Category: ссср

Category was added automatically. Read all entries about "ссср".

Книги.

Для тех, кто спрашивает, где можно купить книги.



"Троцкизм против большевизма"  - есть на ОЗОНе, можно приобрести у издателя непосредственно, что будет еще дешевле https://ruszamir.ru/catalog/trotskizm-protiv-bolshevizma/,  есть в продаже в "Библио-глобусе" и в "Московском доме книги", там уже заканчивается. Еще есть в "Молодой гвардии" https://www.dkmg.ru/tovar/1093549


"НАГЛАЯ АНТИСТАЛИНСКАЯ        
ПРОВОКАЦИЯ.

МИФ О БОЛЬШОМ ТЕРРОРЕ 37-ГО
               ГОДА".


Печатной книги пока нет. Условия получения ее электронной рукописи остаются прежними:

Для тех, кто хочет уже сейчас получить для прочтения рукопись: мне нужен от вас имейл и в каком формате хотите получить книгу (fb2. pdf. word). Заявки направлять по адресу  petr.balaev@mail.ru.
     Если есть желание заплатить за книгу - 500 рублей, ориентировочно. Можно больше, можно меньше, можно вообще не платить. Жизнь у всех нас не простая, я все понимаю. И объяснять мне только ничего, пожалуйста, не нужно. Мне нужен просто ваш имейл и название формата.
Для тех, кто будет переводить деньги:

карточка Сбербанка 2202 2005 3594 6089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582


Buy for 100 tokens
***
...

Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.35. Финская война.

      … Вернемся к выступлению Сталина. Начал Иосиф Виссарионович с того, что объяснил причины войны с финнами:
«Правильно ли поступило правительство и партия, что объявили войну Финляндии? Этот вопрос специально касается Красной Армии.
Нельзя ли было обойтись без войны? Мне кажется, что нельзя было. Невозможно было обойтись без войны. Война была необходима, так как мирные переговоры с Финляндией не дали результатов, а безопасность Ленинграда надо было обеспечить, безусловно, ибо безопасность есть безопасность нашего Отечества. Не только потому, что Ленинград представляет процентов 30-35 оборонной промышленности нашей страны и, стало быть, от целостности и сохранности Ленинграда зависит судьба нашей страны, но и потому, что Ленинград есть вторая столица нашей страны. Прорваться к Ленинграду, занять его и образовать там, скажем, буржуазное правительство, белогвардейское, - это значит дать довольно серьезную базу для гражданской войны внутри страны против Советской власти».

         Почему-то это положение из его выступления опускается при анализе причин войны, при рассмотрении важности обеспечения безопасности Ленинграда. Вторая столица. Это мы сегодня уже привыкли к Москве, как к столице. Но в 1939 году Ленинград был не просто культурной столицей. Представляете, насколько опасно было положение города у самой границы для Советского Союза?
      Дальше Иосиф Виссарионович продолжил: «Второй вопрос, а не поторопилось ли наше правительство, наша партия, что объявили войну именно в конце ноября, в начале декабря, нельзя ли было отложить этот вопрос, подождать месяца два-три- четыре, подготовиться и потом ударить? Нет. Партия и правительство поступили совершенно правильно, не откладывая этого дела и, зная, что мы не вполне еще готовы к войне в финских условиях, начали активные военные действия именно в конце ноября, в начале декабря».
     Это уже был ответ на многочисленные выступления во время Совещания командиров, которые сетовали на недостаточную подготовленность войск и тыла с прямыми упреками в адрес наркомата Обороны.  Валенков, видите ли, не хватало. Нужно отметить, что на совещании начальник снабжения Красной Армии Хрулев высказался насчет валенок. В действительности, их всем хватало, даже с излишком. Только сами командиры не знали, что у них на складах лежит и развели панику насчет нехватки, в результате чего стали приниматься даже экстренные меры по производству валенок, которых и так было запасено в избытке. Но я бы даже не стал этот момент ставить в вину командующим округам и армий. Война началась для всех неожиданно, поэтому бардак во многих случаях был обусловлен срочностью. Паника, одним словом. Прямо вчера нужно было собираться. В спешке всегда такие моменты возникают.
     Но, согласитесь, как-то слова Сталина не совсем стыкуются с некоторыми положениями неопубликованого доклада Ворошилова на Пленуме, который еще, к тому же, сам Сталин лично правил: «Начиная войну зимой, войска не были должным образом обмундированы, оснащены и снабжены для действий в суровых зимних условиях».
     Так ведь знали же, что не готовы! Но спешить надо было. Ворошилов в этом виноват или непредвиденные обстоятельства, которые вынуждали начать войну неподготовленными? «Все это зависело не только от нас, а скорее всего от международной обстановки».
     Еще из неопубликованного доклада Ворошилова:
«Стрелковых войск, артиллерии и танков, сосредоточенных на Карельском перешейке и в Карелии к началу военных действий, было явно недостаточно для того, чтобы прорвать укрепленную линию на Карельском перешейке и разгромить финляндскую армию.
     Не зная как следует противника и театра военных действий, мы считали возможным применение наших тяжелых дивизий и танковых войск на всех участках финляндского театра».

     И опять сам Сталин, якобы лично правивший этот доклад, его же в пух разносит:
«Третий вопрос. Ну, война объявлена, начались военные действия. Правильно ли разместили наши военные руководящие органы наши войска на фронте. Как известно, войска были размещены на фронте в виде пяти основных колонн. Одна наиболее серьезная колонна наших войск - на Карельском перешейке. Другая колонна наших войск и направление этой колонны - было северное побережье Ладожского озера с основным направлением на Сердоболь. Третья колонна - меньшая - направлением на Улеаборг. Четвертая колонна - с направлением на Торнио и пятая колонна - с севера на юг, на Петсамо.
Правильно ли было такое размещение войск на фронте? Я думаю, что правильно»

     Войск на Карельском перешейке недостаточно было, как каялся Ворошилов под редакцией Сталина? А куда эти войска можно было воткнуть, если плацдарма не было, и Сталин это объясняет: «Во всяком случае, расположение войск на Карельском перешейке преследовало три цели: создать серьезный заслон против всяких возможностей и случайностей против Ленинграда; во-вторых, устроить разведку территории и тыла Финляндии, что очень нужно было нам; и в-третьих, создать плацдарм для прыжка, куда войска будут подвезены».
     Господа историки, вы теперь сами определяйтесь, что у вас в архивах фальшивка – неопубликованный доклад Ворошилова или стенограмма Совещания. Эти два документа между собой никак не стыкуются.
    А если они оба не фальшивки, то история весьма дикая получается. Сначала Сталин правит доклад Ворошилову, в котором перед Пленумом ЦК Климент Ефремович предстает человеком, «профукавшим полимеры», а перед начальствующим составом РККА сам Сталин встает на его защиту, объясняет всё про «полимеры». Да так логично объясняет!..
Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582


Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.32. Финская война.

       Странно в стенограмме выглядит то, что сам нарком Ворошилов присутствовал только на заседаниях первых дней. Куда он был отозван с заседания – в стенограмме нет объяснения, хотя, председательствующий должен был объяснить собравшимся причины отсутствия их прямого начальника. А у меня из текстов докладов выступающих возникло подозрение, что Сталин сам попросил своего друга на совещании не присутствовать. Такое возможно. Начальствующий состав РККА – прямые подчиненные наркома. Их могло стеснять присутствие прямого начальника. Это хорошо из стенограммы видно. Выступления в дни, когда Ворошилов присутствовал, очень сильно отличаются от того, что говорили в его отсутствии. Во-первых, на совещании началась натуральная грызня, как будто исчез какой-то сдерживающий фактор.
     Во-вторых, сразу выявились подхалимы, у которых через слово пошло «под руководством великого Сталина». Особенно в этом плане выделялись те, о ком в справочнике к стенограмме значится «необоснованно репрессирован». Например, командарм 2-го ранга Штерн, командующий 8-ой армией: «ШТЕРН. Тов. Сталин, только Вы, при Вашем авторитете в стране, могли так необыкновенно быстро поставить все на службу победе и поставили, и нас подтянули всех и послали лучшие силы, чтобы скорее одержать эту победу. Это же факт, что мы использовали артиллерию, как Вы нам говорили, за авиацию Вы нас били очень крепко, и авиация резко подняла свою работу, начав действовать как Вы указали, и все прочее, ведь все здесь это знают, было именно так, как я сейчас сказал».
   А выступление своё Штерн начала так: « Я командовал 8-й армией с 16 декабря до конца войны. 8-я армия не может похвалиться большими успехами, как армии Северо-Западного фронта, находившиеся под командованием тов. Тимошенко и члена Военного совета фронта тов. Жданова. 8-я армия в непрерывных тяжелых боях нанесла финской армии огромные потери, но поставленной ей главным командованием задачи выполнить полностью не сумела.
Правда, мартовское наступление, которое мы основательно готовили по детально указанному лично тов. Сталиным замечательному плану, наступление, по которому из восьми дивизий армии шесть дивизий, около 90% артиллерии и вся авиация наносили мощный удар на узком фронте, начало успешно развиваться.
План, данный 8-й армии тов. Сталиным, является примером смелого сосредоточения максимума сил на главном направлении. Особенно интересны и оригинальны указания тов. Сталина по оперативному и тактическому использованию артиллерии при прорыве. Хотя это наступление не было нами в связи с заключением мира доведено до конца, высшему командному составу РККА необходимо изучить указания тов. Сталина по этому плану и самый план и ход Лоймоловской операции».

      Конечно, армия полностью выполнить задачу не сумела, но ведь она действовала по гениальному плану товарища Сталина и по его указаниям. Кто виноват, что армия полностью задачу не выполнила?
    Еще армия Штерна отличилась тем, что ее 56-ой корпус попал в окружение и оставался там почти до конца боевых действий, понеся тяжелые потери. Попал по вине командарма, прозевавшего возможность своевременного отвода корпуса. И когда Штерн начал оправдываться, Сталин саркастически спросил:
«Товарищ Штерн, у нас в уставе или в наставлении нет ли специального раздела, что должна делать часть, если она окружена?»
«ШТЕРН. Есть, товарищ Сталин, в уставе. Она должна прорваться из окружения. Но сейчас на основе этой войны и целого ряда эпизодов других войн надо будет раздел боя в окружении основательно расширить и отработать».
Дальше началась натуральная комедия. Оказывается, что во всем был виноват и командующий Ленинградским округом К.А.Мерецков. Все виноваты, только не сам Штерн.
«Штерн. Какую обстановку, я, новый командующий, застал, прибыв в 8-ю армию.
8-я армия в первые недели войны попала в тяжелое положение. Театр военных действий по-настоящему подготовлен не был, я бы сказал, ни в каком отношении. Первоначальный оперативный план командования 8-й армии, утвержденный командованием Ленинградского военного округа, был неправильный».

Дальше началась такая перепалка, что ее нужно привести целиком:
«Штерн. Войск для столь широкого и хорошо оборудованного для обороны фронта и для столь важного направления было слишком мало. Всего шесть дивизий, наступавших по пяти изолированным одна от другой дорогам на тристакилометровом фронте. К моменту моего вступления в командование все эти шесть дивизий были в бою до последней роты и имели тяжелые потери. Я товарищам потом покажу эту обстановку на схеме, чтобы сейчас не терять времени. В армии было только около 10 СБ и примерно столько же истребителей. Это в армии на важнейшем направлении, в армии, которая должна была освободить наши войска Карельского перешейка от штурма линии Маннергейма и могла это сделать, если бы там было сосредоточено сразу дивизий 14-15 и эти дивизии пошли бы не растопыренными пальцами, и примерно, в соответствии с тем планом, который дал потом тов. Сталин, т.е. двумя-тремя настоящими сильными группами.
МЕРЕЦКОВ. Еще Суворов говорил, что воюют не числом, а умением.
СТАЛИН. Чего же вы все время просили подвоза дивизий, если воюют не числом?
ШТЕРН. Тов. Мерецков, я рад учиться у тебя.
МЕРЕЦКОВ. Я говорю, что Суворов говорил.
ШТЕРН. Давай говорить прямо, ты хорошо прорвал линию Маннергейма.
МЕРЕЦКОВ. Не я.
ШТЕРН. Фронт был под командованием тов. Тимошенко, но ты там командовал 7-й армией...
ГОЛОС. Тимошенко ему много помогал.
СТАЛИН. Все друг другу помогали.
ШТЕРН. Тов. Тимошенко наша армия знает очень хорошо, так, что не наше дело здесь делить, но нужно сказать прямо, тов. Мерецков, тебя наградили крепко, по заслугам, все мы тебя целуем и поздравляем, но, тов. Мерецков, подготовил ты, правда (не один ты виноват, многие были виноваты) эту войну плохо.
МЕРЕЦКОВ. Я просил, чтобы меня перевели в 8-ю армию, когда там были окружения.
ШТЕРН. Тов. Мерецков, то, что хорошо, то хорошо, а что плохо, то плохо. Я сделал ряд ошибок в армии, я о них говорю, так как понимаю, если плохо понимаю, меня вразумят и мне разъяснят.
СТАЛИН. Он хочет сказать, округ-то ваш, Ленинградский, а подготовили войну плохо.
ШТЕРН. В 8-й армии было к моему вступлению в командование два корпуса 1-й и 56-й. О положении 56-го корпуса я уже сказал. 1-й корпус (139-я и 75-я дивизии) был уже сильно побит и отходил в беспорядке, так что сразу по приезде мне пришлось вместе с находившимся в армии тов. Куликом ехать в 1-й корпус и организовывать его вывод из боя и наведение хоть какого-нибудь порядка.
Я продолжаю и об обстановке. Командование 8-й армии, абсолютно не считаясь с обнаруженным и все возрастающим сопротивлением противника, истощением войск, огульно требовало только наступления. Резервов не было буквально ни одной роты на всю армию, и в таких условиях соответствующая директива была, Кирилл Афанасьевич, очень крепкая и от вас.
МЕРЕЦКОВ. Вы страховаться умеете. Я смотрю, что противник в двух километрах, а вы 600 орудий бросаете; двух батальонов достаточно, чтобы их отвести. Вот смотрите - открытые фланги, кто же будет идти на прорыв в этой обстановке. Философствуете, философию разводите, 600 орудий бросили».

      Тут уже у Штерна окончательно подгорело:
«Штерн… Нечего греха таить, товарищи, начинали мы с вами в этой войне не блестяще. И то, что мы добились относительно быстрой, в труднейших условиях, исторической победы над финнами, этим мы обязаны, прежде всего тому, что тов. Сталин сам непосредственно взялся за дело руководства войной, поставил все в стране на службу победе. И "штатский человек", как часто называет себя тов. Сталин, стал нас учить и порядку, прежде всего, и ведению операций, и использованию пехоты, артиллерии, авиации, и работе тыла, и организации войск.
СТАЛИН. Прямо чудесный, счастливый человек! Как это мог бы сделать один я? И авиация, и артиллерия...
ШТЕРН. Тов. Сталин, только Вы, при Вашем авторитете в стране, могли так необыкновенно быстро поставить все на службу победе и поставили, и нас подтянули всех и послали лучшие силы, чтобы скорее одержать эту победу. Это же факт, что мы использовали артиллерию, как Вы нам говорили, за авиацию Вы нас били очень крепко, и авиация резко подняла свою работу, начав действовать как Вы указали, и все прочее, ведь все здесь это знают, было именно так, как я сейчас сказал».

     Обосновано это тело было репрессировано или нет… Но, согласитесь, этого кадра к командованию войсками в следующей войне категорически нельзя было допускать…


Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582


Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.31. Финская война.

        Из всех участников того совещания оставили воспоминания 5 человек: К.А.Мерецков, Н.Н.Воронов, А.Ф.Хренов, И.П.Рослый, И.В.Ковалев. Еще Чуйков писал мемуары, но он в них этого периода не касался. Ему, наверно, не очень хотелось вспоминать, как Сталин его отодрал на том Совещании и прямо назвал тем, кто никак не может перестроиться, продолжает воевать, как в Гражданскую.
        Только у Кирилла Афанасьевича в мемуарах вообще нет упоминания об этом совещании.
Воронов Н.Н. На службе военной. — М.: Воениздат, 1963: «В конце марта состоялся Пленум Центрального Комитета партии, который уделил много внимания рассмотрению уроков войны. Он отметил серьезные недостатки в действиях наших войск, в организации воспитания и обучения воинов. Мы еще не научились использовать все возможности новой техники. Критиковалась нечеткая работа тыла. Войска были плохо подготовлены к действиям в лесах, в условиях сильных морозов и бездорожья. Партия требовала всесторонне учесть боевой, опыт, накопленный на Хасане, Халхин-Голе и Карельском перешейке, совершенствовать вооружение, улучшить организацию и обучение войск. Возникла необходимость срочно переработать уставы и наставления, привести их в соответствие с требованиями современной войны».
Опять этот Пленум. Но нужно учитывать, что мемуары Главного маршала артиллерии из себя представляют: «Сталин по-прежнему полагал, что война между фашистской Германией и Советским Союзом может возникнуть только в результате провокации со стороны фашистских военных реваншистов, и больше всего боялся этих провокаций. Как известно, Сталин любил все решать сам. Он мало считался с мнением других. Если бы он собрал в эти дни военных деятелей, посоветовался с ними, кто знает, может быть, и не произошло бы трагического просчета.
Сталин, безусловно, совершил тогда тягчайшую ошибку в оценке военно-политической обстановки, и по его вине страна оказалась в смертельной опасности.
Огромных жертв стоила советскому народу эта ошибка.
Во многом был виновен и Молотов, с декабря 1930 года занимавший должность Председателя Совета Народных Комиссаров и председателя Совета труда и обороны, а с мая 1939 года по совместительству и Народный комиссар иностранных дел.
Невольно вспоминается, с какими трудностями решались некоторые вопросы, связанные с обороной, на заседаниях, проводимых Молотовым в канун Великой Отечественной войны. Он тоже должен держать ответ за то, что мы пришли неподготовленными к войне».
      Они были изданы в 1963 году, писались как раз после 22-го съезда КПСС, на самом пике антисталинизма, борьбы с «антипартийной группой» во время Хрущева. Сам ни Главный маршал артиллерии вписывал в них разнообразную чушь или это работа редакторов – теперь уже не узнаем.
Ковалев И. В. Транспорт в Великой Отечественной войне (1941–1945 гг.). — М.: Наука, 1981: «Однако победа в этом конфликте далась нелегко. По указанию Центрального Комитета партии было проведено расширенное заседание Высшего Военного Совета под председательством И. В. Сталина, на котором были рассмотрены и обсуждены уроки военных действий, сделаны соответствующие выводы. В частности, на заседании отмечалась неудовлетворительная организация автомобильно-дорожной службы».
     У него – Высший Военный Совет вместо Совещания начальствующего состава.
Более конкретная информация есть у Хренова и Рослого.
Хренов А.Ф. Мосты к победе. — М: Воениздат, 1982: «Участники заседания собрались в Кремле 14 апреля. Впервые я оказался здесь, впервые близко увидел И. В. Сталина, других членов Политбюро, все высшее руководство Красной Армии. Сталин открыл заседание. В короткой речи он отметил, что минувший вооруженный конфликт позволил нам увидеть свои недостатки, показал, как нужно воевать в современных условиях, обогатил нас опытом. Этот опыт необходимо взять на вооружение, быстро устранить выявленные недочеты, усилив подготовку к будущей большой войне, которую нам, несомненно, рано или поздно навяжут империалисты.
Начались выступления участников заседания. Первому слово предоставили мне. Этот факт, как я понял, свидетельствовал о возросшем престиже инженерной службы, которая успешно выполнила новую роль в минувших боях. Справившись с волнением, я высказал все, что продумал, не сглаживая острых углов, не приукрашивая общей картины».
Рослый И. П. Последний привал — в Берлине. — М.: Воениздат, 1983: «В работе расширенного заседания Главного военного совета принимали участие члены Политбюро ЦК партии, руководители Наркомата обороны, командующие войсками, члены военных советов и начальники штабов военных округов и армий, начальники военных академий, ответственные работники Генерального штаба, а также командиры корпусов и дивизий, участвовавших в боях. Из командиров стрелковых полков был приглашен только я.
За столом президиума находились трое: Нарком обороны Маршал Советского Союза К. Е. Ворошилов, И. В. Сталин, В. М. Молотов. Открывая заседание, Климент Ефремович попросил присутствующих рассказать, как проходили боевые действия войск, что при этом было хорошо и что плохо, какие коррективы нужно внести в организацию, вооружение и боевую подготовку нашей армии.
Мысль Ворошилова продолжил Сталин. Включившись в разговор, Иосиф Виссарионович сказал, что здесь, на заседании, надо смелее критиковать наши уставы и приказы, которые мы сами создавали и сами, если нужно, заменим.
По рядам прошел легкий шепот: присутствующие в зале с одобрением восприняли эти слова.
Затем начались выступления. Говорили главным образом те, кто был на фронте. Из состава 7-й армии выступили: командующий армией командарм 2 ранга К. А. Мерецков, начальник артиллерии комдив М. Н. Парсегов, командир 50-го стрелкового корпуса комдив Ф. Д. Гореленко, командир 123-й ордена Ленина стрелковой дивизии комбриг Ф. Ф. Алябушев и другие. Многие из них упоминали удачные действия 245-го Краснознаменного стрелкового полка и называли мое имя. Это было приятно.
Во второй половине дня слово предоставили мне. К выступлению я готовился довольно основательно и все же здорово волновался. Мое состояние многие заметили и потом шутя говорили, что воевать, по-видимому, легче, чем рассказывать о войне. И в той шутке была немалая доля правды».
     Разночтения есть. У одного совещание открыл Ворошилов, у другого – Сталин. Но, как бы  то ни было, начало Совещания предваряли вступительные речи. Подругому нельзя. Подругому – даже не проявление неуважения со стороны руководства к собравшимся, подругому никакие Совещания не проходят. Невозможно собрать людей в зале и не объяснить им, что от них хотят услышать, не конкретизировать вопрос. Однако, в опубликованной стенограмме, в самом оглавлении значится, что первый день работы Совещания, вечернее заседание открывается «ВОРОШИЛОВ (председательствующий)
Вступительная речь "Обмен опытом начсостава войск, участвовавших в войне против белофиннов", только в тексте стенограммы вступительная речь выглядит вот так:

«ВОРОШИЛОВ (председательствующий)

Вступительная речь

Совещание начальствующего состава войск, участвовавших в войне против белофиннов, объявляю открытым.
Товарищи, настоящее совещание созвано по инициативе Главного Военного Совета с целью подведения итогов и учета того опыта, который был вынесен начальствующим составом из войны с Финляндией.
Главный Военный Совет считает, что на этом совещании не нужно выступать специальным докладчикам; а просто приступить к заслушиванию товарищей, которые непосредственно принимали участие в этой войне.
Прошу подавать записки всех тех, кто желает выступить и поделиться своими впечатлениями и опытом за этот последний период, который пережила наша армия и страна».

      Всё. Еще и Рослый и Хренов вспоминают, что И.В.Сталин говорил, у одного он
«Включившись в разговор, Иосиф Виссарионович сказал, что здесь, на заседании, надо смелее критиковать наши уставы и приказы, которые мы сами создавали и сами, если нужно, заменим.
По рядам прошел легкий шепот: присутствующие в зале с одобрением восприняли эти слова».
    У второго «В короткой речи он отметил, что минувший вооруженный конфликт позволил нам увидеть свои недостатки, показал, как нужно воевать в современных условиях, обогатил нас опытом. Этот опыт необходимо взять на вооружение, быстро устранить выявленные недочеты, усилив подготовку к будущей большой войне, которую нам, несомненно, рано или поздно навяжут империалисты».
    Открываем текст опубликованной стенограммы, после вступительной речи Ворошилова, которая только на реплику тянет: «СТАЛИН. Недостатки отметить».
   Всё! Это короткая речь? Или два слова?  Еще интересней, что комполка Рослый прямо пишет, что ему слово предоставили во второй половине дня, т.е., еще должна быть первая половина дня. Но ее нет. Стенограмма начинается с вечернего заседания, которое обозначено, как первое. Что-то публикаторы, вероятно, из этой стенограммы выбросили. Что-то, что не устраивало в ней кавалеров орденов от Папы Римского, что позволяет трактовать это Совещание, как вскрытие сплошных недостатков и провалов в подготовке армии к войне. Особенно нужно было показать провал в работе Наркомата Обороны, лично К.Е.Ворошилова. Только провальную работу наркомата в этой стенограмме, даже в том виде, в котором она до нас дошла, может увидеть чучело со званием академика-историка, которое даже прочитав данную стенограмму продолжает про диктатора Сталина…


Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582

Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.30. Финская война.

Текст стенограммы совещания при ЦК ВКП (б) начальствующего состава РККА по сбору опыта боевых действий против Финляндии впервые был опубликован в книге «Зимняя война 1939-1940. И.В.Сталин и финская кампания». Предисловие к книге написал академик А.О.Чубарьян,  доверенное лицо кандидата в президенты России В. В. Путина на выборах 2018 года, Председатель совета Национального комитета российских историков, член редколлегий «Военно-исторического журнала». Я еще прямо из Википедии скопирую данные о некоторых его наградах, чтобы более-менее адекватное представление у вас было об этом академике-историке:
Орден Почётного легиона (Франция, 2005)
Офицерский крест ордена «За заслуги перед Федеративной Республикой Германия»
Орден Святого Григория Великого (Ватикан).
     Наверно, всё это он получил исключительно за историческую правду про Сталина. Или вы в этом сомневаетесь? Наверно, сомнения навевает награда от Ватикана, ведь  Папа Римский Сталина причислил к выродкам рода человеческого. Так ведь? Я думаю, что вы где-то правы, если сомневаетесь. Но если вы этих фактов о Чубарьяне раньше не знали, то теперь можете представлять, что такое у нас – Национальный комитет российских историков, какая это жуткая клоака.
     Я из предисловия, написанного Чубарьяном, приведу обширные цитаты:
«В предлагаемой читателям книге впервые публикуется рассекреченная стенограмма Совещания при ЦК ВКП(б) 14-17 апреля 1940 г., которое было созвано с целью подведения итогов и учета опыта войны с Финляндией. Председательствовали на совещании К.Е. Ворошилов и Г.И. Кулик. Фактически его работой руководил И.В. Сталин. На совещании, проходившем в Кремле, выступило 46 командиров полков, дивизий, корпусов, командующих армиями, фронтом, а также представители высших инстанций Красной Армии. В конце последнего (седьмого) заседания Сталин произнес большую речь, в которой подвел итоги совещания и изложил свои взгляды по вопросам военной политики.
Стенограмма во многом раскрывает реальную картину зимней войны, дает возможность более объективно судить о событиях, которые по сей день привлекают внимание отечественных и зарубежных специалистов…
Обращает на себя внимание критический настрой участников совещания. Представители различных родов войск, командующие армиями, командиры корпусов, дивизий, другие военачальники и политработники вскрывали недостатки и ошибки в состоянии вооруженности и оснащения армии, в тактике и в системе подготовки войск. Подобный настрой свидетельствовал об обеспокоенности советского руководства положением в армии и итогами войны с Финляндией.
Большой интерес представляют и те выступления, в которых говорилось о просчетах разведки, проглядевшей оборонительные возможности линии Маннергейма. При этом многие отмечали негативную роль излишней секретности, которая привела к тому, что сведения о состоянии финских укреплений и армии не доходили до военных округов. Любопытно, что Сталин активно включился в эту "критику секретности", словно не зная, что подобная система была санкционирована сверху и являлась составной частью общей политики запретов и ограничений.
Читатель заметит также, что критический тон не касался высшего звена и просчетов руководства страны. Ни слова не было сказано и о том, что репрессии 30-х годов лишили армию многих тысяч опытных командиров и военачальников.
В заключительной речи Сталин поддержал критический настрой участников совещания. Вместе с тем он дал в целом положительную оценку итогов войны, заявив, что Советский Союз достиг в ней своих целей. Сталин попытался также как-то сгладить просчеты, связанные с созданием правительства Куусинена, хотя ему самому и его окружению, без сомнения, было ясно, что идея привести к власти в Финляндии так называемое "народное правительство" оказалась нереальной.
Материалы совещания являются ценным источником для изучения международных отношений, истории Советского Союза и Красной Армии, для понимания механизмов принятия решений советским руководством в драматический период начала второй мировой войны, особенностей диктаторского единовластия, которое во многом определяло жизнь СССР и его Вооруженных Сил».
        «Диктаторское единовластие» - особенно мне нравится. Настоящий Академик! Историк! Только таким наш российский историк и может быть, особенно если он академик. Лёшам Исаевым есть с кого пример брать.
      Бараны тупорылые! Извиняюсь, не сдержался снова. Ну если вы так хотите обгадить Сталина, то делайте это хотя бы с минимальным уровнем аккуратности. Ну нельзя же настолько нагло и с такой тупостью!
Первый день работы совещания. Вечернее заседание 14 апреля 1940 года. Оно же первое заседание, как следует из опубликованной стеннограммы.
Выступают по очереди ХРЕНОВ (комбриг, начальник инженеров Северо-Западного фронта), ПАРСЕГОВ (комкор, начальник артиллерии 7-й армии), СЕМЕНОВ (бригадный комиссар, военком 50-го стрелкового корпуса), РОСЛЫЙ (полковник, командир 245-го стрелкового полка, Герой Советского Союза), ПШЕННИКОВ (комбриг, командир 142-й стрелковой дивизии), КИРПОНОС (комдив, командир 70-й стрелковой дивизии)…
      Именно в таком порядке выступающие в стенограмме, в первый день совещания, на первом заседании. Доходим до выступления Кирпоноса, который с трибуны начинает говорить: «Товарищи, здесь выступал целый ряд командиров дивизий, которые говорили…».
      Целый ряд командиров дивизий! Весь ряд из одного Пшенникова, командира 142-ой дивизии. Куда делся из стенограммы целый ряд командиров дивизий? Публикация стенограммы не содержит никаких указаний, что она сокращенная. Представлена как полная.
     У меня к этим академикам, к этой швали, которая  резвится в наших архивах, только один вопрос: «Вы, мрази, понимаете, что эти старые бумаги – не ваша личная собственность, а достояние народа, культурная, историческая, научная ценность, принадлежащая всему народу? Более того – человечеству. Или вам ваши ученые степени настолько отморозили совесть, что такая мысль вас не беспокоит?»
      Я думаю, что полного текста стенограммы этого совещания мы с вами уже никогда не увидим. С ним уже поработали «оптимизаторы». Я не кровожадный человек, но за такую «научную» деятельность двумя руками голосовал бы за возвращение в Уголовный Кодекс смертной казни. К стенке! Стрелять! Только стрелять. Это даже не вооруженный грабеж в составе банды. Это тягчайшее преступление – лишение народа его исторического прошлого. ВМН. Расстрел.

Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582


Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.28. Финская война.

…Ворошилов. Даже так?! Ладно, читай дальше, товарищ Главнокомандующий.
Сталин. «В начале войны с Германией т. Ворошилов был назначен Главнокомандующим Северо-Западного направления, имеющего своею главною задачей защиту Ленинграда. Как выяснилось потом, т. Ворошилов не справился с порученным делом и не сумел организовать оборону Ленинграда. В своей работе в Ленинграде т. Ворошилов допустил серьезные ошибки: издал приказ о выборности батальонных командиров в частях народного ополчения — этот приказ был отменен по указанию Ставки, как ведущий к дезорганизации и ослаблению дисциплины в Красной Армии; организовал Военный совет обороны Ленинграда, но сам не вошел в его состав — этот приказ также был отменен Ставкой, как неправильный и вредный, так как рабочие Ленинграда могли понять, что т. Ворошилов не вошел в Совет обороны потому, что не верит в оборону Ленинграда…»
Ворошилов. Стоп-стоп. Ты откуда, Коба, взял эту белиберду про Военный Совет Ленинграда?
Сталин. Как откуда? Из архива, конечно. Вот наши с тобой и Ждановым переговоры по телеграфу, зачитываю Ваш ответ мне: «Организуя Военный Совет Обороны Ленинграда..., мы вообще не предполагали, что это может послужить поводом для тех замечаний, которые только что выслушали. Это наше решение нигде не публиковалось, а приказом он издан как совершенно секретный».
Жданов. Разрешите вставить замечание? Может, как раз в это время я жевал пирожное, чтобы оно не досталось зимой голодающим ленинградцам, но такого не припомню. Зачем совершенно секретный Военный совет обороны Ленинграда, если даже Военный Совет Ленинградского фронта не секретный? Климент Ефремович, мы с тобой вроде не наркоманы, почему нас так глюкнуло?
Ворошилов. Это не нас, Андрюха, глюкнуло. Я знаю, кого глюкнуло. Коба, твой наркоман Мироненко доиграется в твоих архивах. Ты там еще найдешь приказ Ставки иконами немцев пугать с самолета. Помяни мое слово. Он тебе насочиняет в архивах совершенно секретных без опубликования постановлений и указов столько, что ты сам потом не отмоешься. Читай дальше свою писульку.
Сталин. «…увлекся созданием рабочих батальонов со слабым вооружением (ружьями, пиками, кинжалами и т. д.)»
Ворошилов. … мечами, палицами, аркебузами и кольчугами. Это уже не Мироненко Вовка. Узнаю руку Никиты Сергеевича. Он же мемуары у нас пишет. «Время. Люди. Власть». Там и про тебя, Коба. Как ты Михаил Ивановича в корзину с яйцами сажал. Про пики он мне читал сам из своих мемуаров, я даже в блокнот свой маршальский кое-что выписал: «Вот и оказалось: винтовок нет, пулеметов нет, авиации совсем не осталось. Мы оказались и без артиллерии. Маленков говорит: "Дается указание самим ковать оружие, делать пики, делать ножи. С танками бороться бутылками, бензиновыми бутылками, бросать их и жечь танки».
Маленков. Никита, когда я тебе про пики и ножи говорил? Ты чего там насочинял, троцкист недорезанный?
Калинин (сквозь слезы). Меня, старого большевика, в корзину с яйцами! Иосиф, как ты мог?!
Ворошилов. Давай сюда этот проект, Коба. Я сам дальше читать буду. «Ввиду всего этого Государственный Комитет Обороны отозвал т. Ворошилова из Ленинграда и дал ему работу по новым воинским формированиям в тылу». Враки, товарищи. Никакие не формирования, а для работы с английской и американской делегациями по ленд-лизу. Или где я еще месяц болтался до октября, когда был назначен представителем Ставки по новым формированиям?
«Ввиду просьбы т. Ворошилова он был командирован в феврале месяце на Волховский фронт в качестве представителя Ставки для помощи командованию фронта и пробыл там около месяца. Однако пребывание т. Ворошилова на Волховском фронте не дало желаемых результатов. Желая еще раз дать возможность т. Ворошилову использовать свой опыт на фронтовой работе, ЦК ВКП(б) предложил т. Ворошилову взять на себя непосредственное командование Волховским фронтом. Но т. Ворошилов отнесся к этому предложению отрицательно и не захотел взять на себя ответственность за Волховский фронт, несмотря на то что этот фронт имеет сейчас решающее значение для обороны Ленинграда, сославшись на то, что Волховский фронт является трудным фронтом и он не хочет провалиться на этом деле»
       Коба, ты хоть соображаешь, что ты тут понаписал? Тебе самому почему бы фронтами не покомандовать, а то Жуков считает, что тебе еще годик на Главкома поучиться нужно, пока ты в стратегии не очень понимаешь, только через годик станешь достойным Главнокомандующим. Так постажируйся хоть командующим фронтом.
Сталин. Правда, что ли, Жорка так про меня?
Ворошилов. А ты его мемуары не видел? Он же, как Никита, тоже мемуары пишет. «Воспоминания и размышления». Там он всё про тебя, и как ты войну профукал там написано.
Сталин. Сниму на хрен подлеца с Генштаба!
Ворошилов. И ты меня хотел со члена ГКО разжаловать до командующего фронтом? Эх, товарищ Сталин, так-то ты со своим другом еще со Стокгольма! И про Царицын забыл! А сколько мы вместе пережили!
Сталин. Клим, родной. Да не думал даже про ГКО. Ты бы совмещал. Утром – фронт, а после обеда, как я проснусь – ГКО. Я бы тебе всё обеспечил: скайп, телеграмм, ватсап, телекс, факс и принтер. Как живой на каждом ежедневном совещании ГКО сидел бы.
Ворошилов. Вайбер и безлимитный интернет еще забыл. «Ввиду всего изложенного ЦК ВКП(б) постановляет:
1. Признать, что т. Ворошилов не оправдал себя на порученной ему работе на фронте.
2. Направить т. Ворошилова на тыловую военную работу».
      Всё, Иосиф Виссарионович, больше ко мне со своими фронтами даже не подходи. Будешь блокаду Ленинграда прорывать или Крым освобождать – меня даже не проси. Вон, Никиту представителем Ставки туда посылай. Или Вовку Жухрая. И пусть он сразу в архив пишет секретные приказы без опубликования. А я буду военным в тылу…
    
         Дальше – подпись Сталина «Ст», печать Политбюро и пометка «Хранить вечно».
Мы на время эту стенограмму из архива Политбюро взяли. Для экспертизы на подлинность. Найдем независимого эксперта, он проверит документ, заключение составит и мы его на место вернем. В туже папку, из которой выдрали. Будет лежать там, как будто и не уходил никуда. Без экспертизы, согласитесь, никак. Без экспертизы мы не докажем подлинность.
       
Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582


Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.27. Финская война.

   Использование данного «постановления» в научно-историческом журнале окончательно поставило точку в истории нашей военно-исторической науки. У нас с вами есть военные историки, точнее, шайка клоунов и продажных придурков, именующих себя военными историками. А вот самой исторической науки у нас нет. Нельзя военных разведчиков найти в обкоме, там они не водятся, обкомы вопросами военной разведки не занимаются. Нельзя военных историков найти среди клоунов-дегенератов.  Про архивы я даже промолчу.
     Хотя, а почему бы не про архивы? Лёша Исаев, например, часто хвастается, что он умеет в архивы. А мы разве хуже? И мы тоже в архивы умеем. И не хуже некоторых. Мы и нашли архивный документ про Ворошилова. Даже два. Один как раз про политбюро от 1 апреля 1942 года. Оказалось, что заседание стенографировалось и стенограмма сохранилась, как ее нам удалось обнаружить – позже, сейчас вы впервые увидите ее текст.
«Заседание Политбюро ЦК ВКП (б) от 1 апреля 1942 года. Стенограмма. Неправленная.
Председательствующий Сталин. У нас остался последний и самый важный вопрос. О товарище Ворошилове.
Ворошилов. Опять орден Ленина мне хотите? Ну сколько можно?!
Сталин. Ошибаешься тов. Ворошилов. Тебе об орденах теперь надолго забыть предстоит. Разрешите, товарищи, зачитать проект нашего постановления, который мы на двоих с товарищем Хрущевым набросали?
Голоса. Разрешаем. Читай, не тяни кота за хвост.
Сталин. Читаю : «"Война с Финляндией в 1939-1940 годах вскрыла большое неблагополучие и отсталость в руководстве НКО. В ходе этой войны выяснилась неподготовленность НКО к обеспечению успешного развития военных операций. В Красной Армии отсутствовали минометы и автоматы, не было правильного учета самолетов и танков, не оказалось нужной зимней одежды для войск, войска не имели продовольственных концентратов. Вскрылась большая запущенность в работе таких важных управлений НКО, как Главное Артиллерийское Управление, Управление Боевой Подготовки, Управление ВВС, низкий уровень организации дела в военных учебных заведениях и др.

Все это отразилось на затяжке войны и привело к излишним жертвам…»

Ворошилов. Стоп-стоп. Ну-ка придержи коней своих грузинских друг мой, Коба. Вона чо вы удумали на вашем парткоме с Хрущевым на двоих! Ну ты сам выпросил. Товарищи, прошу, как подозреваемый и обвиняемый, ответить на клевету и оскорбления. Где мой адъютант? Полковник Китаев сбегай ко мне в кабинет и возьми там на полке толстую папку, на ней написано «СОВЕЩАНИЕ при ЦК ВКП(б) НАЧАЛЬСТВУЮЩЕГО СОСТАВА ПО СБОРУ ОПЫТА БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ ПРОТИВ ФИНЛЯНДИИ». Принеси ее сюда мне. Прошу 5 минут перерыва, чтобы Китаев сходил за ней.
Сталин. Ставлю на голосование перерыв. Кто – за? Все. Это что, подстава, хотите дать Климу выкрутиться?
После перерыва.
Ворошилов (открыл папку с материалами, послюнил палец и листает страницы). Так-так. Вот. Заседание 7-мое, 17 апреля 1940 года. Что ты мне, Коба, предъявил: «В ходе этой войны выяснилась неподготовленность НКО к обеспечению успешного развития военных операций»? Ну, держи подачу. Твое выступление на этом заседании, цитирую: «Второй вопрос, а не поторопилось ли наше правительство, наша партия, что объявили войну именно в конце ноября, в начале декабря, нельзя ли было отложить этот вопрос, подождать месяца два-три- четыре, подготовиться и потом ударить? Нет. Партия и правительство поступили совершенно правильно, не откладывая этого дела и, зная, что мы не вполне еще готовы к войне в финских условиях, начали активные военные действия именно в конце ноября, в начале декабря. Все это зависело не только от нас, а скорее всего от международной обстановки». Как вам это, товарищи члены Политбюро, нравится? Оказывается, ты, Коба, знал, что вы мне тогда не дали как следует к войне подготовиться, сами в спину толкали – начинай, не тяни, потому что международная обстановка, а теперь меня за неподготовленность схарчить надумали? Ладно. Читай дальше, Коба. Только знай: вот она папочка и в ней документики.
Сталин (откашлявшись). Продолжаю. «Все это отразилось на затяжке войны и привело к излишним жертвам».
Ворошилов. Тпррууу! Я же предупреждал – вот они документики. Снова я тебя цитирую, Коба: «…мы знали и считали, что возможно война с Финляндией продлится до августа или сентября 1940 г., вот почему мы на всякий случай учитывали не только благоприятное, но и худшее и занялись с самого начала войны подготовкой плацдармов в пяти направлениях. Если бы война продлилась и если бы в войну вмешалось какое-либо соседнее государство, мы имели в виду поставить по этим направлениям, где уже имеются готовые плацдармы 62 дивизии пехоты и 10 в резерве, 72 всего, чтобы отбить охоту вмешиваться в это дело. Но до этого дело не дошло». Что это у вас руки задрожали, товарищ Сталин? Думали, что я на помойку выбросил эту стенограмму или вообще ее не читал. А-а, меня на последнем заседании тогда не было и ты решил, что я про твою речь не знаю! Но это еще не все, ты там еще такое командирам рассказывал: «Стало быть большой план большой войны не был осуществлен и война кончилась через 3 месяца и 12 дней, только потому что наша армия хорошо поработала».
Калинин. Ах, какая некрасивая история у нас получается.
Хрущев. Михаил Иванович, вы же сами были за этот проект постановления. Я же с вами обговаривал.
Калинин. Склероз, батенька, склероз. Забыл, старый, как мы Климента Ефремовича чествовали за победу над финнами. Забыл. Каюсь. Теперь признаю и ваше постановление не поддерживаю.
Ворошилов. Ну давай, Коба, дальше зачитывай ваше с Никитой сочинение. Публика просит.
Сталин (смущенный, заикаясь). «Тов. Ворошилов, будучи в то время Народным комиссаром обороны, вынужден был признать на Пленуме ЦК ВКП(б) в конце марта 1940 года обнаружившуюся несостоятельность своего руководства НКО. Учтя положение дел в НКО и видя, что тов. Ворошилову трудно охватить такое большое дело, как НКО, ЦК ВКП(б) счел необходимым освободить т. Ворошилова от поста Наркома обороны".
Ворошилов (аплодируя) Браво! Браво! Это кто там моё признание на том Пленуме тебе сочинил? Твой начальник твоей аналитической разведки Вовка Жухрай, в девичестве Мироненко? Оказывается, это вы тогда меня с поста наркома так сняли. Сняли, Коба?
Сталин. А разве нет?
Ворошилов. А я-то думал, чего от меня тогда Лазарь глазки прятал и кататься на паровозе больше не приглашал?! Ну-ка, Моисеич, признавайся, какую вы тогда мне бяку заготовили.
Каганович. Да я то здесь причем? Это всё Берия, он на тебя бочку катил, что твои «Ворошиловские стрелки» террористическая организация и надо опасаться, как бы ты того… с их помощью… Сталина…
Ворошилов. Вон оно что! В троцкизме меня подозревали! Да знаете ли вы, что я Троцкого… Эх! Товарищи, называется.
Сталин. Володька, ну ты чего?! Ведь с повышением сняли же! Тебе же вместо министерского портфеля дали вице-премьера.
Ворошилов. Подкупили, значит. И Орден Ленина потом и Академии Генштаба имя Клима Ворошилова… А я думал – это вы от чистого сердца.
Жданов. Климент Ефремович, веришь – не знал. Без меня это они провернули. Еще тебя Председателем Совета Обороны тогда назначили, чтобы Тимошенко у тебя в подчиненных был. Чтобы вообще вся оборона у тебя в руках была. Так мне объяснили. А на самом деле…
Ворошилов. Эх, Андрюха! А ведь мы за них в Ленинграде жизни и здоровья не жалели! Помнишь, как ополчение там собирали?
Жданов. Помню, Климент Ефремович. Такое не забудешь.
Сталин. Ишь, кореша ленинградские. Еще взасос здесь расцелуйтесь, как политрук Брежнев. Дойдем и до вашего ополчения…

Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582

Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.26. Финская война.

… А тайну Ворошилов поведал членам ЦК такую, что половину из них должен был хватить инфаркт прямо на Пленуме от испуга.
«Разведки как органа, обслуживающего и снабжающего Генеральный Штаб всеми нужными данными о наших соседях и вероятных противниках, их армиях, вооружениях, планах, а во время войны исполняющего роль глаз и ушей нашей армии, у нас нет или почти нет. 
Военную разведку, достойную нашей страны и Армии, мы обязаны создать во что бы то ни стало и в возможно короткий срок. Необходимо ЦК выделить достаточно квалифицированную группу работников для этой цели».
    Это же военная тайна самая страшная из всех военных тайн! Сам нарком обороны признал, что у него нет военной разведки! Правда, он не сказал, зачем ему тогда нужен и Генеральный штаб, что там эти бездельники планировали и организовывали, если у них не было данных о вероятных противниках, их армиях и вооружениях. Столько лет сидели в красивом здании в центре Москвы и чем они там занимались? В преферанс резались?
    Но даже это признание Ворошилова можно с известной долей допуска признать, все-таки Разведывательное управление РККА (5-е управление наркомата Обороны с 1939 года) возглавляли временами личности мутноватые, некоторые даже осуждены были за шпионаж. Правда, если за шпионаж был осужден Тухачевский, начальник Главного управления вооружений РККА, то у нас не было и управления вооружений? Так ведь?
    Проблема в другом. Доклад-то Ворошилова был несекретным. Да, на нем грифа нет, он не рассекречивался, он просто не публиковался. И сам Пленум был несекретным. Если бы сам Климент Ефремович не догадался, что нельзя в таком формате озвучивать вопросы, касающиеся секретов обороны, то Сталин, наверняка, ему подсказал бы:
«Клим, зачем секретарям обкомов знать, что ты так обгадился в должности наркома, даже разведки у тебя нет? Чем секретарь обкома, член ЦК тебе поможет в деле создания разведки? Он из обкома тебе направит инструктора-разведчика? Где, екарный бабай, ЦК тебе возьмет квалифицированную группу работников для этой цели? Квалифицированные работники для разведки только у тебя в наркомате могут быть, а не в кадрах обкомов. Если их у тебя там нет, то всё – осталась Красная Армия без разведки. А главное, вот эти сто с лишним рыл партаппаратчиков после Пленума разъедутся по своим областям и республикам и кто-нибудь из них по пьянке проболтается, что в РККА нет военной разведки, у Генштаба отрезаны уши и выколоты глаза, и эта информация уйдет к нашим врагам геополитическим, что мы потом делать будем? На нас же сразу наши геополитические противники нападут! Воевать с теми, у кого нет военной разведки – одно же удовольствие».
   Понимаете, главное даже не информация, которую озвучил Ворошилов, а публика,  которая эту информацию услышала. Зачем первому секретарю Узбекистана нужно было знать о том, в каком состоянии находится разведка Красной Армии? Чем он мог Красной Армии помочь в этом плане и что он вообще понимал в разведке?
      Но здесь вообще всё запущено. Данный доклад сам Сталин предварительно читал, корректировал, внося в него свои правки и замечания. Вот так! И теперь самое время вам напомнить о чем я писал в предыдущих книгах, об одном человеке, который хвастался тем, что его почерк от сталинского никакой эксперт не отличит. Владимир Жухрай-Мироненко. Известный автор книг о Сталине. Отчим бывшего директора Росархива С.В.Мироненко. Именно в этом архиве, куда был передан архив Политбюро, «доклад» Ворошилова и был обнаружен.
     А в одной из своих книг Жухрай опубликовал еще один документ, который приведен в предисловии к публикации «доклада» Ворошилова в журнале «Новая и новейшая история». Этот документ даже в ПСС Сталина включен Р.Косолаповым. Только Косолапов на него дал ссылку – из книги Жухрая, а в предисловии - Архив Политбюро ЦК КПСС, ф. 3, оп. 50, д. 126, л.83.
     Наслаждаемся: «Спустя два года Сталин вспомнит о докладе Ворошилова в марте 1940 года в связи с ошибками Ворошилова в Великой Отечественной войне. В постановлении политбюро ЦК ВКП(б) "О работе тов. Ворошилова", принятом 1 апреля 1942 года буде сказано:

"Война с Финляндией в 1939-1940 годах вскрыла большое неблагополучие и отсталость в руководстве НКО. В ходе этой войны выяснилась неподготовленность НКО к обеспечению успешного развития военных операций. В Красной Армии отсутствовали минометы и автоматы, не было правильного учета самолетов и танков, не оказалось нужной зимней одежды для войск, войска не имели продовольственных концентратов. Вскрылась большая запущенность в работе таких важных управлений НКО, как Главное Артиллерийское Управление, Управление Боевой Подготовки, Управление ВВС, низкий уровень организации дела в военных учебных заведениях и др.

Все это отразилось на затяжке войны и привело к излишним жертвам. Тов. Ворошилов, будучи в то время Народным комиссаром обороны, вынужден был признать на Пленуме ЦК ВКП(б) в конце марта 1940 года обнаружившуюся несостоятельность своего руководства НКО. Учтя положение дел в НКО и видя, что тов. Ворошилову трудно охватить такое большое дело, как НКО, ЦК ВКП(б) счел необходимым освободить т. Ворошилова от поста Наркома обороны
".

         После этого вопрос о военной разведке в РККА можно снять. Теперь у нас вопрос насчет военно-исторической науки. И вопрос насчет наших архивов. В Предисловии постановление «О работе тов. Ворошилова» приведено не полностью. У него есть продолжение:
«2. В начале войны с Германией т. Ворошилов был назначен Главнокомандующим Северо-Западного направления, имеющего своею главною задачей защиту Ленинграда. Как выяснилось потом, т. Ворошилов не справился с порученным делом и не сумел организовать оборону Ленинграда. В своей работе в Ленинграде т. Ворошилов допустил серьезные ошибки: издал приказ о выборности батальонных командиров в частях народного ополчения — этот приказ был отменен по указанию Ставки, как ведущий к дезорганизации и ослаблению дисциплины в Красной Армии; организовал Военный совет обороны Ленинграда, но сам не вошел в его состав — этот приказ также был отменен Ставкой, как неправильный и вредный, так как рабочие Ленинграда могли понять, что т. Ворошилов не вошел в Совет обороны потому, что не верит в оборону Ленинграда; увлекся созданием рабочих батальонов со слабым вооружением (ружьями, пиками, кинжалами и т. д.), но упустил организацию артиллерийской обороны Ленинграда, к чему имелись особенно благоприятные возможности, и т. д. Ввиду всего этого Государственный Комитет Обороны отозвал т. Ворошилова из Ленинграда и дал ему работу по новым воинским формированиям в тылу.
3. Ввиду просьбы т. Ворошилова он был командирован в феврале месяце на Волховский фронт в качестве представителя Ставки для помощи командованию фронта и пробыл там около месяца. Однако пребывание т. Ворошилова на Волховском фронте не дало желаемых результатов. Желая еще раз дать возможность т. Ворошилову использовать свой опыт на фронтовой работе, ЦК ВКП(б) предложил т. Ворошилову взять на себя непосредственное командование Волховским фронтом. Но т. Ворошилов отнесся к этому предложению отрицательно и не захотел взять на себя ответственность за Волховский фронт, несмотря на то что этот фронт имеет сейчас решающее значение для обороны Ленинграда, сославшись на то, что Волховский фронт является трудным фронтом и он не хочет провалиться на этом деле.
Ввиду всего изложенного ЦК ВКП(б) постановляет:
1. Признать, что т. Ворошилов не оправдал себя на порученной ему работе на фронте.
2. Направить т. Ворошилова на тыловую военную работу».

     Использование данного «постановления» в научно-историческом журнале окончательно поставило точку в истории нашей военно-исторической науки. У нас с вами есть военные историки, точнее, шайка клоунов и продажных придурков, именующих себя военными историками. А вот самой исторической науки у нас нет. Нельзя военных разведчиков найти в обкоме, там они не водятся, обкомы вопросами военной разведки не занимаются. Нельзя военных историков найти среди клоунов-дегенератов.  Про архивы я даже промолчу…
 
             


Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582

Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.24. Финская война.

       Разумеется, всё, что сочинялось про «зимнюю» войну в российской историографии с конца 80-х годов прошлого века шло в том же самом контексте, согласно которому сама КПСС, в лице его высшего руководства, объявила о существовании секретного дополнения к Пакту Молотова-Риббентропа, делавшего сталинское правительство одним из виновников развязывания Второй Мировой войны. Т.е., не англо-французская сторона, вкупе с поляками, сорвавшая в 1939 году переговоры в Москве насчет совместных действий против фашистской Германии, виновна в почти прямом поощрении агрессора и направлении агрессии в сторону СССР, а Советская, после срыва переговоров заключившая договор о ненападении с Германией.
      И не правительство Финляндии, откровенно демонстрировавшее свою антисоветскую позицию, свою враждебность СССР, поощряемое англо-французскими союзниками, виновно в том, что эта позиция привела к вооруженному конфликту, а советская сторона, приложившая все возможные условия для мирного решения вопроса обеспечения безопасности своих границ со стороны Финляндии, которая своей позицией прямо демонстрировала, на чьей стороне она будет, если какой-нибудь агрессор станет угрожать Советскому Союзу.
     Когда же армия Маннергейма потерпела поражение, у англо-французской стороны возникла серьезная проблема. Англичане и французы уже находились в состоянии объявленной войны с Германией. Договор о ненападении между СССР и Германией от 1939 года спутал им все планы, они остались один на один с Гитлером, направить агрессию Германии в сторону СССР им тогда не удалось. Если же еще признать, что война с Финляндией показала силу Красной Армии, которая смогла всего за три месяца поставить на колени государство, вооруженные силы которого создавались при активном участии французских и английских инструкторов, Финляндии оказывалась большая помощь в снабжении оружием со стороны англичан и французов, туда направлялись добровольцы, то вопрос о дальнейших планах переориентирования Германии на войну с СССР становился проблемным. Гитлер мог и не решиться напасть на Советский Союз.
     Поэтому еще во время «зимней» войны была начата масштабная пропагандистская кампания и самими финнами, и их союзниками, в которой финская сторона подавалась, как маленький героический народ, армия которого умело и храбро отражает натиск агрессора, уничтожая его многочисленные, плохо обученные орды. Когда же, после развала финской обороны, наше наступление было остановлено и Финляндия была вынуждена подписать мирный договор на условиях Советской стороны, гораздо более жестких, чем то, что им предлагалось в 1939 году, это союзниками финнов преподносилось, как поражение Красной Армии, потому что Советской стороне приписывалось намерение полностью оккупировать Финляндию. То, что эта оккупация Советскому Союзу в плане обеспечения безопасности границы у Ленинграда ничего не давала, более того, могла вывести из позиции нейтралитета (и так условного) Швецию, толкнуть ее напрямую в сторону Германии, было очевидно. Но кому эта очевидность была нужна, кроме Советского правительства?!
        Таким образом, к Пакту Молотова-Риббентропа, якобы, приведшему к началу Второй Мировой войны, добавлялось «поражение» в войне с Финляндией, которое поощрило нападение Германии, уверенной в слабости нашей армии, на СССР.
       Таким образом, советское правительство и лично Сталин становились виновниками не только в том, что они пошли на сговор с Гитлером по разделу Восточной Европы, послужившему началом мировой войны, но и в том, что, не подготовив свою армию к войне, продемонстрировав ее слабость, напрямую виновны в том, что немцы решились напасть на СССР.
    И так же, как вдруг обнаружилась в архивах фальшивка в виде секретного дополнения к Пакту Молотова-Риббентропа, также из архивов выплыли документы о неудачной «зимней» войне, которые показывали полный провал нашего наркомата Обороны, что повлекло за собой даже снятие с поста наркома К.Е.Ворошилова. Да, снятие с повышением, но об этом дальше.
      И в 1993 году в № 4 журнала «Новая и новейшая история» был впервые опубликован документ такого уровня, после которого, после его публикации говорить о российской военно-исторической науке можно только, как о недоразумении.
    Мы уже с вами занимались вопросом Большого террора, точнее, вопросом фальсификации документов о нем, созданием этой гнусной антисталинской клеветы. И мы знаем фамилии лиц, которые фабриковали эти документы. Настоящая шваль из Общества «Мемориал». Теперь пришло время познакомиться со швалью из сообщества военных историков.
   Итак, «Уроки войны с Финляндией. Неопубликованный доклад наркома обороны СССР К. Е. Ворошилова на пленуме ЦК ВКП(б) 28 марта 1940 г.»…


Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582


Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. Часть.22. Финская война.

     … Едва только отгремели залпы «зимней» войны, в Москве 26 марта 1940 года собрался Пленум ЦК ВКП (б) со следующей повесткой:
1.Об изменениях в политике заготовок и закупок сельскохозяйствен­ных продуктов (А. И. Микоян)
2.О внешней политике СССР (В. М. Молотов)
3.Уроки войны с Финляндией (К. Е. Ворошилов)
4.Перестройка работы Экономсовета (В. М. Молотов)
5.О созыве Все­союзной партийной конференции ВКП(б).
       Нас интересует третий вопрос повестки. Но только что там докладывал Климент Ефремович не было известно до 1993 года. 53 года этот доклад никто не видел, кроме тех, кто его писал, корректировал и слушал на Пленуме. Вполне возможно, даже, скорей всего, такого доклада не было. Я почему пишу – вполне? Потому что даже протокола этого Пленума пока никто не опубликовал. А заседания его не стенографировались, как объясняют историки. О нем и о его повестке есть всего лишь сведения в различных изданиях.
      Почему еще я сомневаюсь в том, что на Пленуме Ворошилов мог докладывать об уроках (само название пункта повестки – УРОКИ!) войны? Да потому, что война только три недели как закончилась, еще коней не успели распрячь, т.е., еще разбор полетов в войсках не был проведен, не были с командующими и командирами внимательно рассмотрены и разобраны все аспекты и недостатки. Любой более-менее грамотный управленец сначала бы вместе со своими подчиненными определился с «уроками», потом уже докладывал вышестоящему органу.
      Согласитесь, что если бы вы участвовали в какой-нибудь операции, каком-нибудь серьезном мероприятии, а по завершении их ваш начальник, даже не разобрав с вами и другими своими подчиненными итоги этой операции (мероприятия), побежал к вышестоящему начальству со своими выводами, а в тех выводах обвинил вас в некомпетентности и разгильдяйстве (такое в докладе есть), даже не выслушав вас предварительно на своем совещании, то степень уважения к этому вашему начальнику с вашей стороны была бы выражена в форме презрения.
     Может быть, конечно, что сам Климент Ефремович плохо разбирался в вопросах служебной этики, но тут ситуация усугубляется тем, что правил ему доклад об «уроках» сам Сталин… Да и невозможно без совещания с исполнителями выяснить, какие же «уроки» нужно усвоить. Это еще одна аксиома управленческой деятельности.
     Впрочем, появление в печати этого доклада имеет свою предисторию. В 1988 году в архивах МО СССР начала работать известная комиссия историков во главе с генерал-полковником Кривошеевым. Задачей этой комиссии было установить число реальных человеческих потерь в войнах и военных конфликтах, в которых участвовал Советский Союз.  Насчет того, что еще шло «исполнение интернационального долга» в Афганистане- ладно, допустим, что наше военное командование не знало, сколько у них потерь, поэтому этим вопросом занялась комиссия Кривошеева. Да, она даже потери в Афганистане считала. Эта Комиссия. Сам Генштаб, понятное дело, сосчитать не был в состоянии.
      Но зачем этой Комиссии понадобилось начать наводить «прожектор Перестройки» (она именно в рамках политики Перестройки и Гласности работать начала) на годы ВОВ? Какой в этом был практический смысл? Почему именно в 1988 году так остро встал вопрос, сколько мы потеряли убитыми солдат, офицеров и генералов в годы ВОВ?
    И не только этот вопрос. В 1988 году начала работать известная реабилитационная Комиссия А.Яковлева, которая озадачилась числом пострадавших от сталинских репрессий. Наверно, она хотела реабилитировать всех незаконно пострадавших с расчетом на то, что реабилитированные и их потомки, обрадованные реабилитацией, включатся в активную работу по строительству «обновленного социализма», которое объявил М.С.Горбачев. Результат нам сегодня известен. Не включились, падлы. Обманули ожидания настоящих коммунистов Горбачева и Яковлева.
     А наши военные, маршалы и генералы образца 1988 года, кажется, ждали, что как только Кривошеев выдаст реальные цифры потерь, так сразу прекратится межнациональная резьба по дереву в казармах Советской Армии образца 1988 года.
    Я призвался летом 1987 года. Нас, полсотни бывших студентов, наскоро переодетых в солдатскую форму, поместили в казарму нашей роты, где уже было полсотни призывников из Средней Азии, их примерно на месяц раньше призвали. Первая моя солдатская ночь в казарме ознаменовалась небольшим межнациональным конфликтом. Недавно у нас в московском метро трое дагестанцев избили русского парня, вступившегося за девушку. Ух, как все коммунизды возмущались! И не только коммунизды. Не всё в порядке с межнациональными отношениями в Эрэфии. Трое на одного. То ли дело, в СССР, когда в казарме 50 на 50. Ремни, табуреты, дужки спинок кроватей… Выстрелы из пистолетов дежурных офицеров.
     Осмелюсь предположить, что, наверно, потому срочно МО понадобилось узнать число погибших в ВОВ, чтобы в казармах СА прекратился такой бардак. И вообще все неуставные взаимоотношения, из-за которых «косьба» от армии приняла характер бедствия, угрожающего обороноспособности страны.
    Наверно, министр Обороны СССР маршал Язов рассчитывал, что как только Комиссия Кривошеева выдаст реальные цифры потерь в войнах, так сразу обороноспособность СССР повысится и укрепится. А еще лучше, чтобы обороноспособность сильнее укрепилась, и по «зимней» войне дать реальные цифры потерь. Комиссия их и выдала:
- убитых и умерших на этапах санэвакуации        -71 214
        - умерло от ран и болезней в госпиталях              -16 292                
        - пропало без вести                                                  -39 369
          Итого безвозвратных потерь                                 - 126 875 человек
         Санитарные потери (раненные,
          возвратившиеся в строй)                                       - 264 908 человек

      По сравнению с тем, что озвучило Советское правительство в 1940 году – бойня. Забрасывание трупами врага – финских горячих парней. Ладно. Но что, помогло это СССР сохранить? Эти правдивые цифры? Или, может быть, в армии сразу наступила тишь и благодать вкупе со строгим уставным порядком?
    Так в чем был смысл создания Комиссии Кривошеева и ее работы?..
       
Благодарю за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582