те выступления, в которых говорилось о просчетах разведки, проглядевшей оборонительные возможности линии Маннергейма. При этом многие отмечали негативную роль излишней секретности, которая привела к тому, что сведения о состоянии финских укреплений и армии не доходили до военных округов. Любопытно, что Сталин активно включился в эту "критику секретности", словно не зная, что подобная система была санкционирована сверху и являлась составной частью общей политики запретов и ограничений.
Читатель заметит также, что критический тон не касался высшего звена и просчетов руководства страны. Ни слова не было сказано и о том, что репрессии 30-х годов лишили армию многих тысяч опытных командиров и военачальников.
В заключительной речи Сталин поддержал критический настрой участников совещания. Вместе с тем он дал в целом положительную оценку итогов войны, заявив, что Советский Союз достиг в ней своих целей. Сталин попытался также как-то сгладить просчеты, связанные с созданием правительства Куусинена, хотя ему самому и его окружению, без сомнения, было ясно, что идея привести к власти в Финляндии так называемое "народное правительство" оказалась нереальной.
Материалы совещания являются ценным источником для изучения международных отношений, истории Советского Союза и Красной Армии, для понимания механизмов принятия решений советским руководством в драматический период начала второй мировой войны, особенностей диктаторского единовластия, которое во многом определяло жизнь СССР и его Вооруженных Сил».
        «Диктаторское единовластие» - особенно мне нравится. Настоящий Академик! Историк! Только таким наш российский историк и может быть, особенно если он академик. Лёшам Исаевым есть с кого пример брать.
      Бараны тупорылые! Извиняюсь, не сдержался снова. Ну если вы так хотите обгадить Сталина, то делайте это хотя бы с минимальным уровнем аккуратности. Ну нельзя же настолько нагло и с такой тупостью!
Первый день работы совещания. Вечернее заседание 14 апреля 1940 года. Оно же первое заседание, как следует из опубликованной стеннограммы.
Выступают по очереди ХРЕНОВ (комбриг, начальник инженеров Северо-Западного фронта), ПАРСЕГОВ (комкор, начальник артиллерии 7-й армии), СЕМЕНОВ (бригадный комиссар, военком 50-го стрелкового корпуса), РОСЛЫЙ (полковник, командир 245-го стрелкового полка, Герой Советского Союза), ПШЕННИКОВ (комбриг, командир 142-й стрелковой дивизии), КИРПОНОС (комдив, командир 70-й стрелковой дивизии)…
      Именно в таком порядке выступающие в стенограмме, в первый день совещания, на первом заседании. Доходим до выступления Кирпоноса, который с трибуны начинает говорить: «Товарищи, здесь выступал целый ряд командиров дивизий, которые говорили…».
      Целый ряд командиров дивизий! Весь ряд из одного Пшенникова, командира 142-ой дивизии. Куда делся из стенограммы целый ряд командиров дивизий? Публикация стенограммы не содержит никаких указаний, что она сокращенная. Представлена как полная.
     У меня к этим академикам, к этой швали, которая  резвится в наших архивах, только один вопрос: «Вы, мрази, понимаете, что эти старые бумаги – не ваша личная собственность, а достояние народа, культурная, историческая, научная ценность, принадлежащая всему народу? Более того – человечеству. Или вам ваши ученые степени настолько отморозили совесть, что такая мысль вас не беспокоит?»
      Я думаю, что полного текста стенограммы этого совещания мы с вами уже никогда не увидим. С ним уже поработали «оптимизаторы». Я не кровожадный человек, но за такую «научную» деятельность двумя руками голосовал бы за возвращение в Уголовный Кодекс смертной казни. К стенке! Стрелять! Только стрелять. Это даже не вооруженный грабеж в составе банды. Это тягчайшее преступление – лишение народа его исторического прошлого. ВМН. Расстрел.

Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582