Category: транспорт

Мои книги.





Последняя книга "Л.П.Берия и ЦК. Два заговора и "рыцарь" Сталина"  завтра-послезавтра появится в продаже в интернет-магазинах и книжных магазинах Москвы. Я еще дополнительно буду информировать, где ее можно купить.



карточка Сбербанка 4276 0140 7841 4927

Яндекс-кошелек https://money.yandex.ru/to/410017582228808


Периодически, как и обещал, буду дублировать в постах сообщение о «Троцкизме»

Книга готова. Сейчас она на рассмотрении издательства, это процесс не быстрый, тем более и объем у нее весьма приличный получился. Пока я владелец рукописи и могу ею распоряжаться по собственному усмотрению. Поэтому всем желающим могу отправить рукопись "ТРОЦКИЗМА"  в электронном виде, в ворде,  пдф, fb2. От вас всего лишь требуется ваш адрес электронной почты, отправленный на мой имейл petr.balaev@mail.ru  и какой формат вам нужен.
     Ну и для тех, кто готов заплатить (пусть это будет рублей 500, объем книги очень приличный)  моя карточка Сбербанка 4276 0140 7841 4927.
     Те, кто по каким-то причинам заплатить не могут, книгу все-равно получат. Я ее отправлю всем желающим, по возможности. Только, товарищи, прошу запомнить: от вас мне нужен только адрес вашей электронной почты. Предварительной оплатой не занимайтесь, причин невозможности заплатить не пишите. Просто пришлите мне ваш имейл. И всё.




11
Buy for 100 tokens
***
...

Арест генерала Кизлыка. Силовики, власть и деньги. (часть 26)

По просьбам читателей и бывших коллег, продолжу рассказ о службе в таможне. Не планировал, но очень сильно попросили.

      У меня есть поразительная способность портить отношения с теми людьми, с которыми их портить категорически нельзя. Но как будто какой-то черт меня постоянно тянет за язык, очень редко могу сдержаться.
       Однажды, я только еще был назначен, наконец-то, приказом  Руководителя ФТС на должность заместителя начальника Владивостокской таможни после полугода нахождения в этой должности командированным, я повез в отдел по контролю за деятельностью правоохранительных подразделений (ОКДПП) ДВОТ какие-то материалы на рассмотрение. Этот отдел рассматривал материалы оперативников на проведение ОРМ, санкционирование которых относилось к начальнику ДВОТ, и занимался проверками деятельности оперативно-розыскных подразделений таможен региона.
      Начальником ОКДПП была тогда Галина Яровая, вполне симпатичная женщина, но из-за особенностей своего характера давно одинокая, что сказывалось на ее психическом состоянии, а ее заместителем – человек-презерватив, бывший опер налоговой полиции, несколько месяцев проработавший опером в таможне и потом переведенный в ОКДПП по причине своей оперской непригодности. Впрочем, в ОКДПП несостоявшиеся опера составляли почти полностью личный состав отдела.
      И вот в тот злополучный день, когда я пришел с материалами в ОКДПП, мне Галина Яровая задала вопрос:
-А что у вас в таможне происходит с оформлением корейских автобусов? Почему вы по ним не работаете?
       С оформлением этих автобусов происходило вот что:  наши коммерсанты ввозили достаточно много бэушных корейских пассажирских автобусов, спрос на них в те годы был высоким. Но чем старее автобус, тем на него выше была пошлина. И тогда сами корейцы, стремясь избавиться от своего старого хлама, перебивали номера на двигателях и кузовах, с тем, чтобы перебитые номера показывали по базам более поздний год выпуска, заинтересовывая таким образом наших коммерсантов в ввозе этого хлама в РФ.  Мои оперативники установили, что в корейских портах эти автобусы уже грузились  на суда с перебитыми номерами.
      В принципе проблемы никакой не было.  На всех же агрегатах год выпуска не изменишь, это нереально. Досмотровики по годам выпуска агрегатов устанавливали, что имеются сомнения в годе выпуска, назначалась экспертиза, которая устанавливала, что номера перебиты и эти автобусы оформлялись, как с неизвестным годом выпуска, по максимальной ставке таможенной пошлины.
      Но досмотровикам хотелось «подзаработать», поэтому не по всем автобусам назначались экспертизы, часть их выпускалась по перебитому номеру. А чтобы прикрыться,  они стали вонять, что не успевают всё как следует досмотреть, слишком много работы,  а правоохранение не хочет пресекать контрабандный ввоз корейских сараев. Т.е., стали переводить стрелки на правоохранение. Причем, эта байда дошла до Дальневосточного таможенного управления, состоялось большое совещание по проблеме, на котором я обрисовал ситуацию, объяснил, что для пресечения этой контрабанды силами правоохранения нужно командировать моих оперов в Корею, с тем, чтобы они там проводили оперативно-розыскные мероприятия. Перебивали-то номера корейцы.  На том совещании было принято решение, что проблема вполне решаема в рамках таможенного оформления, просто все корейские автобусы б\у должны проходить экспертизу. Но вся эта катавасия, пока само ДВТУ не приняло по ней решение, мне нервы основательно попортила.
     И тут еще какие-то ишаки из ОКДПП суют свой нос…  Поэтому мой ответ был невежливым:
-А вас с какого перепуга это дело колышет?
-Ну эту контрабанду надо же пресекать!
-У меня в ОРО есть вакансия, идите, пресекайте, жопы в теплом кабинете греть легче, чем пресекать. Готовы?
      Здесь еще влез заместитель Яровой:
-А может вы, Петр Григорьевич, сам крышуете эти автобусы?
      И тут я не сдержался:
-Тебе прямо здесь в кабинете втащить или в коридор выйдем?...
       … И тут, буквально через несколько дней, ко мне в кабинет приходит сотрудник ОКДПП по фамилии Оленич с предписанием от Мурашко о проведении проверки ОРО Владивостокской таможни.  Я встретил его спокойно, за полгода кое-какой порядок был наведен, а что осталось из косяков – это было до меня. Неделю этот олень смотрел наши материалы, через неделю принес мне справку о проверке для ознакомления. Я прочитал ее, потом поднес к его носу указательный палец и стал водить им вправо-влево:
-Следи за пальцем, олень! Вправо – глаза вправо, влево – глаза влево! Ты что понаписал?! Ты вменяем? Ночью не писаешься под себя? Голоса в голове не слышишь?
     Да мне еще опера говорили, когда он работал над материалами в отделе, что Оленич какой-то странный.
       Тем не менее, справка ушла Мурашко, он ее подписал, была назначена по результатам этой проверки служебная проверка. Я в объяснении по проверке написал, что проверяющий, наверняка, был в неадекватном состоянии, когда составлял справку. Но, несмотря на это, мне и нескольким оперативникам объявили замечания. Замечание от выговара отличается только названием, это взыскание, все премии  и надбавки гавкнулись, получили в зарплату голый мизерный оклад.
        Перед тем, как нам влепили замечания, я пошел к своему другу, первому заместителю начальника ДВОТ Сергею Тюпину (о нем я напишу в продолжении):
-Владимирович, ты читал херню, которую про меня твои подчиненные (ОКДПП подчинялся первому заместителю начальника ДВОТ) написали?
-Читал.
-И что?
-Я завернул, они напрямую у Мурашко подписали.
-Твои подчиненные мимо тебя к Мурашко ходят?
-Григорьич, не дави мне на нерв.
     Был я и у Мурашко:
-Сергей Николаевич, у Оленича что-то с головой. Он написал, кажется, то, что ему голоса в его голове диктовали.
     Понятно, генерал стал орать, что у меня в оперативных подразделениях бардак.
      И всё бы ничего, но примерно через месяц после той проверки сотрудник ОКДПП Оленич вдруг без всякой причины, сидя в кабинете за своим столом, стал как-то странно хихикать, потом бегать по оперативной таможне и с этим же странным хихиканьем щипать женщин и мужчин, а потом закрылся в туалете и там громко смеялся.  Дежурный ДВОТ вызвал «Скорую». «Скорая» моего проверяющего отвезла в психушку на улице Постышева. Больше на службу Оленич не вернулся, был списан по здоровью. Психическому, конечно.
Разумеется, как только я узнал о помещении в психбольницу Оленича, то сразу поехал в ДВОТ, зашел в кабинет начальника ОКДПП:
-Здрасте! А что, одного Оленича санитары увезли? Больше никого не взяли?
     Если вы думаете, что мне и моим подчиненным после этого отменили взыскания, вынесенные по результатам проверки, проведенной психом, то очень сильно ошибаетесь. За всю службу в должности заместителя начальника Владивостокской таможни я имел только один вид поощрения – снятие ранее наложенного взыскания…

Смешнее всего, что это не выдуманная мною история. Это реальный случай.

Арест генерала Кизлыка. Силовики, власть и деньги. (часть 20)

    … В воскресенье весь личный состав ДВОТ собирался в одном из пригородных санаториев Владивостока на празднование годовщины основания Дальневосточной оперативной таможни. Я и мои подчиненные тоже туда были приглашены. Так совпало, что я в этот день еще был ответственным по Гродековской таможне.  Башко я заранее предупредил, что поеду на праздник ДВОТа, но буду на связи.
      Я взял своих оперов и мы поехали. Выпили по бокалу морса, поздравили коллег из ДВОТ, собрались и уехали назад, в Гродеково.
       А там в это время уже завершалось таможенное оформление железнодорожного вагона с ДСП. Уже и досмотр был проведен, и декларация выпущена, вагон уже со станции Гродеково  ушел.  Совершенно неожиданно для Башко я появляюсь в Гродеково на железнодорожном таможенном посту. Дальше можно пересказать содержание телефонных переговоров начальника таможни сего подельниками. Эти переговоры были рассекречены и представлены в суде в качестве доказательств. Башко:
-Где вагон?
-Уже отогнали от станции. Скоро машины подойдут. Перегрузим.
-Давайте быстрее, Балаев приехал и ищет его.
-Не найдет.
-Придурки, он найдет! Быстрее давайте!
       Через пару часов:
-Где вагон? Перегрузили?
-Здесь СОБР, прокуратура…
-Нам п..ц! …
       Конечно, вам это самое, потому что в том вагоне плитами ДСП был только дверной проем прикрыт, остальное пространство – норковые шубы в тюках.
     Конечно, вся тяжесть оперативной разработки Башко и его подельников лежала на Игоре Литвинове и его подчиненных из ССБ. Мы были на подхвате. Ну еще и создали ситуацию, когда такая разработка вообще стала возможной.  Игорь – оперативник от бога, он сделал всё суперкрасиво. Но всё едва не сорвалось, по телефонным переговорам не проскочила станция, куда отогнали вагон с шубами для перегруза.
      Хорошо, что у меня операми были не юристы с дипломами, а черт знает кто, учитывая, что начальник железнодорожной станции был в теме.  Серега Решетнев, бывший железнодорожник, сам пошел в диспетчерскую, помахал там красной корочкой. Сам зашел в их базу – станция Дубининская. Совсем захолустье.
     Еще до суда над Башко слетели с  должностей начальник отдела ФСБ, командир погранотряда, начальник контрразведки погранотряда, Уссурийский транспортный прокурор, начальник ж\д станции Гродеково, начальник ОСБ Гродековской таможни. Игорь Литвинов хорошим дворником оказался, умел метлой мести.
    Сам Руслан Башко получил 10 лет строгача, его дружок, начальник отдела таможенных досмотров. 8 лет строгача. Таможенники, погоревшие у меня на мясе-сале, 4 человека, по 5-6 лет отхватили. Присели и «честные» коммерсанты, я только сроков уже не помню.
      А я и мои опера написали обжалования на результаты служебных проверок по нам. В таможню приехала комиссия ДВТУ разбираться, брали с нас объяснения и раздавали нам письменные вопросы: «Насколько вы знакомы с правилами назначения  и проведения таможенных досмотров, почему нарушили инструкцию о проведении таможенных досмотров…?2
    Мы написали, что вопросы «не по теме», мы таможенных досмотров не проводили, мы проводили оперативно-розыскные  мероприятия… Последнюю проверку комиссия прекратила, результаты остальных оставила без изменений.
        Мы еще больше, чем полгода получали от зарплаты бритые уши. У нас были взыскания, нас лишили всех премий и надбавок.  Ладно – я. Но и мои подчиненные тоже. В комиссии был представитель ДВОТ, он написал свое отдельное мнение. Весьма неоднозначное, кстати. Я позвонил С.Н.Мурашко:
-Товарищ генерал, ну как же так?!
-Пока ничего не могу сделать.
        Через несколько лет я познакомился и скорешился с сыном уже уволенного на пенсию к тому времени начальника Дальневосточного таможенного управления Виктора Петровича Вугляра. Виктор Петрович мне и сказал, что он сам советовался с Мурашко насчет наших выговоров – может их просто отменить? Мурашко ответил:
-Пока не надо.
       «Ну как же так, товарищ генерал?»…

Троцкизм. (из черновых набросков к книге)

 Хорошо студенту иметь родителей в деревне! Можно на выходные съездить и привезти в общагу картошки, капусты и сала. Минимум за три дня до предполагаемой поездки нужно взять на автовокзале г.Владивосток билет на автобус до Хороля. Позже – бесполезно, уже билетов не будет. Обратный билет от Хороля до Владивостока тоже можно было взять. Если ума нет и деньги есть лишние. А билет стоил не так уж и дешево – 4 рубля 10 копеек.
   В субботу в 8 утра выезжаю из Владивостока. 180 км. В пути автобус 4 часа 20 минут. В 12.40 я в Хороле. В 13.00 от автостанции с.Хороль отходит рейсовый «Хороль-ст.Бельмановка», следующий через с.Ленинское. Билеты на него, конечно, уже раскупили те, кто утром приехал из Ленинского в Хороль. Остается только ждать удачи, что будет возможность прорваться с толпой возмущенного безбилетного народа в автобус. Но такое удавалось редко. Можно еще было также попытать счастья на автобусах «Хороль-Петровичи», «Хороль-Сиваковка», они тоже шли через Ленинское, но уже в 15.00 и в 15.15. Это два с лишним часа торчать в Хороле, да еще с не стопроцентной перспективой уехать. Лучше – пешком. Может, получится попутку остановить. Попутки были. Автомобили в те годы между селами ездили почти исключительно грузовые, в кабине кроме шофера – еще два места. Но ты же не один попал с автобусом, поэтому чаще 12 км приходилось от Хороля до дома проходить на своих двоих.
   Путь домой – это ерунда. Интереснее – путь обратный. В воскресенье нужно возвращаться во Владивосток, потому что в понедельник – занятия, да и работал я уже. Расстояние – 200 км. Всего 200 км. Поэтому возвращение начинаем прямо в 8 утра, чтобы преодолеть эти 200 км до утра понедельника.
   Мать грузит сумки, полные харчей. Ругаясь, я сумки разгружаю, оставляя веса 5-6 кг. Почему так мало оставляю? Да потому что есть шанс не пролезть с сумками в автобус, следующий в Хороль. И тогда с ними – пешком, голосуя попутки. Вот я добрался до Хороля, до автостанции. В 9 часов отходит автобус во Владивосток (через 10 лет расписание догадались сдвинуть с 8 до 9 часов, чтобы люди из окружающих сел успевали на этот автобус), пытаюсь купить на него в кассе билет. Неудача, билетов нет. Но не сдаемся. Может. Кто из пассажиров опоздает или откажется от поездки – появится свободное место. Шанс призрачный. Если не получилось, ждем следующего автобуса до Владивостока, в 15.10. Билетов в выходные на него купить тоже невозможно. Пробуем также уехать хоть до Уссурийска, от Уссурийска до Владивостока добраться уже легче. Но тоже билетов нет, надеемся на опоздавших, что вместо них уехать можно.
   Конечно, когда покупал билет до Хороля во Владивостоке, можно было сразу и обратный взять. Если бы была уверенность, что ты из Ленинского вовремя приедешь в Хороль с таким транспортом и не выбросишь на ветер 4 рубля 10 копеек.
   Когда ты уже пролетел и с Уссурийскими, и с Владивостокскими автобусами, возвращаешься домой, в Ленинское, готовясь к путешествию на поезде, в битком набитом общем вагоне.
К 9 вечера шлёпаем 7 км до железнодорожной станции «Хорольск», на которой за полчаса до отхода в 22.00 транзитного поезда «Новокачалинск-Уссурийск» начинается продажа билетов. Покупаем билет и – до Уссурийска, в Уссурийске пересаживаемся на поезд «Чугуевка-Владивосток» и – вуаля! В 3 часа утра я во Владивостоке, на ж\д вокзале. Ждать на нем, когда заработает  городской транспорт нет желания - на вокзале приткнуться негде, он битком набит. Сумки – в зубы и пешком до общаги. Через час уже стучишь в дверь, поднимая старушку-дежурную.
   Конечно, после такой дороги идти утром на занятия – пытка. Но зато привез сало и картошки дня на три-четыре. И червонец на билеты выбросил. А я работал на полторы ставки санитаром. Получал сто рублей. 10 рублей – это очень большие деньги по тем временам, что бы их вот так хотя бы раз в месяц тратить на дорогу.
  Но раз мне совсем уж не повезло. На ст. Хорольск закончились билеты и на поезд, на меня не хватило. И до Владивостока я добрался только к вечеру в понедельник, пропустив занятия и опоздав на дежурство в больнице.
    200 км от Владивостока до моего дома. Я к матери студентом погостить ездил раз в полгода, после сессии, на каникулах. Потому что и работал, часто дежурства на выходные выпадали, то на субботу, то на воскресенье, редко оба выходных свободны были. И желания совершать такой вояж с таким идеально работающим советским общественным транспортом, да еще совсем не дешевый, 10 рублей, у меня не возникало чаще.
   Так что, никакого толку у таких, как я, сельских ребят-студентов, от родителей в деревне не было. Корми себя сам, советский студент. Картошки из деревни много ты не навозишь, если только у твоих родителей не случится оказия, вдруг какая-то машина со знакомым пойдет в город и попутно тебе не закинет мешок в общагу.
   Да ладно, жили и не плакались. Но – это же 20 лет без всяких изменений! Сегодня говорят, что застой – выдумка гнусных либералов.  А вы уже всё забыли, господа советские патриоты? Вы это считаете социализмом?
  Тогда я вам напомню: 1917 – 1937 – революция, гражданская война, индустриализация., коллективизация. От сохи до трактора. За 20 лет. Про скорость восстановления страны после Великой Отечественной войны я даже не говорю. Вот там был социализм. КНР – за 20 лет города заново отстроены. Вот там – социализм.
   А за 20 лет по одной и той же дороге – одни и те же ПАЗики (только год выпуска их менялся), с одной и той же частотой рейсов – это не социализм, уважаемые. Это – дерьмо.

"Руки прочь от Советской России!". Немецкий вариант.

Оригинал взят у mmikhailm в "Руки прочь от Советской России!". Немецкий вариант.
Оригинал взят у kssnn в "Руки прочь от Советской России!". Немецкий вариант.
Оригинал взят у d_clarence в "Руки прочь от Советской России!". Немецкий вариант.
Весной 1920 года, когда с новой силой завертелась мясорубка Советско-Польской войны, Антанта приняла масштабную программу по снабжению польской армии. Однако претворить ее в жизнь в полном объеме так и не смогли. Английские коммунисты выступили с лозунгом "Руки прочь от Советской России!". В то время лозунги еще не успели деградировать в пустые кричалки - они служили руководством к действию. Суть лозунга была проста: все рабочие должны любыми способами препятствовать отправке военных грузов в Польшу. Лозунг подхватили все коммунистические и почти все социалистические рабочие организации Европы и Америки. Докатилось и до Японии. Эффект был такой, что Сталин вспоминал его добрым словом двадцать лет спустя. Большинство поставок было либо сорвано совсем, либо просрочено, либо вообще потерялось. Пострадало, вплоть до летальных исходов, большое количество английских и французских военспецов, ехавших под видом туристов в Польшу.
Наибольший вклад в движение внесли английские и немецкие коммунисты. Сегодня о немцах.

В Германии лозунг подхватили докеры, железнодорожники


и спартаковцы - бойцы "Союза Спартака" (гуглить обязательно), по своей сути боевого крыла НСДПГ, созданного Розой Люксембург (боевая, мужественная тетка - любить, кто обижает - плевать в глаз)


Если вкратце, то немецкие товарищи делали для победы РККА вот что:
- загоняли в тупики транспорты с оружием для Польши и уничтожали его;
- на предприятиях выводили оружие, машины и самолеты, предназначенные для Польши;
- сбрасывали в море военные грузы, предназначенные для Польши;
- разагитировали рядовых военнослужащих оккупационных войск Антанты так, что те сами стали выводить из строя военную технику.

Подробнее о самых ярких случаях.
Collapse )

"... а товарищ Маленков надавал ему пинков".

Ну и теперь о хозяйственных инициативах дорогого нашего Лаврентия Павловича.  Как там про эту его деятельность у такого же дорогого нашего  Сергея Кремлева, самого влюбленного в Берию человека в мире:
«21 марта 1953 года Берия направляет в Президиум Совмина СССР записку с предложениями о прекращении строительства или ликвидации 20 крупных объектов, строительство которых «в ближайшее время не вызывается неотложными нуждами народного хозяйства». Объяснялось все тем, что Сталин с начала 50-х годов поддался определенной гигантомании, и это сказалось в разработке ряда амбициозных проектов. Например, в сентябре 1950 года было принято Постановление Совмина о строительстве Главного канала Амударья — Красноводск, об орошении и обводнении земель южных районов Прикаспийской равнины Западной Туркмении, низовьев Амударьи и западной части пустыни Каракум…».

На выделенное жирным шрифтом внимание обратите.  Малеватели иконы с ликом св.Лаврентия неизбежно  падают в антисталинизм,  но тужатся изобразить из «св.Лаврентия»  приемника Сталина.  Рожи красные, глаза навыкате, оглушительно пердят, но тужатся изо всех сил!
Сами пишут, что Берия начал проекты   сумасшедшего Сталина, поддавшегося гигантомании,  херить…     Ну ни стыда, ни совести у людей!

А самое главное – врут, как дышат.  Знаете, что забыл указать Кремлев, а также «забыли» остальные писатели-бериефилы, когда об этом сокращении строительных программ писали? Один «маленький» нюансик.  
Любуйтесь, что они выбросили, когда цитировали записку Лаврентия Палыча в Президиум Совмина: « Сметная стоимость объектов капитального строительства, которое осуществлялось организациями Министерства внутренних дел, составляет примерно 105 миллиардов рублей. План капитальных работ на 1953 год утвержден в сумме 13,34 миллиарда рублей.
Вношу предложение о пересмотре ранее принятых постановлений Совета Министров СССР о строительстве ряда объектов, осуществление которых в ближайшие годы не вызывается неотложными нуждами народного хозяйства».


Вот как оно оказывается!  Л.П.Берия вносил предложения не по объектам, которые возводились  вообще по народному хозяйству, а именно по тем, которые были включены в план Министерства Внутренних Дел!    Это объекты ГУЛАГа!
Эти объекты должны были возводить заключенные.

Посмотрите на перечень этих строек из записки Берия:

«1. Прекратить строительство следующих объектов:
а) гидротехнических сооружений —
Главный Туркменский канал;
самотечный канал Волга—Урал;
Волгобалтийский водный путь;
гидроузлы на Нижнем Дону;
Усть-Донецкий порт;
б) железных и автомобильных дорог —
железная дорога Чум—Салехард—Игарка, судоремонтные мастерские, порт и поселок в районе Игарки;
железная дорога Комсомольск—Победино;
тоннельный переход под Татарским проливом;
железная дорога Апатиты—Кейва—Поной;
железная дорога Варфоломевка—Чугуевка — бухта Ольга;
железная дорога Чугуевка—Сергеевка;
железная дорога Архангельск—Ручьи—Мезень;
железная дорога Красноярск—Енисейск;
железная дорога Петропавловск-на-Камчатке—Усть-Большерецк;
автомобильная дорога Усть-Большерецк—Озеровский рыбкомбинат;
автомобильные дороги на Кольском полуострове, в Архангельской и Мурманской областях и на побережье Балтийского моря;
в) промышленные предприятия —
Кировский химический завод;
Черногорский завод искусственного жидкого топлива;
Араличевский завод искусственного жидкого топлива;
верфь металлического судостроения в Осетрово.».


Прилично. Правда? А вывод напрашивается, что , отказываясь от них, Берия оставлял людей в заключении без работы и без заработка?   Ведь под эти стройки было предусмотрено финансирование. Есть в лагерях наличный состав заключенных, под них запланированы объекты, выделено финансирование.  Госплан работал именно так.  А тут – бац! Объекты заморожены, финансирование прекращено.  А что заключенные себе заработают  в лагере, чтобы на свободу выйти не с пустыми карманами?

Вот и я тоже сначала к такому выводу пришел.  Он ошибочный.  Берия не людей в заключении без работы хотел оставить.  Берия делал то, что потом сделал Хрущев -  выпустил из лагерей всю 58-ую.  Именно под планировавшуюся амнистию всех,  троцкистов, бандеровцев, националистов…,  Берия и сокращал строительные программы МВД.
     Осознаете?  Хрущевская реабилитация всей сволочи, если бы уцелел Берия, называлась бы Бериевской реабилитацией…
 

Вопросы о собственности. (часть 8)

И главное,  за что держались колхозники при Сталине, почему не хотели переходить на прямой продуктообмен – колхозная рыночная торговля  при Хрущеве была ликвидирована. 
   Сейчас господа лосткритики и хисторианы  должны меня начать критиковать за такое утверждение, захлебываясь слюной.   Они же документы знают и видели!
    Ситуация была такая. При Сталине у колхозов после расчетов по обязательным госпоставкам, оставались большие излишки продукции, которые можно было реализовать уже по свободным ценам на рынке. 
    Разумеется, пшеницу в зерне и  нелущенную гречку на городской рынок везти было бессмысленно. Кому в городе нужна зерновая пшеница? 
    На рынок везли огородную продукцию, фрукты, мясо и молочную продукцию, то, что нужно было    городскому покупателю.
    Но тут – блямс!  «Догоним и перегоним Америку по молоку и мясу!».  Колхозам стали выкручивать руки и заставлять брать повышенные обязательства по гос.поставкам.  Мясо и молоко ушли государству, на рыночную торговлю ничего не осталось.
   Картошка, капуста и огурцы. Достаточных мощностей для переработки овощей и фруктов, для их хранения, у колхозов не было. Да они и не нужны им были. Строить и содержать в каждом селе  овощехранилище слишком затратно. Да и возить круглый год картошку из далекого села в город – нужен специальный транспорт. Зимой в открытом кузове ее не повезешь – померзнет. Нужен автомобиль-термос. Это тоже дорого.
    Овощами и фруктами торговали почти все колхозы в конце уборочного сезона на ярмарках, а не круглый год. Ярмарочные цены были ниже, чем в госторговле, но выше, чем закупочные. Было выгодно. Выгодно было и горожанам. Люди сразу закупали на ярмарках картошку, капусту в расчете на весь год.
     Но когда были подняты государственные закупочные цены, и они почти сравнялись с ценами в госторговле,  смысла вывозить продукцию на ярмарки уже не было. Ярмарки местами оставались вплоть до конца 80-х годов, только они уже стали для колхозов  обременительной обязаловкой.  Председателей заставляли на них вывозить продукцию. Обременительная обязаловка, конечно, вещь такая, от которой все стараются увильнуть,  поэтому и колхозная рыночная торговля ужалась до микроскопических размеров.
    Но колхозные рынки в городах существовали до последних дней СССР. Что же это за рынки такие были?
  Да на них торговали  так называемые, частники. И  эти частники тоже были очень интересными.
   Когда колхозы перешли с трудодней на авансирование зарплаты, т.е. работать в колхозах люди стали ежедневно по 8 часов, с выходными, как и в промышленности, у колхозников почти полностью исчезла возможность вывозить свою продукцию на рынок в город. Если колхоз был пригородным – то ситуация еще более-менее.  Далекие села забыли о городских рынках.  Садиться утром на междугородний автобус с мешком сала и ехать за сотню верст по грунтовке 3 часа до города, туда приедешь к обеду, успеешь ли ты продать свое сало до обратного рейса автобуса – большой вопрос.  Да и много ли ты увезешь на автобусе в мешке?  Овчинка выделки не стоила.
Но ведь при Сталине частником-колхозником все рынки забиты были! Там каждый день чуть не круглосуточно шла торговля. Но так при Сталине колхозники продукцию своего подворья на рейсовых автобусах и не возили в город продавать. Для этих целей правление колхоза выделяло людям колхозный автотранспорт  либо с МТС заключало договор на выделение транспорта. Люди грузили туши свиней и коров и ехали торговать с ними в город. Их назад этим же транспортом и привозили.
     Попробовал бы  какой-нибудь председатель колхоза при Хрущеве и Брежневе выделить колхозную машину для поездки на рынок!  Тут же партбилет   на стол положил бы за культивирование частнособственнической психологии у трудящихся.
   И место колхозника на колхозном рынке занял спекулянт-перекупщик. Сам колхозник на нем остался исчезающим меньшинством.  У него осталась одна ниша – рынок районного центра. До районного центра недалеко ехать. Но районные центры сами почти – сёла, емкость того рынка очень мала.
   Почти вся продукция с огорода и подсобного хозяйства колхозника, таким образом пошла не на рынок, а через те же колхозы и заготконторы. По государственным приемным расценкам, естественно.
   Для людей исчезла разница между колхозом и совхозом. Даже земельные участки под огороды  к тому времени  выделялись для работников колхозов и совхозов  одинаковые.
Вот такая картина и сложилась при Хрущеве:  сама колхозная собственность у значительного числа хозяйств стала убыточной, на колхозах повисли долги,  колхозники не видели разницы между своим положением и положением рабочих совхозов, потеряли интерес к колхозной собственности. 
    Началась волна переводов колхозов в совхозы. Государство списывало долги колхозам-должникам и присваивало их собственность.
     К 80-м годам удержались только немногочисленные колхозы, которые еще во времена Сталина были настолько богатыми, что их не до конца сумели разорить. Хотя там от колхоза тоже одно  название оставалось,  они от рынка были отключены, всю продукцию сдавали государству. Просто имели возможность чуть больше выделять своим колхозникам зерна и сена из урожая на прокорм личному скоту. Вот за эти крохи колхозники и держались еще изо всех сил.  В известном мне колхозе «Жариковском» Приморского края райком чуть ли не ежегодно  проводил собрания и уговаривал их перейти на совхозные рельсы. Люди упирались. У них хотя бы сено для личных коров бесплатным было, в окрестных совхозах его уже покупали…
   

Будет первая книга о российской таможне. Люди и события реальные. Отрывок.

26 февраля 2013 года. ВОПРОС ПРИНЦИПИАЛЬНОГО РАСХОЖДЕНИЯ.

Ко мне в кабинет зашла Оля, секретарь исполняющего обязанности начальника Центральной оперативной таможни Сергея Владимировича Жукова, явно чем-то встревоженная.
-Петр Григорьевич, Вас Жуков вызывает. У него кадровик.
Всё было понятно. Моя служба в таможенных органах заканчивалась. Политическая линия Руководителя Федеральной Таможенной Службы на устранение из органов командированных и бывших чекистов, тех, кто находился под их влиянием, должна была доведена до конца. Я находился «под влиянием». У Жукова была проблема – за меня ходатайствовал начальник Центрального Таможенного Управления С.Н.Прусов. Обойти это ходатайство – значит, нажить себе проблемы со стороны свояка Руководителя ФТС. Оставить в качестве заместителя человека, который «ходит в обнимку» с ФСБэшниками – тоже ничего хорошего.
Всё зависело от моего решения. Или я даю клятву верности и.о.начальника ЦОТ, вопрос с назначением которого на должность начальника уже А.Ю.Бельяниновым решен, или ухожу, как говориться, в народное хозяйство.
Жуков возможность произнести клятву мне предоставил. За три дня до этого он побеседовал со мной. Изложил свою позицию:
Collapse )

Легендарная спецоперация. Часть 1.

2001 год. Лето.
Сижу в кабинете, регистрирую кучу оперских справок. Как идиот. Исполняю обязанности первого заместителя начальника Гродековской таможни по правоохранительной деятельности (первый заместитель- Серега Тюпин исполняет эти обязанности в Уссурийской таможне), заодно еще начальником оперативно-розыскного отдела являюсь и веду в отделе секретное делопроизводство. Идиот конкретный. Так пахать, как я, мог только идиот, как я сейчас понимаю. Но была такая идея: максимально разгрузить оперов от всякой отчетности и всякого делопроизводства, что бы они больше по полям бегали, набирались опыта и наращивали результат. Вообще-то идея была правильная, и результат нужный был получен. Правда, с женой едва не развелся из-за работы целых два раза.
Но это отступление. А в тот ясный летний день под ухом: Дзынь! Телефон!
- Бля! – это про себя, но вслух. Потому что секретное делопроизводство спешки и отвлекающих моментов не терпит, а я им как раз и занимался, когда справки регистрировал, отсюда – нервная реакция на телефонный звонок. Тем более, что на телефон начальника оперативно-розыскного отдела не поступают звонки от желающих сказать что-нибудь приятное. Одна задница: либо агент нетерпеливо ждет на встречу, либо в зоне ответственности таможни какое-нибудь западло произошло, или начальство сейчас через орган слуха тебя анально изнасилует…
Collapse )

Легендарная спецоперация. (продолжение)

- Баулы-то большие?
- Да примерно метр на полметра. Стандартные.
Ладно, залезли мы с Сергеем Валерьевичем в локомотив. Посмотрели. А чего там смотреть? В вентиляции пусто. И всё – больше хрен куда такого размера баулы засунешь. Можно в картер двигателя - но вроде все гайки без признаков недавнего откручивания, да и туда контрабандный груз запихивать – это фантастично. Хватило нам минут 5, что бы осмотреть, из тепловоза выйти и сказать: а нееее-ту ничего!
- Придётся сожрать погоны, - Саша Бойко был совсем немного огорчен.
- Что в баулах-то было? – меня же всё таки интересовало, зачем полроты СОБРа притащили?
- Да п…ц! Боеприпасы секретные!
Ни х… себе!!! Вот это попандос! Картина стала ясной. Кристально ясной. Наши «старшие братья» вели разработку какой-то группы, которая планировала вывезти в Китай секретные боеприпасы. Очевидно, что довели курьера до ст.Гродеково, там боеприпасы контрабандисты загрузили в тепловоз. А взять планировали с поличным локомотивную бригаду уже за зоной таможенного контроля, на ст. «Россыпной», что бы факт контрабанды был состоявшимся (есть такая юридическая тонкость – пока зону таможенного контроля товары и предметы не пересекли – контрабанды нет). Но когда тормознули поезд и начали его шмонать – боеприпасов не нашли.
-Анатольич, а тема твоя была?
-Моя, - очень и очень грустно ответил «куратор» таможни.
Это было ЧП грандиозных масштабов. Бойко зря надеялся, что съедением погонов он загладит вину перед Родиной. Скушать ему предстояло много чего. Но сначала во всех физиологических отверстиях его несчастного организма без применения анестезирующих веществ мастера воспитания личного состава нарезали бы мелкую и глубокую резьбу, а потом ее зверски сорвали…
- Во они лоханулись! – Сергей Валерьевич достал сигарету и со злорадным наслаждением закурил, когда мы отошли в сторонку, чтобы не слушать очень громкие оскорбительные слова, которые человек, похожий на полковника, начал говорить в адрес окружающей его публики.
Н-да. Просрать секретные боеприпасы в ходе спецоперации – ждите посланцев Москвы теперь, братья по разуму. Вас проверят снизу до верху и слева направо. Как вы нас когда-то проверяли с «секреткой». Только вы обломились. А москвичи никогда не обламываются. Стоимость командировочных там обломов не допускает…
Мы с Валерьевичем пошли в тенёк, сели на лавочку у маленького станционного домика и со злорадным наслаждением наблюдали процесс подготовки к суициду…